Спорим, догоню?
Шрифт:
— Это вы, — произнесла она сухо.
— Прости, что не оправдали ожидания, — отмахнулась Алина, вставая у двери и не желая с ней говорить. Подтолкнула Женю вперед.
Тот, мявшись, подошел ближе и глупо протянул цветы. Полина лежала в кровати на вид полностью здоровая: рядом планшет, телефон, пакет с фруктами. Сама она накрашена и вся при параде. Лишь глаза чуть красные.
— Прости меня, — справился Женя. — Я был пьяный и…
— Мне плевать, — отчеканила Полина. — Поставь цветы в вазу.
Женя так и сделал.
А Полина смотрела так, будто вот-вот наорет и прогонит. Но вместо этого впилась взглядом в Алину и на удивление серьезно и не едко спросила:
— Эстафета. Мы выиграли?
Сжала простыни и выглядела совсем грустной.
Черт… И даже не хочется язвить.
— Конечно выиграли, — ответила Алина.
— Отлично, — выпрямилась Полина и снова глянула самоуверенно. — Этого достаточно.
Звучало как «можете идти». Алина подозвала Женю и тот, смущенно, поплелся следом. Бросил еще извинений напоследок, но Полина уже держала телефон в руках. Они закрыли за собой дверь, и Алина решила подышать – они вышли на пожарную лестницу, откуда открывался вид на погруженный в осень парк.
— Она точно была нам не рада, — подытожил Женя.
— Я думала, она тоже идет за мечтой. Как я, — произнесла Алина то, что крутилось в голове.
— Не все такие, как ты, — вздохнул Женя. — Половина нашей команды еще в строю по привычке или… из-за чужих амбиций.
Я этого никогда не хотел, ясно тебе?!
Алина не думала об этом. Бег, Олимпиада, карьера в спорте – это стало её мечтой, и она шла к ней без устали. И получала от этого истинное удовольствие, но другие… Те, кто были её соперниками, победителями – так ли это для них важно, как для нее?
Спорт не стоял у них на первом месте. Алина думала, что именно поэтому Полина и проигрывает – её интересовали гулянки и парни.
Но тут появился Глеб… Полная бестолочь, но Ас. Вырывающий победу у тех, кто подобно Алине шел к этому всю жизнь.
И почему? Ради чего?
— Помнишь, когда мы были детьми, у тебя была мечта? — неожиданно заговорил Женя.
Алина вырвалась из раздумий:
— Что?
— Ты хотела стать супергероем, — улыбнулся Женя. — Типо Бэтмена. А я бы стал твоим Робином.
Алина не сдержала улыбки – как давно это было! Как они носились по улицам, воображая себя спасителями города, как Алина ломала голову, придумывая себе геройское имя, а Женя рядом ныл «Алина же красивое имя, зачем другое?».
Но потом…
— Но сейчас ты стала старше. И после… смерти матери очень изменилась, — продолжил Женя грустно.
— Не надо, — попросила Алина.
— Прости, — сразу остановился тот.
Повисло напряжение и Женя выпалил:
— Я видел тут автомат… Пойду куплю нам попить, хорошо?
Он всегда знал, когда её надо оставить одну. Алина кивнула, и он скрылся за дверью.
Алина никогда не думала, что делает что-то неправильно.
Но приглядевшись к людям задумалась, что движет ею самой? Не чужие правила, упреки и привычка. Мечта, вот что она всегда думала. И она до сих пор горит в ней огнем. Но ощущение, что она упускает что-то, плотно поселилось в душе.
И Алина достала телефон, набирая номер отца. Кто, если не он, мог ей помочь?
ГЛАВА 11.3 АЛИНА
ГЛАВА 11.3 АЛИНА
Со Звездным у них едва ли отстают часовые пояса, папа ответил почти сразу.
— Дочь, привет! Что случилось?
Он на работе, легко догадалась Алина.
Не стоило звонить, отвлекать.
— Па, извини, я не хотела мешать… Я позвоню потом.
— Не-не, че случилось?! Я не занят.
Шум строительных машин отдалялся, потом и вовсе пропал. Остался лишь чуть запыхавшийся голос отца. Он был взволнован, потому что легко понял – что-то не так. Алина облокотилась на перегородку на пожарной лестнице и осознала, что понятия не имеет, что хотела сказать.
Пап, мне кажется, я что-то упускаю.
Моя мечта – действительно моя?
Что со мной не так?
— Я… похожа на холодную суку, папа? — спросила она сипло.
— Че?! — взревел тот. — Кто тебе такое сказал?!
О, он убьет Женька, если узнает. Алина хмыкнула и успокоила:
— Не суть. Я думаю лишь о беге, да? Ты сам называл меня ледышкой, помнишь?
— Льдинкой, — поправил, успокоившись.
— Ты был прав, — выдохнула Алина. — А я и не заметила…
— Дочь, ты… ведь помнишь, как так вышло.
Алина моргнула. Помнит ли?
Все изменилось после смерти мамы. Так стремительно, будто и было изначально. И лишь Женя возвращал её в детство рассказами, хотя сама она предпочитала забыть вовсе.
— Ты ушла в спорт, а я в бутылку, — продолжил папа грустно, но Алина чувствовала, что он улыбается. — Я всегда думал, что ты выбрала правильный путь. Уж получше моего!
Алина прижала пальцы к переносице. В душе все заныло от боли.
Она ненавидела об этом разговаривать, но сейчас это было нужно.
— Ты знаешь, что я переживал. Но бороться с тобой бессмысленно было. Я гоню тебя на дискотеку, кто бы подумал! А ты на площадку убегаешь. Преподы твои все твердили, что в подоле не принесешь и вырастешь как это… здоровой ячейкой общества.
Точно речь её учителей. Алина фыркнула.
— Но я не хотел, чтобы ты упустила свою молодость в тренировках.
— Что это значит? — выдохнула нервно Алина.
— Первая любовь, гулянки! А ты все это... клуб, дом, площадка, опять клуб… Ты такая серьезная выросла.
— Мне пришлось. Мне уже… уже поздно.
— Никогда не поздно, дочь. Рано могилу роешь.
Алина прыснула от смеха.
Чуть слезы не выступили на глазах. Мама сказала бы точно также.
Никогда не поздно, говорила. Поэтому в свои последние месяцы жила так, будто все в порядке. Сходила на танцы, хотя всегда откладывала. И даже на вокал! Алина с отцом наивно считали, что она поправляется – не может умирающий человек так улыбаться и плясать!
Но они ошибались.
Если бы мама была рядом…