Спенсер
Шрифт:
Спенсер вышел из зала с новым уважением к своему отцу.
После обеда, когда его отец пошёл к другому стенду, Спенсер сидел с Аароном на интересном обсуждении чувства вины выживших. Практически всё, о чём говорили, казалось правдивым в отношении Аарона. Когда он бросил взгляд и увидел, как Аарон заполняет выданную анкету, его сердце заныло.
«Во время травматического события, я был на 75% ответственен за произошедшее, потому что сказал Джульетте, что мы спокойно дойдём домой пешком, и пошёл к фургонам, чтобы подсказать водителю дорогу. Кто ещё ответственен? Люди в фургоне, но если бы я не привёл нас к ним, они ничего бы нам не сделали».
Было дополнительное письменное задание с вопросом о подробностях ответственности. Был ли человек невинным свидетелем или активно участвовал; уровни осознания, опрометчивость, отсутствие морали или навыка. Это упражнение казалось очень продуманным. Спенсер достал телефон и открыл переписку с отцом.
[Спенсер] Аарон только что сделал упражнение на чувство вины выжившего. Он считает себя ответственным за нападение.
[Папа] Читаешь через его плечо?
[Спенсер] Он не говорит об этом.
[Папа] Мы работаем над этим. Там есть анкеты? Он пишет об этом?
[Спенсер] Да.
[Папа] Попроси его принести анкету на наш завтрашний сеанс.
[Спенсер] Ок.
[Папа] У тебя всё хорошо? Такие лекции тяжело высидеть.
[Спенсер] Я в порядке. Больше переживаю за него, чем за себя.
[Папа] Я знаю это чувство.
Его грудь запульсировала острой болью, когда после окончания конференции, отец высадил его у дома и уехал с Аароном. С того момента он переживал за Аарона. Спенсер скучал по нему, скучал по онлайн-разговорам с ним и скучал по его странному чувству юмора. Отчаяннее всего, Спенсер скучал по любви Аарона. Он скучал по возможности держать Аарона за руку и чувствовать его дыхание на своей шее. Он задумался, заполнял ли эти пробелы тот парень, Джордан, заполнял ли он пространство по краям их отношений, но не мог заставить себя спросить. Вместо этого Спенсер держался за надежду, что всё ещё владеет сердцем Аарона.
Остаток недели тянулся так чертовски медленно, что Спенсер не мог этого выносить. Клэр уже давно устала от его огрызаний и закрыла своё окошко чата, так что парню приходилось писать ей электронные письма при необходимости. Эрик и Пол тоже держались поодаль. Спенсер напоминал тикающую бомбу, ожидающую взрыва суда Аарона.
В четверг они ушли обедать без Спенсера. К пятнице Эрик предложил ему выехать чуть раньше, чтобы не попасть в пробку. Спенсер уже собрал сумку и оставил в машине, дожидаясь пяти часов. Они с Аароном проведут пятницу и субботу вместе, в доме его отца, а в воскресенье Аарон будет ночевать дома со своей семьёй, готовясь к суду, который начнётся в понедельник. Прокурор сказал, что его вызовут либо в понедельник днём, либо утром во вторник. У них было несколько свидетелей для наработки, защита проведёт свои перекрёстные допросы, но прокурор хотел, чтобы голос Аарона был последним, что они услышат. Он хотел, чтобы судью это преследовало.
Спенсер приехал к дому Аарона на два часа раньше, чтобы сделать сюрприз. На подъездной дорожке стояла машина, которую он не узнал, поэтому свою машину припарковал у обочины. Уголок его губ приподняла улыбка, когда он увидел, как Аарон прошёл перед окном и остановился. Солнечный свет сиял на его лице, и у Спенсера перехватило дыхание.
Затем перед окном встал какой-то блондин, обнимая Аарона, который прижался к его груди.
Спенсера пронзила боль, заставляя пошатнуться. Он не мог дышать, увидев Аарона, своего Аарона, в чужих руках. Он развернулся, чтобы пойти обратно в машину, но остановился. Боже, Спенсеру нужно было во всём разобраться. Аарон не будет изменять ему, потому что не спал даже со Спенсером. Аарон был расстроен из-за суда несколько недель и упоминал Джордана в качестве хорошего друга. Любой хороший друг может успокоить другого объятиями. Спенсер игнорировал всплывшее в голове изображение того, как Джордан целует Аарона в лоб, потому что видел недостаточно хорошо, чтобы знать, было ли это на самом деле. Нет, ему нужно было пойти в дом и поговорить с Аароном. Он не сдавался три года и определённо не сдастся сейчас.
Он постучал в дверь, и Аарон открыл её с улыбкой, предназначенной только Спенсеру. Спенсер вошёл и притянул Аарона в объятия, одним глазом наблюдая за парнем, который опирался на дверной косяк у входа в гостиную. Аарон крепко обнимал Спенсера, практически цеплялся за него, несколько долгих минут сладкого спокойствия с ароматом солнца.
Я скучал по тебе, — прожестикулировал Аарон.
Я тоже скучал по тебе. На этой неделе я всех сводил с ума на работе, поэтому они предложили мне уехать пораньше, — Спенсер поцеловал Аарона в лоб.
Я тоже сводил с ума Джордана, — с самокритичной улыбкой сказал Аарон, указывая на блондина позади себя.
— Ох, прости. Джордан, это мой парень, Спенсер, — вслух произнёс Аарон, поглаживая грудь Спенсера медленными движениями пальцев.
— Приятно наконец с тобой познакомиться, — сказал Джордан, помахав рукой.
— Громкий тон не поможет, — ответил Аарон, и Спенсер усмехнулся, когда Джордан покраснел. Аарон игрался с футболкой Спенсера, и сердце парня налилось любовью от небрежного взаимодействия.
— Прости, — Джордан наблюдал со слегка некомфортным видом.
Хорошо.
Он мой.
— Мы как раз говорили о суде, — сказал Аарон Спенсеру, переплетая вместе их пальцы и утягивая Спенсера в гостиную. Они сели рядом на маленьком диване, в то время как Джордан занял ближайшее кресло.
— Что. Насчёт. Суда?
— Мы просто обсуждали некоторые подсказки и всё такое, о чём говорил мне твой отец. Джордан рассказывал, чему ещё научился, что помогало ему успокоиться, — сказал Аарон. — И я много думал о том, что сказал Зак Тайлер о возвращении своей власти. Думаю, я готов это сделать.
— Это. Отлично. Аарон...
— И я буду рядом, чтобы тебя поддержать, — сказал Джордан. — Я уже договорился со своим менеджером.
— Ты. Ему. Не. Нужен, — рявкнул Спенсер, и Аарон посмотрел на него.
— Он мой друг, Спенсер.
И только? — спросил Спенсер, переключаясь на язык жестов, чтобы этот идеальный блондин Джордан не мог ничего понять.
Ты ревнуешь? К Джордану? — спросил Аарон, широко раскрыв глаза от шока.
Когда я подъехал, ты был в его объятиях.
Он обнимал меня, потому что я был расстроен из-за суда. Спенсер, он натурал, ради бога.
Что? — спросил Спенсер, моргая.
Натурал, это значит, что ему нравятся девушки, а не парни, — губы Аарона приподнялись в полуулыбке, и Спенсер посмотрел на Джордана, который переводил взгляд между ними.