Спенсер
Шрифт:
Да! Люблю, когда ты произносишь мое имя.
Я хихикаю вслух.
— Что смешного? — спрашивает Мэгс, отвлекаясь от ноутбука.
— Ничего, заметила смешную опечатку в тексте.
— О, — говорит она и возвращается к работе.
Итак, снова планируешь попытаться помочь мне вылететь с работы?
Я думала, что сегодня моя очередь? Ты же собирался взорвать мой мозг. Или ты решил взорвать свое эго?
Я бы с удовольствием, но Злая Сука с Запада сидит рядом и может прекрасно меня видеть. Не хотел бы доставлять ей
удовольствие думать, что я ТВЕРДЫЙ на работе от вида ее в коротеньких шортиках.
О, правда? Она сексуальная?
Могла бы быть, если зашить ей рот.
А ты, я полагаю, идеальный джентльмен?
Я идеален всегда, Джаз.
Коооооооонечно!
Бог мой, женщина, хорошая порка пойдет тебе на пользу.
Ооо, обещания, обещания. Я все еще жду, когда взорвется мой мозг. Или я снова должна развлечь себя сама?
О, нет! Не сегодня. Не собираюсь вновь проходить через это, когда она может увидеть меня. Веди себя прилично.
Пойди мне на встречу. Пришли свою фотографию, и я не буду тебя донимать.
Посмотрим, что с этим можно сделать. Теперь дай мне поработать, хорошо? Я и так опаздываю.
Ладно.
Скоро вернусь.
Как только солнце достигает зенита, Мэгс поднимается, чтобы переместить наш зонтик.
— Думаю, я пойду и приготовлю нам обед, — потягиваясь, говорит она.
— Не беспокойся, — говорю я, вставая и направляясь к небольшой барной стойке, расположенной рядом с бассейном. Достаю тарелки, ножи, хлеб и из холодильника немного ассорти из мяса и сыра, что купила в гастрономе.
— Вау, посмотрите-ка. Ты сегодня рано встала.
— Просто подумала, что было бы замечательно не дергаться из-за еды, — ухмыляюсь я.
На самом деле, я подумала, что было бы здорово не проходить мимо него, если это вообще возможно, поэтому я подготовилась, но давайте не будем думать об этом.
Мы сидим и жуем наш обед, когда Мэгс рассказывает мне о сюжете своей книги. Это звучит великолепно, не могу дождаться, чтобы прочитать некоторые моменты.
Несмотря на то, он все время был в поле моего зрения, на самом деле я не думала о Спенсере некоторое время, поэтому удивляюсь, когда мой телефон издает звук, сообщающий о входящем сообщении от него. Это селфи: на нем очки, и он ухмыляется. Футболка заправлена в шорты, и его тело словно говорит «укуси меня». Физически борюсь со своим рефлексом, чтобы не обернуться, и это сложно, но к лучшему, потому что не знаю, смогу ли побороть желание, если увижу его вживую.
Отправляю ответное сообщение.
Осторожно, Злая Сучка может захотеть кусочек тебя, если увидит все это.
Ага, как же! У нее нет никаких шансов. Кроме того, она слишком занята, поедая омара и икру, или что там предпочитают богатые люди.
Ты заставляешь меня смеяться, думаю, она может оказаться вполне нормальной девушкой.
Да, а я тогда пришелец.
Потом он замолкает, и когда я встаю отнести тарелки обратно на барную стойку, то осматриваюсь, чтобы убедиться, занят ли он из-за доставки кучи материала. И да, все ребята вовлечены в это дело.
После быстрой тренировки, наконец-то, направляюсь в сторону дома, чтобы принять душ, думая, что путь свободен, но мое сердце замирает, когда я поворачиваю за угол и замечаю его, занятого работой.
— Уходишь? — спрашивает он, когда я прохожу мимо.
Я игнорирую его.
— Должно быть, ты устала, Принцесса, иди приляг.
Ублюдок! Я продолжаю идти. Не доставлю ему удовольствия видеть, что меня это задело.
— Хорошо, тогда, — продолжает он по-прежнему радостно, — увидимся вечером, — смеясь, говорит он мне в спину.
Я напрягаюсь, но продолжаю идти, бормоча ругательства себе по нос.
Мы уже около часа сидим в баре, и до сих пор было приятно здесь находиться. Догадайтесь с трех раз, почему.
Я делаю свой заказ в баре.
— Мне необходимо увидеть ваши документы, — говорит бармен. Я закатываю глаза. Уже давно никто не просил меня об этом. Не знаю, поцеловать ли парня или оскорбиться.
— К сожалению, я должен спросить. Недавно я ошибся, и у меня предупреждение.
Я смеюсь и ищу в сумочке свое водительское удостоверение.
— Не ведись, она хитрая, — я напрягаюсь, когда его голос распиливает мое хорошее настроение на две части. Сегодняшний вечер был так хорош.
Отдаю свое удостоверение и смотрю перед собой, отказываясь замечать его, даже когда он опирается локтями на стойку рядом со мной и наклоняется ко мне. Он принюхивается, а я борюсь с желанием надрать ему зад.
— Какого черта ты делаешь?
Он снова принюхивается.
— Проверяю, приняла ли ты душ, — ухмыляется он. — Когда видел тебя в последний раз, ты была немного разгорячена.
Поворачиваюсь к нему лицом и в возмущении открываю рот. Когда ловлю взглядом его идиотскую ухмылку, закрываю рот, не собираясь опускаться до его уровня, и поворачиваюсь обратно в сторону бара. Бармен протягивает руку, возвращая мои права, и я вижу, как придурок вырывает их из его пальцев. Пытаюсь забрать их у него, но он смеется и держит их над головой.
— Ах, ах, ах. Не так быстро, Принцесса. Давай посмотрим, что тут у нас? — он продолжает держать их вне моей досягаемости, но наклоняется так, что может прочитать. Смеется над моим фото, и я бросаюсь на него, но он легко удерживает меня свободной рукой. Затем веселое настроение Спенсера улетучивается, и его сменяет обида, когда он говорит: — Твое имя не Паркер!
— Нет, не Паркер, — рычу я, забирая свои права. — Это также не твое дело, — наконец-то, спокойно вздыхаю и отхожу от него, убирая права как можно быстрее.
Черт! Черт, черт подери!
Бросаю быстрый взгляд в его сторону, но он, кажется, не торопится присоединиться, до сих пор выглядя все еще довольным собой. Хватаю свои напитки и отступаю в безопасность нашего столика, прежде чем он скажет еще что-нибудь.
Это хорошая компания, ну, по крайней мере, так было до тех пор, пока не появился он. Мэгс и Уилл выглядят мило. Исходя из того, что я видела, он отличный парень. Она постоянно писала ему, но я была немного погружена в свой собственный бред. Я действительно должна спросить, что между ними происходит. Тут присутствуют и другие, несколько ребят из бригады Уилла и Спенсера, и пара подруг. Я болтала с одной из них — действительно интересной девушкой — о ее благотворительной деятельности, что заставило меня почувствовать собственную малозначимость. Особенно, когда она спросила меня, чем я занимаюсь, и я должна была признаться и сказать ей, что на данный момент ничем, но я работаю над тем, чтобы открыть собственный магазин шоколадных изделий. Могла ли я когда-либо чувствовать себя более неловко?