Чтение онлайн

– Не может быть! Не может быть,- не обращая ни на кого внимания, проговорил я себе под нос.

Меня тошнило, меня рвало, мне хотелось кричать, хотелось рвать на себе волосы, хотелось бежать.

Бежать отсюда подальше. Именно это я и решил сделать.

– Эй!- она так не вовремя вцепилась в мою руку.- Что с тобой?

Я не мог дышать. Меня бил озноб.

– Все нормально?

Вместо ответа, я опустил голову, не моргая смотря в стол. Я просто боялся, что если сделаю хотя бы одно движение, то сорвусь. Пускай это будет простейшее движение веком. Я этого не выдержу. Нет. Это был удар ниже пояса.

Как? Как такое возможно? Что? Что происходит? Нет. Этого не могло быть.

– Паш.- прошептала Наталья, так не к месту сидевшая рядом. Как же она надоела мне. Как она бесила меня, как она раздражала. Ненужная. Никчемная. Бесполезная.

Костяшки пальцев побелели после того, как я сжал их еще сильнее. Мозг отказывался работать, глаза не видели ничего, запелененные чем-то странным.

– Зачем? Зачем она здесь?- наконец-таки найдя в себе силы, я повернулся к Наталье, просто потому что больше никого не было рядом. Еще мгновение и я бы сорвался, снял маску и подставил бы всех. Мне нужны были ответы на вопросы. Прямо сейчас.

– О чем ты? Что такое?- ее глаза изучали меня через маску.- Паша, ты чего?

– Шторм, ты чего обкурился?- я услышал в словах Дмитрия намек на беспокойство.- Тебя крутит, даже на камерах это видно. Расслабься чувак, вам скоро отбывать! Будьте начеку.

– Я никуда не пойду,- прошипел я, зачем то ухватившись руками за стол, будто бы меня захотели вырвать из-за него.

– В смысле? Ты давай, приходи в норму, чего тебя накрыло?

– Прими свое лекарство,- посоветовал Касс.

– Ты охуел что ли?- перебил его Франк.- Он слез с него!

– Да? А я и не знал,- задумался Кастильский.- Ну, может, сейчас ему лучше принять, ишь как его от нервов перекосило.

Мне был безумно противен их треп, он ничего не понимали, да и не могли понять.

– Паш, что случилось?- Рудковская повторно накрыла мою ладонь своей.

Вместо ответа, я вновь повернулся к сцене, во мне тлела надежда, что все это ошибка зрения, что все это не так.

Когда она заговорила, я был пленен ее нежным голосом. Я был околдован ей, мне хотелось вскочить и броситься в ее объятья. Сердце болело и кололо, мне никто не мог помочь.

Потребовалось меньше секунды, чтобы узнать ее. Во что бы она ни была одета, какая бы маска не скрывала ее лицо. Это была она, это была моя мама, и в этот момент я понял, что проиграю. Так или иначе. Все равно. Проиграю.

Я еле-еле обрывками осознавал то, что она говорила толпе, своим нежным, заботливым голосом, который должен был принадлежать только мне, который должен был ласкать лишь мой слух. Все эти гниды, собравшиеся здесь, чтобы обсудить всевозможные, ничтожные проблемы. Разве это важно?

Мать не так часто выступала перед публикой, и перед каждым разом дико волновалась.

Я помнил каждый из случаев, когда держал в ладонях ее лицо, приободряя перед выходом. Она боялась толпы, в отличие от нас с отцом. Чувствовала себя надежно лишь за нашими спинами, предпочитая отдавать нам право публичных выступлений. Мама почти всегда присутствовала на приемах, сопровождала отца, была его красивой стороной медали, которая затмевала всю черноту его действий. Я всегда восхищался ей. Черт побери, как же я скучал. Как же я ненавидел себя за то, что причинил ей столько боли. Да, в один момент я подумал, что разочарован в ней, тогда я был один в Рио и был обижен на весь мир, но...

В горле возник огромный ком, не позволяющий дышать.

– Все мальчишки и девчонки, которые и в самом деле, по итогам нашего исследования, были лишены качественно оснащенных автодромов, смогут заниматься своим любимым делом в более безопасных местах. В тоже время, не мешая остальным жителям страны.- закончила она.

– Не проще ли просто-напросто отловить нарушителей и лишить их возможности буянить?- поднял руку мужчина с первого ряда.

– Вы смешной,- усмехнулась мама.- Они так или иначе снова появятся, подрастут новые, тем более, что вы подразумеваете, под словосочетанием «лишить их возможности»?

– Разве это выгодное вложение?- раздалось с другого конца.

Она сильно волновалась и теребила кончик микрофона. Мама постоянно поправляла маску.

Я смотрел на нее и хотел вскочить с места, чтобы защитить ее от всех.

– Что вы получите в замен?

– Какая смета данного проекта?

– Вы можете что-либо продемонстрировать в качестве наглядного примера?

– Да, у нас есть чертеж, пока что плановый, первого автодрома, который будет построен в этом городе.

– Почему здесь? Почему не в Москве?

– Где вы планируете разместить подобную громадину? За городом?

Под эти вопросы, на экране, расположенном неподалеку от матери появилось изображение, объемный проект.

– Мы планируем разместить автодром за городом, возле...

От произнесенного ей названия, у меня пересохло во рту.

– Еееббаать,- простонал Дмитрий мне в ухо.

– Боже мой!- горечь в голосе Полины прошла внутрь меня.

Изображение сменилось. Возникли фотографии запланированного места. Если присмотреться... Если бы фотограф расположил свой фотоаппарат немного правее.

– Я была там,- прошептала Наталья, к моему удивлению, она продолжала держать меня за руку.

Мама, не отрываясь, смотрела на фотографии.

– Насколько для вас, вашей семьи, вашей компании это лично?

– Сиди! Не смей!- Рудковская впилась в меня своими когтями.

– Спокойно! Чувак!- произнес Дима.- Паша, спокойно.

В зале повисла пауза.

– Если вы хотите узнать все подробности, вы можете поговорить со мной лично после выступления,- обернувшись на человека, задавшего вопрос, улыбнулась мама.

Она прошла взглядом по всему залу, в один момент посмотрела на нас с Натальей, но после продолжила обход, в конечном итоге, вновь обратившись к толпе.

– То, что для нас это лично, является лишним доказательством того, что мы подойдем к этому делу серьезно. Столкнувшись с этой бедой, мы куда ясней можем оценить всю важность проблемы.

Мы. Мы. Мы. Я. Я. Я.

Только сейчас я начал осознавать весь ужас происходящего.

Мы? Ты? Мама?

– Я рада, что муж решил взяться за этот проект. Я, действительно, счастлива, что смогу помочь многим в нашей стране, не только в этом городе. Здесь погиб...