Чтение онлайн

Но до сих пор у меня никогда не было секса с кем-то, кто не говорил, что любит меня. Я знаю, каким был секс, когда мы с Райаном были безумно влюблены, и я знаю, каково это было ближе к концу, когда я больше не чувствовала, что он меня любит. Это огромная разница. Независимо от того, заключается ли эта разница только во мне, в том, что я чувствовала, или в чем-то большем — она все равно есть.

Прямо сейчас с Матео это гораздо больше похоже на безумно влюбленный секс, чем на пустой секс только потому, что тебе нужно кончить. Это медленно, сладко, полно обещаний, страсти и возможностей.

Поппи будет разочарована, что мы не накидываемся друг на друга. Для нее это был бы скучный старый миссионерский секс, но это совсем не так. Нам не нужны сумасшедшие позы, игрушки, видео или что-то в этом роде. Не поймите меня неправильно, все это прекрасно и хорошо, и придает пикантности, но иногда все, что вам нужно, — чувствовать теплую тяжесть мужского тела поверх вашего, чтобы ваши тела двигались вместе в одном ритме.

На этот раз, когда я испытываю оргазм, он прокатывается по моему телу, как океанская волна. Как только он врезается в берег, зубы Матео скрежещут друг о друга, сила моих мышц сжимается, вытягивая из него его оргазм. Он опускает голову рядом с моей, удерживая большую часть веса своего тела над моим, его член все еще внутри меня.

Внезапно я не знаю, что делать. Сексуальная часть сразу вернулась ко мне, но часть после секса вызывает некоторое беспокойство.

Райан обычно вставал так быстро, что казалось, будто он сбрасывает меня с себя, а потом исчезал, чтобы принять душ или почистить зубы. Так было не всегда, но прошло много лет с тех пор, как мужчина обнимал меня после. Я сдвигаюсь, заставляя Матео поднять голову. Я снова пытаюсь пошевелиться, и его член дергается внутри меня.

— Ты никуда не пойдешь, — игриво говорит он, снова дергаясь.

Этот мужчина точно знает, как заставить меня улыбнуться, прижимая меня к кровати своим членом. Я напрягаю мышцы, сильно сжимая его, и вознаграждаюсь восхитительным стоном.

— Теперь ты точно никуда не денешься, — говорит он, наклоняясь и нежно прикусывая мою нижнюю губу.

Он нежно перемещается к моей шее, целуя и покусывая, его пальцы играют с моими волосами.

— Если ты продолжишь это делать, тебе лучше быть готовым трахнуть меня снова, — говорю я.

Я чувствую его улыбку, когда он снова возбуждает меня своим членом. Он мучает меня, поэтому я сжимаюсь вокруг него так сильно, как только могу.

— Если ты продолжишь это делать, тебе лучше быть готовой к тому, что тебя снова трахнут, — говорит он сквозь стиснутые зубы.

О да, это так.

***

Я не знаю, смогли бы мы когда-нибудь выбраться из постели, если бы не то, что все это тяжелое дыхание вызывало у меня жажду. Я встаю, потягиваюсь и наступаю на свой будуарный фотоальбом. Наклоняясь, чтобы поднять его, я переворачиваю его на первую страницу — силуэт моего обнаженного тела, освещенный сзади. Я медленно перелистываю страницы, не в силах поверить, что на фотографиях действительно я.

Когда я смотрю на себя, это похоже на внетелесный опыт. Все, что я вижу, — это стопроцентная я — настоящая я, нигде ни капли фотошопа. И поскольку моего лица нет на многих фотографиях, я могу смотреть на эту женщину без осуждения, чтобы увидеть то, что видят другие.

Руки Матео скользят вокруг моей талии, и он зарывается носом в мои волосы. Мои ноги двигаются из стороны в сторону, и он сжимает меня немного крепче.

— Мне нравится свой подарок, — говорит он. — Ты чертовски удивляешь меня.

— Какое фото твое любимое? — спрашиваю я, и он убирает одну руку с моей кожи и переворачивает страницу, указывая на самую простую фотографию в альбоме.

— Действительно?

— Это единственное фото, где ты смотришь прямо в камеру.

Это самый приятный из возможных ответов. Бросив альбом на кровать, я поворачиваюсь и нежно целую его. Он берет меня за руку и ведет в ванную.

Его ванная — лучшая комната в доме. Там есть камин, огромный стеклянный душ со всевозможными струями и то, что я могу описать только как бесконечную ванну. Я не уверена, что это реально, но ванна стоит напротив огромного стеклянного окна, так что кажется, что ты купаешься в небе.

Я немного кружусь вокруг.

— Возможно, я никогда не покину эту комнату. Это рай.

Он усмехается.

— Я даже никогда здесь не пользовался ванной.

— Ты шутишь?

Он качает головой.

— Парни принимают душ.

Думаю, это правда. Райан никогда не мылся в ванной. Джейкоб тоже перестал. Интересно, почему? Разве ванна — это девчачья штука?

— Ну, сегодня ты моешься, — говорю я, наклоняясь, чтобы включить воду в ванне, и бросаю ему свою лучшую кокетливую улыбку через плечо. — Со мной.

Мне не нужно просить дважды. Он заходит прямо в ванну, предлагая мне руку, и садится позади меня, позволяя мне откинуться на его грудь, его руки обнимают меня за талию, и мы расслабляемся в теплой манящей воде.

Никто из нас не произносит ни слова. Мужчина только что видел меня обнаженной, делал удивительные вещи с моим телом, и я, как ни странно, не могу придумать, что сказать. Но это кажется совершенно нормальным в совершенно странном смысле. Приятно не бегать повсюду, не организовывать, не возить своих детей куда-то, не планировать, не работать. Приятно просто быть — неподвижной и тихой, не сосредотачиваясь ни на чем, кроме звука его сердца, бьющегося сильно и ровно.

Когда вода поднимается достаточно высоко, он вытягивает ногу, чтобы закрыть кран.

— Жаль, что мы не можем пропустить завтра работу, — говорю я, зевая.

— Мне тоже, — соглашается он так легко, что я сияю. — Я думаю, в твоем списке есть кое-что, что нужно сделать.

— Думаю, я могу вычеркнуть секс с мужчиной помладше, — говорю я. — Я все еще не могу поверить, что ты это прочитал.

— Детка, я выучил это наизусть. Это был номер 20.

— Мне нужно забрать это у тебя.

— Тебе это не нужно, — говорит он. — Потому что все, что ты захочешь сделать в нем, ты сделаешь со мной.

— Всё?

— Всё, кроме одного.

— Никогда не считала тебя ханжой, — поддразниваю я. — Который из них тебя обеспокоил?

— Меня это не обеспокоило.

— Который из них?

— Секс втроем.

Я разражаюсь смехом.

— Лейла, Поппи и я были так пьяны, когда составляли этот список. Поппи настаивала, что я не жила до тех пор, пока меня не обслуживали двое мужчин одновременно.