Чтение онлайн

Граф приехал в Оссинг, чтоб ему провалиться. Мисс Селден дала пощечину одному из выдающихся аристократов бомонда. Она догадалась об этом еще до того, как заработали мельницы сплетен. В конце концов, она же слышала, что маленькая девочка заболела, и вообще, какой бессердечный отец оставит ребенка одного во время Рождества?

Кроме логичности появления лорда Боутона в это время, в округе не могло быть других таких же несравненных джентльменов, подобных тому, кто приставал к ней на большой дороге. Но если бы, по какой-то случайности, и существовал более привлекательный, более мужественный и внушительный джентльмен — не то чтобы она считала его джентльменом, далеко не так, — что ж, он точно не проезжал бы через Аппер-Оссинг.

Так и есть, распутником с дороги оказался граф, от его знаменитого элегантного покроя одежды до легендарной репутации среди полусвета. А сейчас он стоял в убогой гостиной Джерри с букетом цветов в руке. Розы, ничуть не меньше, а на дворе декабрь. Если его одежда или уверенность не заявляли о важности этого повесы, то это сделали бы розы. А Джерри стояла перед ним в выцветшем платье, вероятно, с пятнами и следами от плюща, который она сплетала для арки над камином. По крайней мере, ей удалось смыть с себя вонь от вчерашнего погружения; вот бы теперь ей так же легко отделаться от его сиятельства. Он воплощал собой все, что ей не нравилось в мужчинах: немедленность и распущенность. Как и многие другие джентльмены, которых она встречала во время своего лондонского Сезона, граф полагал, что богатство и титул могут купить ему уважение и привязанность. Вероятно, так оно и было. Зате, он спустил бы все это, перевернув одну карту или отбросив простынь на чьей-то кровати, в то время как другие выполняли бы его работу, беспокоились бы за него. Нет, Джерри вовсе не восхищалась людьми, подобными его сиятельству. Конечно же, смуглая привлекательная внешность графа — это совсем другое дело.

Девушка присела перед ним в самом лучшем реверансе, но не протянула руки, которая была вся исцарапана колючками остролиста. Затем она указала на самое лучшее кресло. Нет, с утра там спала Рани и подушки были покрыты рыжевато-коричневой кошачьей шерстью — как раз того цвета, который будет отлично видно на его темно-синем сюртуке из первоклассной ткани. Джерри села туда сама, перед тем, как подогнулись ее колени, кивнув гостю в сторону жесткого деревянного стула.

Граф не присел, но начал прохаживаться взад и вперед перед камином. Что, ковер недостаточно протерся? Но Джерри успокоило то, что его светлость ощущает неловкость. Итак, у аристократа, который ни о ком не заботится, все же оказалась советь. В приливе великодушия, она начала разговор:

— Лорд Боутон, вам не нужно было приходить сюда. Уверяю вас, нам обоим лучше забыть нашу предыдущую встречу.

— Нет, — проговорил он. — Я должен был прийти, мисс Селден, чтобы убедиться в вашем добром здравии — и вашего, гм, маленького спутника тоже.

— Мы оба не пострадали во время инцидента, милорд, благодарю вас. — Она не собиралась рассказывать ему, какой была окоченевшей и раздраженной, ни о том, что половина царапин на ее руках появились после купания Бандита.

— Да, что ж, я рад это слышать. Я приношу вам свои самые искренние извинения, как за свою беспечную езду, так и за… другое.

— За другое? — Ее великодушное настроение продлилось недолго.

— За, хм, то, что ошибся, приняв вас за деревенскую девушку, мисс Селден.

— Вы «приняли» меня за одну из ваших распутниц, милорд.

— Я могу только умолять вас простить мое поведение на том основании, что я не привык, чтобы леди бродили сами по себе или одевались так практично.

Должно быть, он имел в виду — так старомодно, и к тому же настолько не знакомых с правилами вежливости, нахмурившись, подумала Джерри.

