Чтение онлайн

— Опять? Я такими темпами к концу вашего срока, клятв дам больше, чем за всю жизнь при дворе давал.

— Не опять, а снова. — Не удержался я от шпильки. Слишком уж толстяк противно выглядел. Угораздило же его такую личину нацепить. — Ты, Благородие, главное клятвы не нарушай, и всё будет хорошо.

— Тебе легко говорить. Тебя клятва по мозгам так не бьёт, как меня. — Продолжал возмущаться Благородие.

— Меня не сильно била. — Заметил Василий.

— Это потому, что ты изначально не хотел меня обмануть, как некоторые. — Намекнул я командиру на обстоятельства, при которых давалась клятва. — Ваше Благородие, не стоит упираться. Дело, как заметил Вася, государственной важности. Или вы имеете что-то против царя-батюшки, раз не хотите ему помочь?

— Никакого у тебя уважения к старшим, Седьмой. — Недовольно буркнул тот и ушёл за писчими принадлежностями.

— Ты и правда с ним груб. — Попенял мне Вася.

— Ну и что? Мы не на балу, где есть время плести словесные кружева. Ты как карту нарисуешь, меня позови. Может, ещё, что в голове всплывёт, глядя на неё в нормальном отображении.

— Я хотел тебя попросить карту нарисовать. Я же видел твои эскизы. Рука у тебя точнее моей.

— Неплохая мысль. Тогда рисуем голую карту втроём, а отметки ты потом сам расставишь. — Дополнил я его идею. — Благородие в географии должен разбираться. Обязательно что-нибудь подскажет.

Закончив с рисованием, мы с Благородием оставили Васю одного и отошли от вагона подальше.

— Ну, хвастайся, что ты на этот раз принёс. — Толстяк достал из кармана артефакты и принялся их разглядывать.

— Артефакты. Ты же убедился, что это они.

— Какие функции они выполняют? — Уточнил Благородие.

— Не знаю. И тебе тоже это знание ни к чему. Как время нашего пребывания здесь подойдёт к концу, так и выберешь себе самые интересные. За соответствующую компенсацию.

— Злой ты, Ваня. — Вздохнул Благородие, разглядывая стеклянный глаз.

— Ты, похоже, не удивлён, что я снова артефакты принёс. Хотя по местным правилам, лишь один артефакт в одни руки Аберрация даёт.

— Ты Иванов. И эти артефакты лишнее тому подтверждение. Только Ивановым удавалось выносить из аберрации по несколько артефактов за раз. — Огорошил меня Благородие своим ответом. — А ещё Ивановы не могли сами пользоваться ими. Они копили артефакты на будущее. Нанимали других магов для работы с ними. Очень редко продавали свои артефакты на сторону. Ты тоже не можешь ими пользоваться и не знаешь их свойств. — Ловко подловил меня Благородие на оговорке.

— Бред. Я точно не те Ивановы, что у вас жили. — Возразил я, как можно убедительней.

— Не переживай. Не стану я рассказать другим про твои способности. Нет у меня желания с Аберрацией играться. Слишком многое довелось увидеть, живя у неё под боком. — Успокоил меня толстяк. — Ты главное следи, чтобы с царевичем не случилось ничего непоправимого, но чересчур тоже не опекай. Ему нужно разбудить в себе магию. Без этого нет смысла возвращаться.

— Будет ему риск. И остальным тоже будет. — Пообещал Благородию. — Знаешь, что думаю? Жалко Катюху, а ведь ей всего-то артефакт и нужен. Может, подсунуть ей незаметно?

— Влюбился, что ли, в такую красавицу? — С интересом посмотрел на меня командир. — Раздаривать артефакты ты можешь хоть всем подряд. Я от ещё одного точно не откажусь, но мне за туман не идти. Только как отреагирует Аберрация на твои подарки другим штрафникам? Они получат награду незаслуженно. Аберрация не любит, когда её лишают жертв. Видел я таких благородных. Он от чистого сердца дарит, а девица вскорости погибает не за хрен собачий. У Аберрации руки длинные.

— А Вася мне свой артефакт хотел подарить. — Непонятно зачем признался я. — Ему-то он не нужен.

— Здесь многим артефакт не нужен. — Напомнил командир. — Большинство в штрафники сами пришли. За пробуждением магических способностей. Только прийти легко, уйти сложно.

Благородие остался в вагоне. У него неожиданно появились срочные дела. Только мне показалось, что он решил отметить наш удачный заход. Слишком пристальные взгляды бросал командир на недопитую бутыль, замеченную мной в тёмном углу.

Возвращались мы с Василием молча. Обоим хотелось есть, а меня вдобавок клонило в сон. На подходе к лагерю мы услышали громкий смех парней и гневные реплики Кати. Переглянувшись, перешли на бег и быстро достигли поляны.

Ничего криминального на первый взгляд не произошло. Штрафники расположились вокруг костра и веселились, что-то обсуждая между собой. Катя сидела в стороне от них за столом и с недовольным выражением лица ковырялась в тарелке.

— А вот и герой-любовник пожаловал! — Воскликнул Девятый, увидев меня. — Расскажи нам Седьмой, какие они, тамошние бабы?

Я проигнорировал его вопрос и перевёл взгляд на Катю.

— Я нечаянно сболтнула, а он прицепился к словам, как ненормальный. — Повинилась девушка.

Остальные парни с интересом ожидали моей реакции. Только Третий был недоволен происходящим, но похоже, его авторитета не хватило, чтобы утихомирить развеселившихся штрафников.

— Девятый, если ты боишься идти в Аберрацию, то можешь не ходить. Сиди здесь. Ешь, пей за наш счёт. — Спокойно произнёс я. — Страх у тебя заслонил все остальные чувства. Ты теперь не человек, а тварь дрожащая. Мне такой напарник там, — Я кивнул в сторону тумана. — Не нужен.

— За такие слова можно и по морде получить. — Окрысился Девятый.

— Даже не надейся. — Усмехнулся в ответ. — Бить, а тем более калечить тебя, я не буду. Сиди здесь и превращайся дальше в животное, трясущееся от каждого шороха. Мне на твои подколки плевать. Прежде, чем обижать Катю, а именно так зовут Двенадцатую, учти, что она тебя через туман на себе несла. Боялась, тряслась от страха, но несла. Она борется со своим страхом и побеждает. А тебя даже бабой назвать неправильно. Ты просто тряпка.

— Мой род… — Начал злой Девятый, но я его перебил.

— Ты уже посрамил свой род своим поведением. Не советую продолжать в том же духе. — Игнорируя его и остальных парней, мы с Васей подошли к столу и зашарили по кастрюлям. Жрать хотелось зверски. — Кать, плюнь на него. Сболтнула и сболтнула. Не брать же с тебя клятву немоты. — Тихонько попробовал я успокоить девушку.

— Я думал, ты ему морду набьёшь. — Шепнул Вася.

— Делать мне больше нечего. Он ведь по сути никого не оскорбил, только себя унизил в глазах окружающих. — На сей раз я говорил достаточно громко, чтобы меня могли услышать за костром. Давайте быстренько перекусим и пойдём отсыпаться. У нас дел невпроворот.

— Какие у тебя планы, Седьмой? — К нам подошёл Третий.

— Давай по именам. Можно вымышленным, но так привычнее. — Предложил я. — Меня Вася зовут, его Василий. — Кивнул на Константина.