Чтение онлайн

Я смотрел на рушащиеся путы, сплетенные Данияом, и поражался. Одни маг Спирита обошёл, другие отменил, третьи проломил мощью магической цепи. На той стороне зеркала действовала как минимум десятка антисистемщиков.

В конце концов он — маг Спирита даже не стал доводить эту дуэль до конца, а просто воспользовался лазейкой и протолкнул к нам кота-штурмовика.

— Замри! Зум-зум-зум! — скомандовал я своему дару предвидения. Картинка замерла, а фурри кот увеличился так, что я мог рассмотреть его повнимательнее.

Белая бронипластиковая защита с прорезинненными сочленениями из кевлара. Всё это стабилизировано электроприводами. На бедре — пистолет, в руках — острая труба-копьё и такой же острый вееровидный щит.

Положительные пустили сюда своего воина, надеясь на то, что он завяжет бой, и переправились сюда сами. И порядком потративший свои силы на борьбу с зеркалом маг не устоял, погибнув от метательного оружия.

— В следующий раз телекинезом задушу, — сообщил уже трупу кот.

«Почему? Что такого важного в телекинезе, что он несказанно лучше режущего головы диска? — задался я вопросом, подключая свои аналитические скилы. — Ну конечно же! Кот получил рейтинг и несгораемую сумму, которая вкачалось в ненужный ему скил. Это очень-очень хорошо. Значит, кот в антисистеме недавно и пока только вступает на путь охоты за рейтингом. А таких всегда проще отлавливать и уничтожать. Они не воюют, они — качаются».

Я услышал скрежет собственных зубов. Вот она, светлая добрая мечта бойцов Спирита — получать рейтинг, уничтожая нас, страшных, злых отрицательных.

«Тише, господин майор, тише», — мысленно сказал я самому себе. Только дилетанты имеют право на эмоции. Моя же задача — вызнать как можно больше о пришельцах'.

Усилием воли я крутанул видение дальше, но спустя секунд десять кот исчез. Я посмотрел на зеркало. По нему шла крупная волновая рябь. Это вошёл видящий и одним только появлением спрятал и себя, и кота от моего взора.

— Зум-зум, — пробормотал я цикл приближения видения. На зеркальной поверхности отражались рыжие блики и сине-серые очертания.

Я почти на девяносто процентов был уверен, что второй вошедший был лисом фурри или кемономими, а вот третий, похоже, был человеком. Причём лис держал в руках что-то длинное, а человек шёл налегке, хоть и в броне.

— Итак, что мы имеем, — подытожил я вслух. — Пришедших трое. Говорят на русском языке. Судя по костюмам, прибыли из технологически развитого мира. Фурри кот имеет боевые скилы, но почему-то предпочитает в прокачке телекинез, фурри или кемономими-лис — мультикласс, как и я, стрелок и видящий. Третий, как можно предположить, маг человеческого рода.

Уже собираясь выходить, я глянул на тонкую пробоину в стене, откуда исчез диск, извлеченный, по всей видимости, котом. Пламя сожрало всё, но, возможно, не тронуло то, что застряло глубоко в щели. Присев на корточки, я снял перчатку, поднес ладонь к пробоине и протянул, приводя в работу заклинания мини-гарпуна:

— Пу-уууул!

На успех я особо не надеялся, однако в мои ладони тут же посыпались окровавленные крошки гипсокартона. Среди этого кровавого мусора — о удача! — торчал белый кошачий волос.

Я не верил своему успеху. Если бы маг Спирита был менее гуттаперчевым, если бы не ограничил своё сжигающее заклинание стенами жилища, а поджег бы тут всё, я бы никогда не нашёл эту зацепку. Волос принадлежал коту. Имея такую зацепку, можно отстраивать по одному только биокоду любые ударные и поисковые заклинания. Конечно же, я был видящим и напрямую сам сделать этого не мог ввиду чертового паритета, но вот создать маяк по которому силовики найдут группу охотников за опытом — это запросто.

