Сплошная реальность
Шрифт:
– Это мой дом, – ответила Ариока. – Я здесь живу.
– Вы живете в стеклянном кубе? Вам нравиться, чтобы за вами наблюдали? – поразился я, этой странной прихоти.
– Нет! Куб не стеклянный. Это иллюзия. На стенах нанесено специальное видео-покрытие, которое транслирует разные изображения. Мне нравиться природа и наша планета. Вот я и поместила ее на свои стены. А Вам разве это не понравилось? – спросила она. Видимо, я задел ее вкусы и понимания прекрасного.
– Нет, мне очень очень нравиться, честное слово, – оправдывался я, испугавшись что обидел Ариоку, – У вас очень красивый дом. А я, как здесь оказался? – сменил я тему.
– Я нашла вас возле своей двери. Вы стучали в нее и просились переночевать. Я вас пустила. Оставлять на улице чужака не в наших правилах, – рассказала она.
– Спасибо, что помогли мне и не дали замерзнуть одному на улице, – я попытался вспомнить вчерашний вечер, но так ничего и не получилось. – Чем я могу вас отблагодарить? – спросил я.
– Пойдем те вместе со мной – к желтым. Это и будет ваша благодарность, – ответила она.
– Но, я не хочу!– возмутился я. – Может, вы мне устроите экскурсию по здешним местам? Чтобы я, следующий раз, не заблудился в вашем районе, – я пытался тянуть время, чтобы подольше оставаться с ней.
– К сожалению, я не могу. Вам срочно надо вернуться обратно, – настаивала девушка.
– К чему такая спешка? – злился я ее настойчивости.
– Если вас здесь обнаружат, то у меня возникнут серьезные неприятности, – ответила Ариока.
– Почему? – не понимал я. – Что в этом такого криминального?
– Я обязана была передать вас сразу желтым, как только вы явились ко мне. Но, я вас пожалела и оставила до утра у себя дома.
– Хорошо, пойдемте, – сжалился я. – А за что Вам выписали синий костюмчик? – поинтересовался я, вспомнив, что означал цвет ее комбинезона. У меня никак не укладывалось в голове, что она – местный преступный элемент.
– Нам запрещено говорить об этом чужакам, – девушка явно испугалась моего вопроса.
– Можете мне не отвечать, раз это такой секрет, – немного обиделся я ее скрытности и недоверию.
Ариока прислонила ладонь к стене своей прозрачной комнаты. В этом месте образовался узкий проем, через который я с ней вышел на поляну. Она взяла меня за руку и потянула за собой, словно сонного пятилетнего ребенка тащили ранним утром в детский сад. Я опять попытался заговорить с ней, но на все свои вопросы получал в ответ только утвердительный кивок ее прекрасной головы или фразу, что ей нельзя об этом никому рассказывать. За время пути у меня сложилось ощущение, что она робот, запрограммированный на скупое общение.
– “Нет, но не может быть такая красота роботом. Не мог же я – живой человек, испытывать такие чувства к обычной холодной железяке. Надо обязательно взять у нее адресок и еще раз встретиться. А сейчас пусть молчит. Время у меня еще есть и я точно уверен, что это наша встреча для нас совсем не последняя”. – размышлял я.
– Мы пришли, – Ариока остановилась.
– Куда? – огорчился я такому быстрому окончанию нашего свидания. – А мы еще увидимся? – с надеждой спросил я.
– Не знаю, – загадочно произнесла она. – Все может быть, а может и не быть.
– Но мне очень хочется увидеть тебя еще раз, – намекнул я о своих чувствах к ней, односторонне перейдя на ты.
Ариока, ничего не ответила. Она подошла ко мне и робко, немного неуверенно, поцеловала прямо в губы. Я растаял от нахлынувшего блаженства и потянулся к ее сочным губами за второй порцией поцелуя, но уперся в теплую ладонь, которой она преградила мне путь. Я покраснел, горя от стыда за свою наглость. Она убрала руку с моих губ.
– Не надо больше, пожалуйста, – смущаясь и краснея от совершенного поступка, попросила она.
