Чтение онлайн

Рома просто взял и сел рядом! Его наглость не знает границ. Полина утерла глаза салфеткой. Да, она плакала, но… Откуда он знает, что она тут была раньше?! Неужели…

Её лицо вытянулось и Рома пояснил:

— Я всегда тут бегаю. А ты последнее время сидишь и…

— Так, — прервала Полина. — Не смей никому говорить, ясно? И переставай следить за мной!

— Я не слежу. Может, ты следишь?

Рома ей улыбнулся, и Полина икнула снова.

А он… симпатичный.

Когда рядом Глеб Полина не замечала никого, но сейчас… Рома был хорошо сложен, а мышцы проступали через майку. Кубики пресса, бледная молочная кожа… Короткие, но пушистые волосы. Острые скулы. А улыбка… мягкая и одновременно задорная. Глеб улыбался похоже, но он так улыбался всем.

А как улыбается Рома Полина видит впервые.

— С ума сошел? Флиртуешь со мной? — ошарашенно спросила в лоб Полина.

— Нельзя? — невинно поинтересовался Рома.

Полина подавилась воздухом – как прямолинейно!

— Я… люблю другого, — ответила она просто. Язвить сил не было, руки дрожали от ночной прохлады, а щеки еще не высохли от слез.

— Рохмана, — утвердительно кивнул Рома.

— Так заметно? — шмыгнула носом Полина.

— Конечно. Но плачешь ты не от взаимной любви, верно?

— Нахер иди, ясно! — разозлилась Полина. — Это не твое дело!

Она гневно встала, собираясь развернуться и уйти. Почему она вообще с ним заговорила?! Действительно, пора спать – хотя Полина признавала, что не в силах возвращаться в своей номер, ведь там…

Глеб и Комарова. Такое даже в самом страшном кошмаре не снилось.

То, что Полина увидела несколько часов назад и заставило выйти и купить чертовы сигареты. Полина не курила, но это… Просто чересчур.

Комарова снова впереди нее.

Забрала Глеба, будто это ей ничего не стоило. Именно она! Серая зануда! От этого вдвойне обиднее!

— Я лишь хотел сказать… — остановил голос Ромы в спину.

Полина замерла, сама не зная, зачем. Собиралась же гордо уйти!

— Что Глеб Рохман полный идиот, что упустил такую девушку.

Сердце Полины отчаянно дрогнуло. Она поджала дрожащие губы.

Резко развернулась и в несколько шагов достигла Ромы. Тот не дернулся, когда она схватила его за майку, притягивая для поцелуя. Он удивленно выдохнул ей в рот, но быстро ответил – его язык скользнул к её, сплетаясь. Полина протестующе замычала, когда Рома встал и крепко её обнял, прижимая ближе.

Она такого напора не ожидала! Думала уязвить, но…

— Чего? — отстранился Рома.

Выглядел так, будто ничего не происходило, будто обыденный случай! Это почти оскорбило Полину. Но увидев, как плотоядно облизнулся Рома, она замерла – как мышь перед удавом. Испуганно сглотнула:

— Не знаю, что на меня нашло.

— Не стесняйся, — усмехнулся Рома.

Он поцеловал её сам, на этот раз требовательнее.

Полина сжималась в его руках – так её никогда не целовали! Глеб был податлив и не заинтересован, в роковую ночь за поцелуями тянулась лишь Полина. Её прошлые ухажеры были или неопытны, или наоборот пытались показать, как классно целуются, но выходило ужасно…

А Рома был чертовски уверен в себе.

От его крепких объятий и страстного поцелуя у Полины закружилась голова. Отстранившись, она заявила:

— Я не хочу сегодня оставаться одна.

— Тогда ко мне?

Полина моргнула и вот они уже в его номере.

Полина болезненно глянула на кровать Глеба – не заправлена, вещи раскиданы, а его нет. Сдержалась, чтобы ничего не пнуть.

— Я запер дверь, — сказал Рома, заметив её интерес.

— Он все равно не придет. Этот мудак с Комаровой нежится.

— Что? — Рома неверующее прыснул. — Не думаю.

— Верь не верь, а я видела. А вообще – ничего не хочу о нем слышать. Иди сюда, раз пригласил.

Полина набросилась на Рому, толкая на кровать. Матрас скрипуче прогнулся под ним и Рома ей ехидно улыбнулся:

— Хочешь перейти к делу? А жалеть не будешь?

— Может и буду. А может и нет, — отмахнулась Полина, раздеваясь.

Рома завороженно наблюдал, как она снимает рубашку и отбрасывает на пол. Следом пошла юбка, с которой Полина тоже не церемонилась. Оставшись в одних трусах и лифчике, Полина с вызовом глянула на парня:

— Собираешься трахаться в одежде?

— Как тебе больше нравится.

— Раздевайся, — потребовала Полина.

Пока Рома начал выполнять приказ, Полина подошла к выключателю. Ни к чему тут этот противный свет!

Комната погрузилась во мрак. То, что надо. Полина развернулась и обнаружила перед собой Рому – и как он успел так тихо и быстро подойти?!

Он схватил её за шею и притянул к себе, целуя. Властно захватил рот, кусал губы, он был по-настоящему груб и настойчив, но…

Полина желала этого. Она кусалась в ответ, вызвав у Ромы довольную улыбку.

Она услышала тихий треск и шорох – в сторону полетела упаковка от презерватива. Рома резко развернул её к двери, обхватил её руку и прижал над головой.

Полина часто дышала, осознав, что возбуждена до предела.

Пальцы Ромы коснулись её трусов – мокрых до безобразия.

— Вот это да. А я думал, что это я от тебя без ума, — жарко прошептал Рома на ухо.

— Заткнись… — выдохнула Полина.

Он легким движением стянул трусики вниз, Полина переступила через них, чтобы избавиться насовсем. Твердая плоть коснулась её бедер, и Полина охнула в нетерпении. Начала шипеть, чувствуя, что Рома издевается. Гладит её волосы, вдыхает запах и целует шею. Но медлит!

Кожа Полины покрылась мурашками, а промежность ныла от желания. Член Ромы уперся в нее и вошел легко, но все равно вызвал у Полины громкий стон.

— Тс, тише… — вздохнул Рома тяжело, прикрывая её рот ладонью.

Она не собиралась быть тише.

Если она получает кайф, то на все плевать.

Ритмичные движения погрузили её в транс, а сердце стучало от восторга. Полина не могла стыдить себя за наслаждение – ей было чертовски хорошо. Рома держал за волосы и трахал с оттяжкой, не забывая целовать и сжимать ягодицы, оставляя следы.

Дверь жалко дребезжала перед ними.

Рома неожиданно вышел из нее, вызвав возмущенное:

— Продолжай сейчас же!

— За мной, — ласково позвал Рома, беря за руку.

Он хотел уложить её на кровать.

Нет уж!

Полина хитро толкнула его вперед. Рома снова упал, но на этот раз Полина не просто наблюдала – она оседлала его. Колени потонули в мягком матрасе, а член она сразу ввела внутрь себя, ощущая его полностью. От наслаждения закружилась голова и Полина застонала от удовольствия.