Чтение онлайн

Вот почему у нас в отряде, и вообще на плацу, я не видел пожилых штрафников. Мужики среднего возраста, что попали к нам, погибли в первый же заход.

— А если у лекаря омолодиться? — Спросил я.

— Во-первых, где взять столько денег? Во-вторых, зачем, имея молодость и деньги, рисковать в Аберрации? — Рассудительно произнёс майор. — Но ведь ты не все эти деньги заработал. Большая часть пришла с разных счетов небольшими суммами. Таким образом, обычно действует криминал. Не хочешь просветить меня по этому вопросу?

— Ты имеешь в виду своё начальство? — Уточнил я.

Ответить стоило. Не дай бог, копать начнут откуда деньги. С их возможностями могут и Благородие развести на честный ответ.

— В Аберрации я много кому жизнь спас. Люди иногда могут быть очень благодарными. — Такая версия показалась мне самой подходящей. Если выйдут на Благородие, тому тоже сильно врать не придётся. Надеюсь, сообразит, что сказать.

— Сколько людей спасаю, ничего подобного не заметил. — Меланхолично сказал майор. — Хотя вру. Ты сто рублей на пиво дал. — Он весело заржал.

Машина тем временем заехала в Алушту. Майор уверенно вёл её по петляющим улочкам.

— Ты местный? — Поинтересовался я. — Город, вижу, хорошо знаешь.

— Бывал я здесь раньше. — Туманно ответил майор. — Приехали.

Мы остановились у монументального здания, спрятавшегося за деревьями. Только крыльцо с колоннами и широкими ступенями выделялось из гущи растительности.

— Вам необходимо внести тридцать тысяч за землю и две тысячи с небольшим налог за оформление. — Сообщил клерк после того, как все документы были подписаны.

— Занесу деньги позже. — Ответил я, поднимаясь из удобного кресла. — Надеюсь, вы верите слову графа?

— Я — безусловно! — Улыбнулся клерк. — Но, пока не будет внесена вся сумма, документы не будут отправлены в Архив. Только после подтверждения Архивом, сделка считается совершенной.

— Сколько ждать ответа из Архива? — Спросил у чиновника, чувствуя очередной подвох.

— Они быстро работают. Завтра к вечеру все подтверждающие документы будут у нас. Если сегодня внесёте деньги, конечно. — Добавил клерк.

Я прошёл к двери и выглянул в коридор.

— Майор, у нас задержка с оформлением бумаг. — Я кратко ввёл его в курс дела, а потом добавил: — Ты же говорил, что это всего полдня займёт.

— Оформление всех бумаг на месте мы ускорили, но с Архивом ничего сделать не можем. — Пояснил майор. — Для них даже ГБ не указ, пока они закон не нарушают. А я такого случая не припомню.

— Выходит, и к Иванову я отправлюсь завтра. Хотя нет. Лучше послезавтра утром. — Обрадовал я его. — Поехали в банк за деньгами. У меня наличности столько нет.

— Выпиши чек. — Предложил майор.

— У меня нет чековой книжки. — Развёл руками. — Не рассчитывал я на такие покупки. Надеюсь, банк здесь есть?

— Разрешите, Ваше Императорское Высочество? — В дверях показался граф Ивойлов.

— Проходите, граф, присаживайтесь. — Устало разрешил Пётр Николаевич. — Что у вас?

— Её крестили. — Ивойлов тоже был уставший.

— Кого? — Уже поняв о ком идёт речь, всё же уточнил Великий князь.

— Татьяну. Кого же ещё? Крестил служка при часовне святого Луки, что в Симферополе стоит. Крёстным выступал сам Лука. Он же отворил источник со святой водой недалеко от часовни. Прямо на вершине скалы.

— Так. — Пётр Николаевич уставился в пространство невидящим взглядом. Мысль о шутке со стороны графа он даже рассматривать не хотел. — Так. — Повторил через десять секунд с той же интонацией. Известие никак не укладывалось в его голове. — Давайте сюда донесения. — Решил он пойти другим путём.

Спохватившись, граф протянул начальнику папку, которую держал в руках. Текст донесений лучше доходил до сознания Петра Николаевича, хотя был похож на детскую сказку своим содержанием.

— А наш француз здесь совсем ни при чём, оказывается. Просто рядом стоял. — Оторвался он от изучения документов.

— Ну почему же. Он инициировал всю цепочку событий. Началом послужил его разговор с призраком Луки, которого до этого никто и никогда не видел.

— Верно. Было в самом начале. — Припомнил Пётр Николаевич содержание опросных листов. — Только я не видел показаний француза. Его же опросили?

— Нет. Он спешил назад в Алушту. Дух Иванова сошёл с ума, и его нужно устранить как можно быстрее.

— По-вашему француз сможет с ним справиться?

— Я уже не знаю, с чем или с кем он не справится. Только боюсь, что француз опять сделает всё по-своему, а не так, как мы этого хотим.

— Ваши предложения? — Вопросительно посмотрел на собеседника Пётр Николаевич. — Я сейчас про Великую Княжну спрашиваю.

— Вообще-то, нашей вины в её крестинах нет. — Начал рассуждать вслух граф Ивойлов. — Святой Лука нам не подчиняется. Его начальство повыше нашего будет. Ясно, что свадьба Её Высочества Татьяны свет Павловны и сына султана не состоится. Вряд ли её крёстный допустит переход в другую веру.

— Ты понимаешь, что это всё равно повод для войны. Объявят святого Луку придумкой или вовсе проигнорируют. Используют сам факт крещения и отказ переходить в мусульманскую веру. Засекретить крещение получится?

— Без вариантов. — Покачал головой граф. — Неведомым образом, известие о крещении вашей племянницы разошлось по всему городу. Ваше Императорское Высочество, я предлагаю пустить всё на самотёк. Раз вмешиваются высшие силы, то не стоит идти им наперекор.

— На бога надейся, а сам не плошай. Слышал такую поговорку? — Пётр Николаевич изучающе посмотрел на подчинённого и добавил. — Тебе не кажется, что твоё предложение несколько не соотносится с нашей службой?

— Я же не предлагаю сесть и ничего не делать. Будем следить и помогать, по мере возможности. Француз нами именно так и опекается, по рекомендации цесаревича Константина.

— Но, дочь императора — не француз! — Разозлился Пётр Николаевич. — Мы не можем просто сесть и наблюдать, когда над нами висит меч новой войны. Мы ещё не готовы!

Граф Ивойлов подскочил с кресла и вытянулся по стойке смирно.

— Приказывайте, Ваше Императорское Высочество! Готов исполнять ваши приказания, не жалея жизни!

— Шут гороховый. — Проворчал, успокаиваясь, Великий Князь. — Сам подумай, как я брату скажу, что мы теперь лишь наблюдать за его дочкой будем? Нужен вменяемый план действий, а не рассуждения базарной бабки.