— Ваше чрезвычайно любезное извинение принято, милорд, — резко ответила она графу. — И я тоже вела себя не слишком любезно, в свою очередь. Вот, теперь мы в расчете и вам можно перестать смотреть на дверь, ожидая, что сюда ворвется мой брат и бросит вам вызов на дуэль из-за моей чести. Я не настолько глупа, чтобы рассказывать кому-либо об этой неприятности, и верю, что вы поступите точно так же. — Она поднялась, показывая, что визит подошел к концу. — Это все?

— Не совсем. — Боутон начал обрывать лепестки одной из роз, которые он все еще держал в руке, поэтому Джерри забрала у него букет перед тем, как он испортит эти прекрасные цветы. — О, да, действительно. С моим почтением.

Наконец-то сжалившись над его волнением — в самом деле, девушка полагала, что этот «несравненный» будет более умело обращаться с такими вещами — она спросила о его дочери.

— Очаровательное дитя. Мне так жаль было услышать, что она заболела. Полагаю, она поправляется, иначе вы не отправились бы с визитами.

— Да, Сэмми. Благодарю вас. Поразительно быстро выздоравливает. Видите ли, именно поэтому я и пришел.

Джерри нахмурилась.

— Не для того, чтобы принести извинения?

Черт бы побрал эту женщину, подумал Бретт. Неужели ей обязательно все так дьявольски усложнять?

— Конечно же, первым делом я собирался сделать именно это. Но у меня есть также и другая миссия. Я хотел бы приобрести одного из ваших котят для своей дочери.

— Нет.

— Нет? Вот так просто? Послушайте, вы не можете вменять в вину невинному ребенку мое поведение. Заветная мечта Сэмми — завести котенка. — А его заветная мечта — навсегда проститься с этой карманной Венерой, говорящей начистоту, которая, кажется, лишила его манер, моральных принципов и искусного умения обращаться с женщинами. — Вне всякого сомнения, вы передумаете — ради хорошей цены.

Итак, теперь граф считает ее корыстной! Джерри зашагала к двери, заставив его следовать за собой.

— Начнем с того, милорд, что мои котята не для продажи. Я отдаю их тем, кто будет любить их и заботиться о них, и не позволит им заводить потомство с кухонным Томом или бездомными кошками. Вы не удовлетворяете моим требованиям, милорд, с вашим гедонистическим образом жизни и погоне за удовольствиями. Посмотрите, как вы заботились о собственном ребенке.

Он предпочел не делать этого.

— Тогда подумайте об этом ребенке. Вы не можете быть столь бессердечной, чтобы отказать умирающей девочке в исполнении ее желания?

— Вы сами сказали, что она быстро поправляется. И если бы это было не так, то последнее, что ей было бы нужно — это беспомощное создание, о котором нужно заботиться.

— У меня целый батальон слуг, мисс Селден. Уверяю, вы можете не беспокоиться, что о котенке не будут заботиться.

— Вы на самом деле думаете, что после того, как леди Саманта вернется к тете, а вы — к своим путешествиям, что эти слуги будут ежедневно расчесывать кошку и следить за тем, чтобы она не потерялась? Мои кошки привыкли к тому, что их часто ласкают. Вы можете поклясться, что ваши слуги обеспечат и это тоже?

Бретт парировал это аргументом, в котором он был уверен:

— Сэм не вернется к своей тете. Здесь, в Оссинге, ей будет одиноко.

— Тогда ей нужны друзья, сестры и братья, любовь родителей. Нет, вы не воспользуетесь одним из моих котят, чтобы компенсировать собственные ошибки. Доброго дня, милорд.

Боже, как такое простое дело, как приобретение кошки, сделалось настолько запутанным? С каких пор человеку нужно предстать перед военно-полевым судом, чтобы его сочли достойным кота-крысолова? И как, черт возьми, он собирается объяснять Сэм, что она не получит на Рождество меховой клубок с толстым приплюснутым носом?