Чтение онлайн

— Это он. — Мэдоу вскидывает голову с нахальным видом. — Дерек.

Бедняжка Мэдоу. Утренняя поездка была очень изнуряющей, и ужасный страх перед сценой был главным её бедствием. Все это по-настоящему, она не притворяется. Сейчас Мэдоу в порядке. Мы сидим в уютном ресторанчике, кажется «Кристалл-чего-то-там». Все окна выходят на покрытые снегом вершины гор, которые отражают солнце, так что больно глазам. Все солнечные лучи балансируют на вершине пика, посреди одной из самых знаменитых горных цепей в Швейцарских Альпах. Юнгфрауйоха. Не спрашивайте меня, как они выговаривают данное слово. Это часть гигантской дорогущей постройки убежища злодея из фильма о Джеймсе Бонде. Их называют «Вершиной Европы». Когда мы прибыли и увидели эти гигантские вершины перед глазами, то все одновременно остановились. Взирая. Восхищаясь. Альпы громадны.

Прямо из Лозанны, откуда мы начали свое путешествие, Альпы тянуться через озеро, похожее на яркий голубой гранит с отблесками снега на поверхности. Тихий старый городок утопает в зеленой траве и деревьях. Тут голубое озеро, а небеса еще голубе и красная герань свисает с каждого подоконника. Идеальное лето, где у воды приятно и прохладно. Огромный контраст по сравнению с жарой в Риме. Это место похоже на сказку, воплотившуюся в жизнь, если сравнивать с влажностью Великих Озер, которые остались позади.

Здесь, наверху, на краю неба, где обитают птицы, облака и горные вершины, живет настоящая ледяная белоснежная красота. Ледники на вершинах чисты и прекрасны, как первый продолжительный снегопад.

Чтобы добраться до этого места, мы сделали несколько пересадок с поезда на поезд, а на последнем проехали прямо между огромных гранитных гор. Все, что мы могли заметить, это грубые каменные стены, прорубленные сотни лет назад для таких туристов, как мы. Туннели и Мэдоу несовместимы.

Она дышала быстро и глубоко, опустив голову. Пот поблескивал сквозь слой ее макияжа.

Я помнила ужасное ощущение паники, когда впервые почувствовала лазер на своем лице. Мама Мэдоу была в другом вагоне. Она всегда прячется, когда у Мэдоу наступает кризис. Думаю, ей не нравится смотреть на недостатки собственного творения.

Мэдоу сочувствовала мне, когда я проходила лазерное лечение. Сегодня, когда мы ехали в поезде, я взглянула на свое лицо на дисплее новой камеры. Я выглядела неплохо. Она сделала это для меня, а мне все это было ненавистно каждую секунду. Но сейчас… Я должна быть благодарна. По крайней мере, я могу поддержать ее.

— Эй! — Я дотронулась до руки, и ее испуганные глаза уставились на мое лицо. — Посмотри на эти вчерашние фотки из Женевы.

Я сунула тонкую цифровую камеру, которую мы с мамой купили после моего анализа ДНК под нос Мэдоу. Мама сводила меня в больницу, чтобы сдать анализы за два дня до вылета. Отрицательно. Как здорово! Мы обе нуждались в каком-то ободрении после всего этого.

Она сфокусировалась на экране.

— Ты уверена, что это Женева?

— Ага. Здесь есть твое фото у ООН. — Мы пели у входа перед флагами. — Сейчас найду. — Я пролистала на одну из ее милых фото.

— Не могу поверить, что мы не встретились с парнями из Эмебайл из-за каких-то десяти минут. — Она помнила расписание их поездок наизусть. Разговоры о парнях лучше всего помогут ей отвлечься, поэтому я сосредоточилась на этом.

— Разве мы не их видели во второй половине дня? — Мы маршировали со всеми конкурирующими хорами с флагами в центре Лозанны, распевая песни. Сотни хоров. Тысячи певцов. И кучка людей в одежде цветов флага Канады похожие на парней их Эмебайл.