Я недоуменно посмотрел в ее прекрасные голубые глаза. В одно мгновение, мне показалось, что она вот-вот заплачет.
– Прости меня, я больше так не буду, – боясь, что напугал ее своим наглым поведением, ответил я.
Она, молча, взяла меня за руку и подвела к двери. Возле двери я увидел кусты похожие на зайца и клумбу с красными цветами. Это была моя дверь, которую я так и не смог вчера отыскать.
– Открывай, – попросила она. Я прислонил к двери свою ладонь. В моей комнате нас ждал Бредамир в сопровождение двух своих близнецов в желтых комбинезонах.
– Ты где был? – строго спросил меня Бредамир, словно жена мужа загулявшего ночью и вернувшегося только под утро.
– Не помню, – косил я под дурачка, не желая рассказать правду. Да и на самом деле, я сам не помнил, где вчера носило мое пьяное тело.
– Что значит – не помните? – удивился он. Видимо, потеря памяти у них была случаем неординарным. – Не стоит меня обманывать, – пригрозил мне Бредамир.
– Я и не обманываю! Я вчера вышел погулять и заблудился. Дальше я, честное слово, ничего не помню, так как был сильно пьян, – оправдывался я, как первоклассник опоздавший на урок.
– Что значит пьян? Это как? – не понимал меня Бредамир.
– То оно и означает, что водки я выпил сверх меры, – пояснил я.
– Что за водка? – Бредамир вопросительно смотрел на меня.
– Обычная, пшеничная! – не понимал я его вопроса. – Вы что, водки никогда не пробовали? – удивился я.
– Нет, нам неизвестно, что это такое, – Бредамир немного успокоился.
– Тогда вам лучше и не знать, – сказал я.
– Дайте мне образец вашей водки. Мы ее исследуем, – приказным тоном потребовал Бредамир.
– Вам надо, вы сами ее и делайте. И нечего со мной так обращаться. Я не магазин вам какой-нибудь, – рассердился я.
– Ладно, успокойтесь, я пошутил, – Бредамир неожиданно переменил тон общения.
– Ничего мне от вас не надо! – он даже стал меня успокаивать. – Подожди здесь, а я пока с девушкой пообщаюсь, – я одобрительно кивнул и принялся наблюдать, ковыряясь пальцем в носу.
Бредамир взял Ариоку под руку и отвел в самый дальний угол мой квартиры, чтобы я ни слышал, о чем они там болтают. Общались они минут пять. Мне показалось, что Бредамир отчитывает Ариоку за какой-то проступок, а она при этом постоянно оправдывается. Потом Бредамир достал какую-то синюю бумажку из кармана комбинезона и недоброжелательно показал ей. Ариока виновато опустила взгляд в пол и тяжело выдохнула, словно ее поймали с поличным на месте тяжкого преступления. Бредамир небрежно скомкал бумажку и засунул ее обратно в карман своего комбинезона. Тон общения Бредамира с моей новой знакомой, мне не нравился.
– “За что он с ней так? Она же ни в чем не виновата”, – злость переполнила меня окончательно, и я ринулся в их сторону, чтобы вмешаться и заступиться за Ариоку. Но меня ловко остановили сопровождающие Бредамира, схватив вовремя за комбинезон.
– Пожалуйста, не вмешивайтесь, иначе вы сделаете ей только хуже, – вежливо предостерег меня один из них.
– Она ни в чем не виновата! За что он так с ней? – возмутился я вслух, объясняя свой порыв.
– Успокойтесь, пожалуйста, она преступница, – принялись снова успокаивать меня сопровождающие Бредамира. – Это безобидная воспитательная беседа и этой девушке ничего не угрожает. Мы сейчас отпустим ее, и она спокойно пойдет к себе домой. Поверьте нам, с ней ничего страшного не случиться, – при этом они крепко держали меня за руки, чтобы я не убежал от них. Бредамир заметил мои порывы и показал Ариоке на выход. Она утвердительно кивнула и ушла. Бредамир подошел ко мне.