Список ликвидатора
Шрифт:
– Так-то лучше… – обрадовался начальник и убрал ее в стоящий сбоку сейф. – Потом опишем…
– Как же… – пробормотал сержант. – Вы опишете…
– Разговорчики! – строго посмотрел на него подполковник, а потом повернулся к Грише и, кивая на Ерохина, сказал: – Ты представляешь, он с этого Бекбулатова двести содрать хотел! Я в соседнем кабинете сидел и все слышал!
– Ну и содрал бы! – с некоторым даже вызовом произнес Ерохин. – Если б у него было… А что его, паразита, жалеть, что ли?
– Н-да… – усмехнулся капитан. – Резонно…
– Хоть было бы что поделить… – добавил сержант.
– Эх вы! – укоризненно покачал головой начальник и с выверенной на многочисленных собраниях-совещаниях интонацией произнес: – Наша главная сила в строгом соблюдении законности, а также всех норм и правил, установленных уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации! А вы мне тут «поделить»! Стыдно!
– Конечно, что тут делить… – как бы самому себе сказал Ерохин. – Тут вам и одному мало…
Гриша не выдержал и расхохотался.
– Я тебя, Ерохин, премии лишу за твою алчность! – погрозил пальцем сержанту начальник отделения.
– За мою алчность?! – выпучил тот глаза. – Ничего себе!
– Да хватит вам! – задыхаясь от смеха, выкрикнул капитан.
– Вот именно, – согласился подполковник. – Хватит об этом. Давайте думать, как действовать дальше.
Гриша отдышался и сказал:
– Ну а что тут думать? Телефон пробивать надо…
– Муровцам сообщать будем? – спросил начальник.
– Конечно! – ответил капитан. – Это же они все придумали! – И, столкнувшись с недовольным взглядом подполковника, он поспешно добавил: – Под вашим руководством, естественно!
– То-то… – пробурчал начальник.
– Поэтому надо им позвонить… – сказал Гриша.
– Конечно! – снова влез сержант. – Может, они сами все и раскроют!
Начальник почесал лоб и, поморщившись, произнес:
– А потом мне на собрании в префектуре скажут: «Не можешь, мол, ничего без МУРа-то, товарищ подполковник!»
– Ну и пусть говорят! – возразил капитан. – Дело-то все равно в наш актив запишется. А то, что вы сумеете привлечь к нему сотрудников из другой организации, – так это только покажет степень вашего профессионализма!
– Ты думаешь? – спросил начальник.
– Уверен!
Подполковник сосредоточенно подпер руками подбородок. В повисшей тишине, казалось, было слышно, как в его голове трутся друг о друга поглощенные мыслительной работой мозговые полушария.
– Ладно… – пробормотал он наконец. – Позвонить-то мы им позвоним…
– Правильно! – сказал Гриша.
– Но о том, что узнали номер, сообщать не будем!
– Как это?… – растерялся капитан.
– Так это! Сами дело распутаем. И галочку поставим! – Тут начальник полез в ящик стола. – Вот… – Он вытащил какой-то листок: – Здесь записан телефон этих муровцев…
– А может, они еще не приехали? – засомневался Ерохин.
– Да тут мобильный… – сказал начальник и принялся быстро нажимать кнопки. – О! – оглядел он подчиненных. – Соединилось! Алло, алло… Это кто? Жуков? Капитан Жуков? Говорит подполковник Запридуха, начальник двести первого отделения… Ну что, капитан, к сожалению, все вышло не так гладко, как мы планировали.
Таня открыла приехавшему Редникову дверь и сразу же увидела сжимаемую им перед собой папку.
– Ты ее не отдал?
– Нет, – сказал Герман и, чуть отодвинув подругу, прошел в квартиру, бросил папку на трюмо, разулся, после чего направился в ванную. Помыв руки, Редников вытер их махровым полотенцем, вышел в коридорчик и повернул на кухню, где тут же сел за стол и попросил наблюдающую за ним девушку: – Дай мне, пожалуйста, что-нибудь поесть!
Таня хотела что-то сказать, но промолчала, подошла к плите, взяла сковородку с теплой еще картошкой и поставила ее перед Германом. Затем она отрезала ему хлеб, дала вилку и села напротив, подперев руками щеки.
– Спасибо! – улыбнулся Редников и с удивительной скоростью, буквально за минуту, опустошил сковородку, вытер салфеткой губы и улыбнулся: – Чаю можно?
Таня спохватилась, снова подбежала к плите, налила большую чашку чаю, бросила туда сахар, размешала и поставила на стол:
– Пожалуйста.
– Благодарю! – ответил Герман и попытался огромным глотком отправить в себя содержимое чашки.
– Осторожно, он горячий! – закричала девушка.
– Уффф!!! – замотал головой обжегшийся Редников.
– Ну вот… – расстроилась Таня.
Герман встал из за стола, взял ее за руку и провел в комнату.
– Что такое? – спросила ничего не понимающая девушка, когда они оказались уже возле дивана.
Редников не ответил и вдруг начал расстегивать пуговки на ее рубашке.
– Ты что?… – опешила она.
Герман, сопя, продолжал свое дело.
– Ты… ты… – Таня попыталась убрать его руки, но, едва коснувшись их, вдруг как-то обмякла и подчинилась настойчивому Редникову.
– Милый… – погладила она его запястья.
Герман обнял девушку, шагнул вперед, и они вместе повалились на диван.
– Милый… – Она начала стаскивать с него футболку. – Милый… Мой сильный… Мой смелый…
Тут Редников как-то странно посмотрел на нее и вдруг резко приподнялся и, отвернувшись, сел на край дивана.
– Ты что? – испугалась Таня.
Герман молчал.
– В чем дело? – Девушка тоже вскочила и, прижимаясь к нему, уселась рядом.
– Я не отдал папку…
– Почему? – осторожно спросила Таня. Она уже поняла, что Редников испугался, но ей почему-то хотелось как-то оправдать его страх. И перед ним самим, и перед собой. Потому что она уже любила этого парня и была готова принимать его таким, какой он есть. И девушка задала первый пришедший в голову вопрос: – Тебе не удалось ее передать из-за того, что этого человека не было на месте, да?
– Да, – неожиданно ответил Герман и повернулся к ней: – Его не было на месте!
Таня улыбнулась:
– Ну и что ты тогда так переживаешь?
– Действительно… – Редникову стало радостно, что отношение девушки к нему не изменилось, несмотря на то что она, кажется, все поняла…
– Забудь ты об этой папке… – сказала Таня. – Хотя бы на время… – И она нежно обвила его шею руками. – Забудь…
Они снова бухнулись на диван, только на этот раз инициатива принадлежала девушке.