Чтение онлайн

Пока во главе Третьего отделения находился Бенкендорф, которого признательный подчиненный называл «человеком ангельской доброты», Дубельт мог ничего не опасаться, но когда после его смерти место главы политического сыска империи занял А.Ф. Орлов, его положение, по мнению многих, пошатнулось. М.А. Корф отмечает, что начальника штаба Отдельного корпуса жандармов новый руководитель Третьего отделения «накануне своего назначения называл всегда подлецом, плутом и мерзавцем». Однако, к удивлению многих, ничего не произошло, и новый начальник Третьего отделения попал под влияние своего подчиненного, быстро поменял о нем мнение и проработал вместе с ним все время своего пребывания на посту главы государственной безопасности. «Орлов по свойственной ему лени и нелюбви к труду, – вспоминал баварский посол О. де Брэ, – более чем кто-либо нуждался в помощнике, который отличается ловкостью, деятельностью и знанием дела». Действительно, Дубельт идеально отвечал всем этим требованиям, и новый его начальник, часто вынужденный отлучаться из своего ведомства с дипломатическими миссиями или для сопровождения императора в его поездках, скоро это понял.

Благодаря этому обстоятельству карьера управляющего Третьим отделением продолжала развиваться безоблачно, и в декабре 1844 г. он получает чин генерал-лейтенанта. Занимаясь политическим сыском в Третьем отделении и Отдельном корпусе жандармов, Дубельт в 1852–1855 гг. одновременно являлся еще товарищем министра внутренних дел, исполняя должностные обязанности и в этом ведомстве. Помимо этого, был членом Главного управления цензуры и Комитета о раскольниках. За свою службу он был награжден многими высшими орденами Российской империи, в том числе и орденом Св. Александра Невского. Когда в 1856 г. в отставку ушел А.Ф. Орлов, за ним вскоре последовал и Дубельт.

ЛОРИС-МЕЛИКОВ Михаил Тариелович (1824, по другим сведениям, 1825–1888). Главный начальник Верховной распорядительной комиссии по охранению государственного порядка и общественного спокойствия в феврале—августе 1880 г. Царским указом от 3 марта 1880 г. ему было «временно» подчинено Третье отделение собственной Его Императорского Величества канцелярии вплоть до его ликвидации в августе 1880 г.

Происходил из дворянского рода, представители которого были наследственными меликами (правителями) Лорийской долины в Армении. Обучался в пансионе Арзановых в Тифлисе и армянском Нерсесовском училище, где обнаружил незаурядные лингвистические способности, в совершенстве выучил к 10 годам русский, немецкий, французский, грузинский и азербайджанский языки. С обозом армянских купцов Михаил был отправлен в Москву. Учился в Лазаревском институте восточных языков, овладел турецким и персидским языками. Затем поступает в Школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров в Санкт-Петербурге. В 1841 г. знакомится с молодым Н.А. Некрасовым, тогда начинающим поэтом, несколько месяцев живет вместе с ним на одной квартире. По окончании военной школы в 1843 г. производится в чин корнета и определяется на службу в лейб-гвардии Гродненский гусарский полк. Через три года, будучи поручиком, подает прошение о переводе на Кавказ, где шла война с горскими племенами, возглавлявшимися имамом Шамилем.

Лорис-Меликов состоит офицером для особых поручений при кавказском наместнике генерале от инфантерии графе (будущем фельдмаршале и светлейшем князе) М.С. Воронцове. Последний обратил внимание на способного поручика, и своей быстрой последующей карьерой тот во многом был обязан ему. За время военной службы Лорис-Меликов, по подсчетам его биографов, участвовал в 180 боях и стычках. В Крымскую войну Лорис-Меликов сражается против турецких войск на Кавказском фронте. В январе 1854 г. производится в чин полковника. После взятия крепости Карс, как знаток местных условий, назначается управлять городом и прилегающей территорией. Первый административный опыт Лорис-Меликова оказался удачным: он быстро сумел найти общий язык с местным населением, восстановить нормальную жизнь и предотвратить угрозу голода и эпидемий. В августе 1856 г. получает чин генерал-майора. С апреля 1858 г. становится исправляющим должность начальника войск в Абхазии. Весной 1860 г. направляется в Турцию для переговоров с султанским правительством о принятии в пределы азиатской части этой страны тех горцев из Терской области, которые категорически не желали признавать над собой власть Российской империи. Переговоры прошли успешно, Турция согласилась принять единоверцев, а выселение за пределы России непримиримой части горцев, безусловно, способствовало быстрейшему умиротворению Кавказа.

