Чтение онлайн

– Господи, Настя... Я все, я засыпаю,- приподнявшись на кровати, протянула Ната.- Мне срочно нужно к себе,а то отключусь, а между тем, надо еще решить, что потребовать от этого небоскреба... М-м-м...

– Точно!- кивнула я ей.- Подумай перед сном.

– У-у-у... Кстати, ты заметила, я сегодня была самой красивой...- замерла Ната перед зеркалом.

– Даже не сомневаюсь в этом,- зевнула я.

– Как думаешь... Так... Просто... Что этот Шторм обо мне думает?

Не стоило ей задавать подобный вопрос. От удивления я едва не прикусила себе язык.

Она смотрела на меня через зеркало.

– Что?

– Да я просто так спросила!!!- от сестры не скрылась моя реакция.- Ты что подумала?

– Ничего!- замотала я головой.

– Вот и правильно!!! Настя!!! Только ты можешь так тупить!

– Что?- вот опять она обижала меня ни за что.

Наверное из-за этого я не выдержала и все-таки ответила на ее вопрос:

– Что-то мне подсказывает, что Паша считает тебя лучшей... Именно... Самой лучшей.

Приторно улыбнулась я ей.

– М-м-м!- естественно, мой ответ пришелся ей по душе.- Мха-ха! Отлично! Пускай давится!

– Ага-ага...- смотрела я ей в след.

– Пока!

– Пока-пока!

Рухнув обратно на кровать, я прикрыла глаза.

Может быть Мятежный и считал Нату лучшей, к сожалению, я не знала этого наверняка.

Однако, однозначно, Полина Берг была самой лучшей для Франка.

Вставал вопрос:

А для кого лучшей была я? И была ли...

====== Шестьдесят первая. Полина. ======

Это странное ощущение, будто бы все, что окружает тебя, подстраивается под твое настроение, понимает тебя.

Я сидела, забравшись с ногами, на кресле и держала в руках горячую кружку с чаем.

Погода за окном скорее всего совершенно не радовала большую часть населения города, но для меня она была волшебной. Именно таким Петербург мне казался более искренним, более сказочным и более приближенным к тем, кто жил в нем.

Серые, тяжелые тучи заполонили все небо, не давая пробраться сквозь себя ни единому лучику.

Вот-вот должен был пойти дождь.

Это такое странное, волнующее состояние: ожидание дождя. Вроде бы чуть-чуть, вроде бы уже должен, а его все нет.

Сильные порывы ветра склоняли верхушки деревьев, ломали самые тонкие веточки кустарников.

Хоть я и была дома, но, смотря на происходящее за окном, невольно чувствовала запах того самого неповторимого холодного воздуха, обжигающего изнутри.

Кстати о доме.

Проснувшись утром, и обнаружив насколько резко изменилась погода, Дима начал заниматься печкой. После непродолжительной борьбы, в которой ему всячески пытался помочь Мятежный, у нас в домике сильно потеплело.

И вот сейчас для меня это было раем.

Сидеть в уютном кресле с обжигающим напитком возле, греющей тебя, печки и наблюдать за тем, как же холодно и сыро на улице.

Я не могла оторваться от двух маленьких воробушков, пронырливо прыгающих по нашему козырьку.Казалось, что им весело, потому что оба размахивали крылышками, при этом поворачивая головки из стороны в сторону, будто бы танцуя, но я знала, что на самом деле им холодно и они хотели бы сейчас оказаться в каком-нибудь теплом, желательно с запрятанными внутри семечками, гнездышке.

Так же было и со мной.

На первый взгляд могло показаться, что я ничем не озабочена, что я просто сижу и наслаждаюсь пейзажем за окном, что я довольна всем, что мне хорошо, но это было немного не так.

Я никак не могла перебороть себя, справиться с самой собой.

И все это было завязано на вчерашних гонках.

Я проиграла. Причем, проиграла дважды.

Это ли не повод для грусти?

Я была очень расстроена и недовольна собой, по тому, как это преподносил Дима, сразу же поняла, что вряд ли дождусь от него понимания, поэтому, переборов себя, запрятав свою обиду подальше, постаралась не подать виду, насколько мне плохо. Слава Богу, хотя бы Паша, оказал мне поддержку, не разрешив никому из наших остаться у нас на ночь.

Они бы непременно принялись обсуждать все случившееся, а мне бы от этого стало только хуже.

Вернувшись, я просто на просто забилась под одеяло, сказав, что через чур сильно вымоталась и очень сильно хочу спать.

Так оно и было, вот только...

Я так хотела поговорить об этом хоть с кем-то, но...

– Вот поэтому я и не люблю Питер!

Оторвавшись от своих мыслей, я повернулась в сторону говорившего.

Шторм, стащив с себя куртку, уже усаживался напротив меня.

– Ну и идиот!

Он прищурил левый глаз и ответил:

– Мне никогда не понять этого. Вашей любви к подобной слякоти.

– Естественно, все это для глубокой и ранимой души!- улыбнулась я.

– Ха-ха-ха! Точно! Эй!- он постучал пальцем по окну, перепугав воробьев. Те моментально улетели.

– Ну и что ты сделал?- возмутилась я.

– Я? Поздоровался!

Закатив глаза, ничего ему не ответила.

Наблюдая за тем, как он наливает себе кипяток в кружку, я вновь вспомнила о наших ночных гонках:

– Зачем ты уступил ей?

– Что?- кашлянув, переспросил он.

– Зачем ты уступил ей? Зачем ты проиграл ей?

Промолчал.

– Ну?- протянула я.- Отвечай! Неужели это тайна?- не выдержала я.

– Ха-ха-ха! Какая тайна?- рассмеялся Паша.- Я ничего не делал! Все было честно!

– Ха-ха-ха!- пришла моя очередь смеяться. Смеяться громко и очень долго. На мой смех прибежал Франки, который так же как и все мы, предпочитал наблюдать за скверной погодой из окна теплого, уютного дома.- Иди сюда!!!

Устроившись на моих коленях, он в качестве благодарности вылизал мне все лицо и, забравшись носом в руку, вытащил от туда кусочек печенья.

– Проглот!- заметил Шторм.

– Еще какой! Да и изменник!- это было справедливое замечание.

Уже несколько дней подряд Франки предпочитал ночевать не с нами, а в кровати Павла. Это сильно расстраивало, причем, только меня, Дима же, наоборот, говорил, что подобное его полностью устраивает, видите ли собака мешала ему, занимая в нашей кровати лишнее место. Ну честно, будто бы мы говорили о бегемоте, а не о миниатюрной собачке!