Чтение онлайн

В октябре 2017 года на референдуме 90 процентов жителей Каталонии проголосовали за отделение от Испании. Впервые в истории общества была попытка реализовать право нации на самоопределение мирным путем. Однако правительство Испании и Евросоюз не признали результаты референдума, и в ходе столкновения жителей Каталонии с полицией и Гражданской гвардии около 800 пострадавших и трое погибших.

7.Война в Южной Родезии. URL:Родезии (дата обращения 30.04.2018)

Гражданская война в Сирии началась с массовых акций протеста в марте 2011 года, которые были продолжением регионального движения – так называемой «арабской весны». Похожие выступления проходили в Бахрейне, Египте, Йемене, Ливии и Тунисе. Половина стран мира оказалась вовлечена в военный конфликт, и политики всех стран, участвующих прямо или косвенно в конфликте декларировали о демократических ценностях и решении конфликта мирным путем. Возникает вопрос: почему в конце XX в. и начале XXI в. стали возможным «цветные революции во многих странах мира? Ответ, по мнению автора, простой: во время Гражданской войны в Сирии ООН выступила однозначно на стороне оппозиции и в очередной раз подтвердила санкцию на терроризм: «в своей борьбе за независимость колониальные народы могут использовать все необходимые средства».

Франция выплатит сомалийским пиратам компенсации за моральный ущерб [55.Франция выплатит сомалийским пиратам компенсации за моральный ущерб. URL:https://ria.ru/20141204/1036623022.html]. Европейский суд по правам человека решил, что французские власти, арестовав пиратов в 2008 году, должны были доставить их в суд "без промедления". ЕСПЧ признал, что в дело вмешались "абсолютно исключительные условия", так как подозреваемые были арестованы в море в более чем 6000 км от французской территории. Тем не менее, французская армия задержала пиратов на 48 часов, прежде чем те предстали перед судом. "Ничто не оправдывает такую задержку", – цитирует решение суда издание Expatica. Суд постановил, что действия Франции это "нарушение их (пиратов) прав на свободу и безопасность". Размеры компенсаций пиратам варьируются от двух до пяти тысяч евро каждому пирату за "моральный ущерб", а также Франция возместит судебные издержки в размере от трех до девяти тысяч евро.

65.Франция выплатит сомалийским пиратам компенсации за моральный ущерб URL:https://ria.ru/20141204/1036623022.html (дата обращения 13.11.2019)

Бывший руководитель вооруженного крыла террористической организации ЭТА Сантьяго Арроспиде Сарасола, приговоренный в Испании к 3 тысячам годам заключения, в четверг вечером освобожден из тюрьмы [Боевик ЭТА, приговоренный к трем тысячам годам заключения, освободился. URL:https://ria.ru/20141205/1036690581.html]. Решение приняла Национальная судебная палата, основываясь на нормах Евросоюза от 2008 года, согласно которым сроки отбывания наказания в странах-членах ЕС суммируются. В ноябре конгресс депутатов Испании одобрил эту норму. Кроме того, в отношении осужденного было применено решение другого европейского органа – Европейского суда по правам человека в Страсбурге (ЕСПЧ). Около года назад ЕСПЧ признал незаконной «Доктрину Парот», согласно которой террористы и другие осужденные на долгий срок не могли досрочно выйти из тюрьмы в Испании.

4. Боевик ЭТА, приговоренный к трем тысячам годам заключения, освободился URL:https://ria.ru/20141205/1036690581.html (дата обращения 08.04.2020)