В конце мая 1860 г. Лорис-Меликов был назначен исправляющим дела военного начальника Южного Дагестана и градоначальником Дербента, в марте 1863 г. – исправляющим дела начальника Терской области и командующим находящимися там войсками с присвоением звания генерал-лейтенанта. В течение 12-летнего руководства Терской областью (до апреля 1875 г.) он получает звания генерал-адъютанта, наказного атамана Терского казачьего войска; в феврале 1870 г. ему присваиваются права генерал-губернатора Терской области. На этом посту он проявил себя умелым и энергичным администратором.

В апреле 1875 г. Лорис-Меликов был назначен состоять при наместнике Кавказа великом князе Михаиле Николаевиче с производством в чин генерала от кавалерии. В 1875 и 1876 гг. дважды находится в продолжительных отпусках ввиду необходимости лечения. В немецком курортном городе Эмсе знакомится с вышедшей в Берлине брошюрой «Наше положение» либерального земского деятеля А.И. Кошелева, критиковавшего недостатки российской бюрократической системы. Там же, в Эмсе, встречается с автором брошюры и историком-славянофилом М.П. Погодиным. Идейные воззрения всех троих были довольно близки, и, по всей видимости, к этому периоду относится оформление умеренно-либеральных взглядов самого Лорис-Меликова. Вскоре он принимает посильное участие в разработке новой брошюры Кошелева «Общая земская дума», в которой намечались пути «восстановления утраченной связи народа и государя» без нарушения основополагающих принципов самодержавной монархии. Для этого, по мысли разработчиков, следовало создать Думу из депутатов от земских губернских собраний с правом законосовещательного голоса. Именно из этого концептуального проекта черпал Лорис-Меликов идеи в области политических реформ в период высшего взлета своей карьеры.

В 1876 г. Лорис-Меликов назначается командующим отдельным Кавказским корпусом, в ходе Русско-турецкой войны 1877–1878 гг. он проявляет себя талантливым военачальником, одерживает крупные победы над неприятелем. В апреле 1878 г. был удостоен графского титула Российской империи. За более чем 30-летнюю военную службу Лорис-Меликов награждается орденами Св. Анны 4-й, 3-й и 2-й степеней, Св. Владимира 4-й, 3-й и 1-й степеней, Белого Орла, Св. Александра Невского, Св. Георгия 1-й и 2-й степеней, золотой саблей «За храбрость» и целым рядом иностранных орденов: мекленбург-шверинским «За военные отличия» 2-й степени, прусским «За заслуги» и черногорской медалью.

В апреле 1879 г. назначается временным харьковским генерал-губернатором, а вслед за этим и командующим войсками Харьковского военного округа. На новом месте стремится соединить жесткую линию по отношению к революционному подполью с привлечением к сотрудничеству с властью умеренной оппозиции. В последнем Лорис-Меликову значительно помогало его личное обаяние, умение завоевать популярность людей. Биограф оставил такой отзыв о нем в харьковский период его деятельности: «Доступность, простота в обращении, ласковость графа быстро расположили к нему массу. Он действительно имел способность привлекать к себе людей; его мягкие, вкрадчивые манеры, веселость, магнетическое влияние красивых умных глаз очаровывали многих...» Даже в выполнении прямых служебных обязанностей по подавлению революционного движения проявил недюжинные дипломатические способности, чтобы, с одной стороны, своими энергичными действиями заслужить одобрение правительства, а с другой – провести их осмотрительно, не вызывая к себе чрезмерной ненависти революционеров. О том, насколько это ему удалось, красноречиво свидетельствует уже тот факт, что Лорис-Меликов умудрился стать единственным среди генерал-губернаторов, не включенным Исполнительным комитетом «Народной воли» в список приговоренных им к смерти.