Я выдохнул. Под кителем взмокло — может, от отражающего гарь купола, а может, от нагрузки. Отряхнув руки и выйдя за дверь, я снял с себя давящее заклинание и повесил вместо него шифрующее.

Коммуникатор уже набирал Герру.

— Снова здравствуй! — улыбнулась она. — Чем порадуешь?

— Их вошло трое: воин-кот, видящий-лис и человек-маг. Все в боевых мехкостюмах, с оружием. Маг спалил напоследок зеркало со всеми следами, откуда они пришли. Мой предварительный вердикт: это — охотники за рейтингом. Мои предварительные рекомендации: тирипс-скилл-блокада на весь город и биомеханических ищеек по следу. У меня есть волос одного из них.

— Хелл, ты и правда новогодний волшебник! Всё, больше я тебя не побеспокою. Сдай образец через капсулу вещдоков и отдыхай свой отпуск, а уж о гонораре можешь не беспокоиться! — Герра разулыбалась. Вторая пойманная Спирит-группа за неделю светила её явным повышением.

— Гер, — попросил я, — дай допуск к допросу тех, кого вы взяли в четверг или протоколы почитать. Может, ещё что полезное найду.

— То есть в отпуск обратно ты не хочешь? Хитрец. Я, конечно же, включу тебя в рапорт, если ты об этом, — улыбнулась девушка.

— Да нет, Герра. Я очень хорошо помню ту войну и хотел бы разобраться с попаданцами до конца. Дело не в рапортах, хотя за это отдельное спасибо.

— Будет тебе допуск, — пообещала она и отключилась в привычной для себя манере, оставив меня одного в коридоре дома с волосом врага и пахнущем гарью костюмом.

Сил убавилось прилично. Волосы взмокли, а моя фуражка так и висела нетронутой на противоположной двери. Бывает так, что у тебя вроде всё хорошо, жизнь удалась, но вот в твою жизнь приходит, казалось бы, очередная девушка — и всё идёт наперекосяк. И вроде бы всё честно, отношения без обязательств и тому подобное, а как ещё может быть на нашей работе? И вот она в очередной раз бросает трубку сухо по службе, а у тебя перед глазами стоит её образ — внешне хрупкой, коротко стриженной, с волосами словно морское дно и столь яркими цветами косметики на лице, что даже твои постоянные шлюхи постыдились бы так накладывать макияж.

Я помотал головой.

«Приди в себя, майор. Ты потерял много сил, и то, что должно таиться в глубине за тканями черного кителя офицера AF, полезло на свободу. За лишние чувства могут назначить пси-проверку на профпригодность и стрессоустойчивость, а потом и должности лишить. Могут и на пенсию отправить раньше времени. Зачем департаменту больной старый дурак?»

Любовь — глупая химическая привязанность, пережиток прошлых цивилизаций, — по праву считалась в департаменте да и на всей Терре опасной болезнью. Вот только если простой человек мог любить — официально это не запрещалось, — то служитель Тирипса, особенно маг, поддаваться любви и другим чувствам не должен был никогда, особенно если их объектом являлась старшая по должности. Я спешно затянул взмокшие волосы резиновой стяжкой, и меня немного отпустило. Патлы ловили странные волны. Не дай бог скил эмпатии получить от системы — тогда точно на пенсию отправят или вообще на вечное принудительное лечение в мягкий дом. Хотя нет никакого бога, есть лишь Тирипс.

На голову привычно легла фуражка, тут же въедаясь в еще не разгладившуюся и оставленную ею же борозду на лбу, и всякие страхи о любви и о «поймать эмпатию» поутихли.

«Вот и хорошо, вот так и держать господин майор!»

Небо разразилось дождем, и Эйни вовремя спрятала свой хвост внутрь бронекостюма. Датчики кричали и молили о пощаде: сверху лилась гремучая смесь в таких пропорциях, что, казалось, можно было вспыхнуть, выйдя под этот дождь с сигаретой, или как минимум потерять пушистую шерсть вместе с кожей.