Чтение онлайн

Возможно, сказывается то, что я выросла в маленьком городке, или то, что самым близким в жизни был мужчина, который делал все самостоятельно и любил выпить пиво, но его отглаженные шорты и бледно-лиловые рубашки, заправленные как у ученика частной средней школы, не вызывают у меня слабости в коленках. Он привлекательный, купается в женском внимании, но для меня он всего лишь удобен. Он не раскрывает мою внутреннюю секс-богиню, но и не совсем противен.

— Уверен, что тебе есть дело? — я захлопываю заднюю дверь сильнее, чем нужно.

— Дорогая… — вздыхает он громко.

Я инстинктивно сжимаюсь от этого глупого прозвища.

— Мне есть дело, но ты знала, что так будет.

Ни капли сострадания, ни намека на понимание причин моего поступка. Тревор один из тех бесчувственных парней, которые гордятся отсутствием эмоций и выступают за бесстрастные отношения, будь то бизнес или что-то ещё. Это немногое, что я знаю о нем вплоть до сегодняшнего дня.

— Шайен, это был твой шанс. А ты профукала его, — он улыбается, но в более шокированной манере, типа не могу поверить, что ты оказалась такой глупой. — Благодаря тебе у Лифа перелом лица. Ты облажалась.

— Спасибо за напоминание, Тревор, — я распускаю волосы и собираю их в более тугой конский хвост.

— Ты же не думала, что сохранишь работу после всего этого. Прекрасно все понимаешь.

— Собираешься тыкать меня в это, как маленького провинившегося щенка? Спасибо.

Можно подумать я и так не чувствую себя дерьмово. Не то, чтобы я делаю это нарочно, просто так выходит.

Правда в том, что у меня ужасный характер. Обычно мне удается его контролировать, находясь вдали от дома. Я дистанцируюсь от всего, что заставляет меня чувствовать, пока последние новости не облетают весь мир. Для меня нет пути назад.

Он хватает меня за талию, приобнимает одной рукой и прижимаяется бедрами.

— О-о-о, не уезжай такой злой, — он целует меня, и от запаха кофе вперемешку с жутко приторным парфюмом меня чуть не тошнит. — Я бы не хотел, чтобы тебе пришлось возвращаться в этот провинциальный городишко.

— Это не провинциальный г-городишко, а милый горный городок.

— Ты заикаешься, — щурит он глаза, — всегда заикаешься, когда врёшь.

— Неважно, — я выставляю руку вперед, чтобы немного отодвинуться, а внутри назревает пожар. — Тем более это временно, пока я не определюсь со своим следующим шагом.

Благодаря Тревору я получила работу на FBS. Работа — это конечно громко сказано, учитывая, что я только начинаю зарабатывать на самое необходимое. Сейчас на моём счету 68 долларов, за аренду платить не нужно, так как Тревор уже отдает 600$, освобождая меня от этого. Я должна бы чувствовать себя погано за то, что беру его деньги, но другой вариант — попросить у отца. Тревор — меньшее из убивающих гордость зол, да видит Бог, её у меня итак остается немного.

— Веди аккуратно и позвони, как доберешься.

Немногое сейчас осталось от человека, которого я встретила на своих информационных классах, когда мы уважали друг друга и имели общие цели в работе.

— Дай знать, что ты решишь.

— Конечно, — я сажусь на водительское сиденье и пристегиваю ремень, — и… эм… я вышлю чек, как только заработаю немного денег.

Он закрывает дверь и наклоняется, чтобы просунуть голову в открытое окно.

— Мне жаль, что я не смог приютить тебя где-нибудь, пока ты разбираешься во всем. Просто…

— Мы что, правда это делаем? Не делай вид, что тебя, бл*ть, действительно волнует, что со мной будет, Тревор.

Неодобрение искажает его лицо.

— Этот ротик продолжит втягивать тебя во всё большие неприятности, милая, если ты не будешь аккуратней.

Я кое-как сдерживаюсь, чтобы не засунуть себе пальцы в рот.

— Мне нравится твой рот, если честно, — его губы едва задевают мою скулу.

— Приводи жизнь в порядок, а после возвращай свой грязный ротик ко мне. Посмотрю, есть ли открытые вакансии в городе. Может в кофейне кто требуется, — в его голосе я улавливаю усмешку.

— Ну ты и придурок!

Как я могла оказаться с ним в постели? Загадка. Если только большое, даже огромное, количество текилы можно назвать загадкой. В конце концов, всё выглядит как обычное удовлетворение потребностей.

— Ты любишь меня.

Я смотрю на него несколько секунд, осознавая, что не люблю его. Да, я переживаю за него, как может переживать человек, не заботящийся ни о ком. Между нами установлены четкие правила в самом начале — никаких привязанностей, карьера на первом месте, и ни за что не вставать на пути друг у друга.

— Буду на связи, — я избегаю его взгляда и начиню пригазовывать, заставляя его отойти от машины.

Даже не смотрю в зеркало заднего вида, когда трогаюсь.

Я отправляюсь в путь, благодарная своему отцу за единственное, что он дает мне кроме голубых глаз и второго имени, мой грузовик. Да, он небольшой, двухместный, но полноприводной, и даже если не брать во внимание его цвет детской неожиданности или, как называют его продавцы, цвет шампанского, он является самым надежным созданием в моей жизни.

Передо мной простирается шоссе, а из динамиков доносятся радиопомехи. Я выключаю надоедливый шум, вынуждая себя ехать в тишине.

Глупая, глупая Шайен.

Пять лет в колледже, и всё ради чего? Я надрываю задницу, чтобы оказаться там, где нахожусь, и получить возможность, от которой моя карьера взлетела бы вверх, но уничтожаю всё шансы за несколько секунд в прямом эфире. Сейчас ни одна телевизионная компания в стране не станет связываться со мной. И я разбита.

У меня хватает ума не смешивать личные переживания и работу. Как бы я не сожалела об окончании своей недолгой карьеры, не могу сказать, что сделала бы всё иначе. Я бы ни за что не воспользовалась переживаниями маленькой девочки.

У матери девочки проблемы с сердцем, и жестокое избиение служит ударом для неё, который впоследствии и убивает её. Не безболезненная смерть, уверена, но зато быстрая.

В отличие от смерти моей мамы.

Ей пришлось страдать более двух лет, пока её тело сгорало в агонии, оставив разум напоследок, так, что она полностью понимала, как именно умирает. Воспоминания друг за другом всплывают перед глазами, вот папа держит её обмякшее тело и гневно кричит, обращаясь к Богу.

Я сидела в той холодной церквушке и смотрела, как каждый житель нашего города проползает мимо меня со словами, от которых, по их мнению, мне должно стать лучше. Именно в ту секунду я решила убраться из Пейсона сразу после выпуска и никогда не возвращаться. Я была в бешенстве и готова к драке. До отчаяния желающая вернуть своего отца, вместо того опустошенного создания с мертвыми глазами, что был сейчас рядом. Он ненавидел меня за то, что я уехала, никогда не пытаясь понять почему я делаю всё, что пообещала маме. Мы в ссоре. В сильной ссоре. Обменявшись непростительными фразами и словами, нам так и не удается наладить отношения.