— Смотреть на их спины, мелькающие где-то вдалеке — я не за этим приехала.

Я медленно перелистывала фотки.

— Ты увидишь их завтра.

— Не пойдет. Мы же конкуренты. Терри будет держать нас на привязи целый день. Но Эмебайл поют сегодня вечером. Мы должны выбраться и посмотреть на них.

Терри не позволит нам пойти на торжественное открытие. После сегодняшнего долгого путешествия по горам, она захочет, чтобы мы легли спать пораньше. Может теперь, когда у Мэдоу есть своя точка зрения, я смогу ее отговорить? Я здесь, чтобы петь, а не высматривать парней. И завтра я, наконец-то, спою.

Не то, чтобы мы не пели раньше. Мы уже провели неделю во Франции, Италии, и сейчас мы в Швейцарии. Мы пели у основания Эйфелевой башни, затем перебрались в Рим и выступали в самой середине огромной площади перед собором Святого Петра в Ватикане. Потом в Женеве. Сейчас мы заселились в наш странный небольшой отель в Лозанне. Комнаты небольшие, но очень и очень опрятные. Даже моя мама, сущий педант, одобрила бы. Наш отель в Италии был настоящей дырой. В Париже — и того хуже. Единственная жалоба по поводу этого отеля, так это вывеска снаружи. Огромная голубая русалка, которая забыла надеть свои ракушки. По крайней мере, то, что она не прикрыла — легко обнаружить. Ее прелести не имеют ничего общего с теми отвисшими у женщины среднего возраста, которую мы встретили, греющейся на берегу озера. Не могу представить себя на её месте. Мама Мэдоу сказала, что загар поддерживает женскую грудь в форме. Фу. Тем дамам загар точно не поможет.

Когда поезд остановился около часа назад, Терри зашла в наш вагон.

— Укутывайтесь получше, леди!

Мы выпрыгнули, и я сильнее запахнула свое пальто. Мы все были одеты в одинакового цвета брюки и кремовые пальто с логотипом Блисс на воротниках и с прослойкой ткани изнутри, чтобы здесь, в горах, не замерзнуть.

Мэдоу схватила меня за руку.

— Я думала, будет лучше.

Мы все еще были посреди гор. Темный, нескончаемый камень. Очень холодно.

— Шарфы. — Терри обмотала свой вокруг лица. — Быстрее.

Мэдоу остановилась.

— Куда мы идем?

Леа встала по другую сторону от Мэдоу, поддерживая ее.

— Ну, мы же не будем петь здесь, на перроне.

Мы пробежали через каменный коридор, вдыхая воздух чрез шарфы, которые защищали наши носы и горло. Затем протиснулись сквозь огромные двойные двери в открытое воздушное пространство, теплое и застекленное. Куда не посмотри, совсем рядом были видны пики гор. Это не развеселило Мэдоу.

Но сейчас она выглядит так, будто видит настоящее чудо в действии. Эмебайл прямо тут, в нашем ресторане. Они не должны были быть здесь. Должно быть, изменили график, чтобы сбежать от надоедливых поклонниц.

— Поторопись. Они уходят.

Бедные, бедные парни. Они не смогут сбежать от Мэдоу. В красивых парнях она — профи. Она взволнована, но будьте уверены, это зверь, готовящийся к прыжку. Вот теперь я начинаю задыхаться.

Пусть не ждет, что я пойду с ней.

— Нет. — Я знаю Мэдоу. Она точно заговорит с ними.

— О, да! Мисс Звезда, тебе достается тот высокий парень рядом, Блейк. Я присмотрела его специально для тебя.

— Да ладно. — Сара отрывает взгляд от дверей, в которых только что исчезли парни. — Ты не подаришь его Бет. Она даже не представляет, что с ним делать.