Чтение онлайн

Какой реалистичный, детализированный кошмар. Документы – и те составлены идеально. Мне срочно надо отсюда выбраться или я, не отдавая себе отчет, начну принимать за чистую монету любую ложь.

– Ладно, док, если я самостоятельно пришла в Лиер Сикехус, то и уйти могу хоть сейчас? – Выразительно смотрю на него. – Тем более, мне удалось побороть делирий. Получается, самое время поскорее встретиться с женихом и обсудить свадьбу, а то вдруг он передумает – не каждый решится связать судьбу с психопаткой.

Магнус Йохансен слышит язвительные нотки в моем голосе, но сохраняет спокойствие. В голове мелькает дурацкая мысль, что нацистские врачи в концентрационных лагерях вели себя так же, хладнокровно проводя чудовищные опыты над узниками. Усилием воли заставляю себя не думать об этом: опасаюсь, что если дам волю фантазии, доктор Йохансен превратится в доктора Менгеле 3 или в самого Гитлера, а это уже и впрямь заявка на диагноз.

– Лелия, послушайте меня, – говорит Магнус Йохансен, – вы имеете полное право покинуть клинику, но…

– «Но»?! – Перебиваю я, ощущая, как изнутри поднимается раздражение. – Вы не можете держать меня здесь против воли.

Он, не отворачиваясь, выдерживает мой взгляд.

– Обстоятельства изменились. У вас случилось обострение, и вы чуть не навредили себе. Бьянка вошла в палату, когда вы, забравшись на подоконник, с закрытыми глазами пытались спрыгнуть вниз. Санитары чудом успели подхватить вас, лишь поэтому вы не поранились или не сломали себе что-то. Мы не можем отпустить вас, пока есть риск рецидива.

Перед глазами все плывет. Жар и искры от ревущего вулкана, раскаленная магма, близость Зейна, запах шафрана. Магнус Йохансен пытается доказать мне, что всего этого не было, что все это – не более чем сон?

– Хорошая новость в том, что делирий – это не приговор. – Продолжает главный врач. – Он обратим и при правильном лечении возможно добиться полного выздоровления и возвращения к нормальной жизни.

Всплескиваю руками в демонстративном восторге.

– Волшебно! Потрясающе! Я, наверное, должна благодарить вас на коленях за все, что вы для меня сделали? – Насмешливо улыбаюсь, не скрывая ярости. – Один маленький вопрос. Чем же вы собираетесь меня лечить?

– Я настаиваю на комплексном лечении, так как оно показывает наилучшие результаты. – Невозмутимости доктора Йохансена можно позавидовать. – У меня есть все основания полагать, что психотерапия в сочетании с нейролептиками и морфином значительно ускорит процесс выздоровления.

– Морфин? Вы в своем уме? Мне нельзя принимать опиум, я моментально попадаю в зависимость от наркотиков. – Возмущенно выдыхаю, сжимая в руке пустой стакан. – Не смейте.

– Лелия, я ваш друг, а не враг, доверьтесь мне.

Магнус Йохансен сжимает мои пальцы и это оказывает эффект взорвавшейся бомбы.

– Пошел к черту со своей психушкой и сраным диагнозом! Если ты рассчитываешь, что я поверю в этот бред – проблемы с головой у тебя, а не у меня. Где Асаф?!

Он делает едва заметное движение, и в кабинет вбегают двое крепких санитаров в сопровождении Бьянки, которая вновь сжимает в ладони шприц. Похоже, все это время они были рядом, ожидая знака от доктора.

– Не-е-ет, – только и успеваю простонать я, когда они хватают меня и легко обездвиживают, в то время как тонкая игла проникает под кожу.

– Все будет хорошо, – успокаивающе шепчет доктор Йохансен. – Я помогу вам, Лелия, я обязательно помогу вам вернуться в вашу настоящую жизнь, но в данный момент вам требуется отдых. Не думайте ни о чем, расслабьтесь. Добрых снов…

***

– Ли, я закажу тебе лучшую пиццу в Неаполе.

– Ты победил, викинг, – я капитулирую, подняв руки ладонями вверх, – но я не переступлю порог ресторана, если ты не пообещаешь мне еще и моцареллу.

Мы договариваемся встретиться через несколько часов, и я решаю воспользоваться ими максимально непродуктивно и максимально приятно – иду к морю. Спускаюсь к кромке воды по большим белым камням, разуваюсь и тяну ступни к набегающей волне. Вздрагиваю, когда она касается горячей кожи. Выдыхаю.

Этот город не похож ни на один другой. Подобно привлекательному и дерзкому южанину, он доводит до изнеможения нескромными взглядами, соблазняет задолго до того, как случится первый поцелуй. Этому городу идет лето. Этому городу идет быть влюбленным.

Неожиданно откуда-то доносится мелодия, и я узнаю в ней услышанную по радио в студии Олава песню. Исполнение настолько хорошее, что ее легко спутать с оригиналом, разве что сыгранная на акустической гитаре она звучит немного иначе, но точно – не хуже. С любопытством смотрю на музыканта, однако разглядеть его лицо не получается из-за козырька кепки. Жаль. Если он так же привлекателен, как талантлив, я бы не отказалась увидеться с ним снова. Он перебирает струны, и я закусываю губу. Интересно, как ласкают эти пальцы – нежно, неспешно, или же наоборот, жадно и неистово?..

Будто почувствовав мой взгляд, парень оборачивается. Симпатичный. Очень симпатичный. Улыбаюсь, и он улыбается в ответ. Какое знакомое лицо… Где я могла его видеть? Прежде чем я успеваю сообразить, его окликает стоящая у парапета блондинка в обтягивающем черном платье. Усмехаюсь. Наверняка не хочет снимать дорогие туфли и спускаться к воде по камням. Посмотрев на меня в последний раз, музыкант зачехляет гитару и поднимается к девушке. Снова поворачиваюсь к морю. Неудивительно, что он проводит жаркие итальянские ночи с ней: во все времена красивые женщины любили тех, в ком горит талант.

Просидев на набережной еще полчаса, дожидаюсь, когда солнце скрывается за горизонтом, расплескав на прощание яркие всполохи заката, и автоматически отмечаю, что этот вид мог бы стать отличной иллюстрацией для перекидного календаря. Профдеформация в действии.

Потягиваюсь и зеваю. С каким удовольствием я бы сейчас вернулась в отель и выспалась перед ранним рейсом в Осло, но не могу нарушить данное Олаву обещание. Пицца так пицца…

«Красавица! Какая же ты красавица! Любишь красное вино? А пасту? Давай я закажу тебе пасту с морепродуктами, bella!» Стоит мне оказаться в толпе активно жестикулирующих и громко разговаривающих итальянцев, как я теряюсь. Слишком много внимания и незнакомых имен. Олав смеется, заметив мою реакцию:

– Ты полюбишь их, Лелия, тебе просто надо привыкнуть.

– Не сомневаюсь…

Неловко подставляю щеку очередному стремящемуся расцеловать меня синьору и внезапно ощущаю чей-то внимательный взгляд. Оглядываюсь. Вот это сюрприз! Густые каштановые волосы, чертовски обаятельная улыбка, ямочки на щеках, чехол с гитарой за спиной. Парень с набережной. Поверить не могу. Какова была вероятность, что этим вечером мы окажемся в одной компании? Почти никакой, однако мы здесь: смотрим друг на друга, не в силах оторвать глаз – так же, как и час назад.