Пока граф проводил свою хитроумную политику в Харькове, революционный террор в общероссийском масштабе продолжал усиливаться, и именно это обстоятельство в конечном итоге вознесло его к вершинам государственной власти. Как известно, народовольцы вынесли смертный приговор самому Александру II и осуществили в общей сложности семь покушений на жизнь царя-освободителя. Взрыв, произведенный Халтуриным, высветил всю неспособность как Третьего отделения, так и бюрократического аппарата в целом обеспечить безопасность главы государства, не говоря уже о более масштабной задаче – подавлении революционного движения в стране. Сложившаяся ситуация побудила царя и его ближайшее окружение срочно искать нетрадиционный выход. Его указал проправительственный публицист и издатель М.И. Катков, подавший мысль учредить диктатуру, способную придать расшатанному административному организму единство и силу. Организационной формой задумывавшейся диктатуры должна была стать Верховная распорядительная комиссия по охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Решение о ее создании было принято 9 февраля 1880 г. Естественно, встал вопрос о кандидатуре главы вновь создаваемого органа. Военный министр Д.А. Милютин и граф Адлерберг указали царю на харьковского генерал-губернатора как на человека, способного взять в руки и крепко держать власть. Судя по всему, и сам Александр II понимал необходимость нового курса в деле борьбы с революционерами, в связи с чем ловкий и умный Лорис-Меликов, уже зарекомендовавший себя на этом поприще в Харькове, был наиболее подходящей фигурой из всей правительственной элиты того времени. Законодательно это решение было оформлено императорским указом от 12 февраля 1880 г., провозглашавшим создание Верховной распорядительной комиссии во главе с Лорис-Меликовым для «положения предела беспрерывно повторяющимся в последнее время покушениям дерзких злоумышленников поколебать в России государственный и общественный порядок». Указ прямо подчеркивал, что комиссия создается «в видах объединения действий всех властей» «по охранению государственного порядка и общественного спокойствия». Данный законодательный акт предоставлял главному начальнику Верховной распорядительной комиссии право принимать любые решения, безусловно обязательные для исполнения всеми «генерал-губернаторами, губернаторами и градоначальствами», всеми чиновниками Российской империи, «не исключая военного», т.е. фактически Лорис-Меликов наделялся всей полнотой государственной власти. Действующий монарх на время уходил в тень и официально передавал главе вновь созданного органа неограниченные полномочия – случай беспрецедентный в русской истории. Военный министр Д.А. Милютин так суммировал в своем дневнике впечатление от его назначения: «Граф Лорис-Меликов понял свою новую роль не в значении только председателя следственной Комиссии, а в смысле диктатора, которому как бы подчиняются все власти, все министры». М.Н. Катков назвал его «диктатором сердца», что чрезвычайно понравилось Лорис-Меликову, пожелавшему, чтобы это определение высекли на могильном камне после его смерти как высшую награду за труды при жизни.

Получив, по сути дела, неограниченные диктаторские полномочия, глава Верховной распорядительной комиссии свою первоочередную задачу видел в преодолении революционной ситуации с помощью комбинированной политики уступок либеральной части общества для изолирования собственно революционеров, с которыми следовало расправляться путем репрессий. 15 февраля 1880 г. Лорис-Меликов опубликовал воззвание «К жителям столицы», в котором просил поддержки общества и, заигрывая с либералами, обещал «приложить все старание и умение к тому, чтобы, с одной стороны, не допускать ни малейшего послабления и не останавливаться ни перед какими строгими мерами для наказания преступных действий, позорящих наше общество, а с другой – успокоить и оградить законные интересы его здравомыслящей части».

Чтобы выиграть битву за общественное мнение, «диктатор сердца» провозгласил целый ряд либеральных шагов, сопровождавшихся шумной рекламой. Лорис-Меликов публично обещал расширить права земств, назначил сенаторские ревизии для расследования чиновничьих злоупотреблений, создал комиссию для пересмотра закона о печати, уволил с поста министра просвещения Д.А. Толстого, ненавидимого интеллигенцией как самого ярого реакционера в правительстве, что сопровождалось некоторым увеличением свободы в учебном деле. В чисто демагогических целях было ликвидировано Третье отделение, ставшее притчей во языцех у либералов, сделана попытка хотя бы частично упорядочить институт административной ссылки. По заданию Верховной распорядительной комиссии сенатор М.Е. Ковалевский разработал проект, ограничивающий право местных властей на внесудебную высылку, а для решения вопроса об административной ссылке было создано Особое присутствие.