4.2. Критика общественного договора и естественного права

Как считает В.Н. Жуков [Жуков, с.25], специфическая черта древнего права - крайняя жестокость (пытки, членовредительские наказания, мучительные способы смертной казни). Если применить метод психоанализа, то крайнюю жестокость древнего права можно объяснить крайней агрессивностью, крайним анархизмом подвластного населения. Право – один из способов подавления первичных влечений индивида, с его помощью коллектив подчиняет поведение человека своим интересам. Зависимость здесь такая: чем сильнее инстинкты людей, тем жестче должен быть механизм их подавления. И наоборот: чем сильнее право давит на людей, ограничивая их возможности удовлетворения своих инстинктов, тем более активную агрессию это вызывает. Но природа инстинктов такова, что их нельзя подавлять полностью, в противном случае неминуем социальный взрыв в виде разного рода бунтов и беспорядков. В данном контексте история права предстает как поиск баланса между силой репрессий и силой инстинктов. Доминирующий мотив на всем протяжении развития права – устрашение, благодаря которому только и оказывалось возможным достижение стабильного правопорядка. Поэтому правильным будет вывод, что в основе права Древнего мира и средневековья лежала этика страха. Этический смысл архаичного права состоял в том, чтобы с помощью страха привить им стойкие навыки автоматического подчинения власти. К XIX – XX вв. (да и то в основном в странах Запада) наказания смягчаются, но данный факт, конечно, не говорит об утрате правом функции устрашения.

18.Жуков В.Н. Право как ценность // Государство и право, 2010, №1. с.25.

По мнению В.Н. Жукова [Жуков, с.21], тенденция девальвации права набирает полную силу в русской религиозной философии конца XIX – первой половины XX вв. (С.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев, Б.П. Вышеславцев, С.Л. Франк). Так, согласно Н.А. Бердяеву, право вносит в христианское сознание глубокий парадокс, неразрешимую антиномию: вырастая из греха, право вместе с тем несет добро и борется с грехом. Обличая грех и борясь с ним, право само является проявлением греха, несет на себе его тяжелое наследие. Право ограничивает зло, но не в силах его победить, обнаруживая тем самым бессилие добра, не знающего «Божьей благодати». Более того, в борьбе со злом право легко становится злом. Правовое сознание христиан изначально трагично, так как право, ставя своей целью защищать добро, бессильно победить зло. Христианский мир, отмечает философ, живет двойственной жизнью: по закону и по благодати. Трагизм такого положения состоит в том, что «Закон и Благодать», право и религия не могут и не должны сойтись. Если право поднять до уровня религиозного откровения, право лишится своего важнейшего качества – принудительности, т.е. перестанет выполнять функции, необходимые земному, грешному миру. Если религиозные заповеди низвести до уровня права, из религии уйдет дух откровения, а сами религиозные нормы превратятся в систему насилия.

Этика благодати часто оказывается абсурдной по отношению к этике закона («Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас»). «Закон, судящих грешников и злых, – полагает Бердяев, – оказывается пригодным лишь для обыкновенных, обыденных случаев, пока сердца людей холодные и застывшие. Но для необыкновенных, катастрофических положений жизни, когда только и раскрывается и глубина жизни, закон оказывается совершенно неприменимым и суд его ничтожным».

18.Там же с. 21.

Экономической основой буржуазного государства с момента его появления стали новая система хозяйствования и частная собственность на наиболее важные орудия труда и средства производства. Частная собственность объявлялась священной и неприкосновенной. На её охрану и защиту было направлено, в конечном счете, все конституционное и текущее законодательство.

Буржуазное право утверждало новое мировоззрение, в основе которого были: свобода, равенство и справедливость. В западных странах либерализм стал идеологией буржуазного государства, основой стали следующие ценности: абсолютная ценность человеческой личности, изначальное равенство всех людей; автономия личности, ее индивидуальной воли. Так, например, задачами индивидуализма и рационализма в Новое время были секуляризация общества, признание приоритета сознания над верой, формирование индивидуального и общественного сознания. Индивидуализм и рационализм должны были стать основными принципами различия феодального и буржуазного общества.

Как считает В.Н. Жуков [Жуков, с.26], благодаря индивидуализму человек воспринимал себя как уникальную ценность со своими интересами и потребностями, противостоящими общественным интересам. Естественным следствием индивидуализма стал гуманизм – нравственный принцип, согласно которому человек есть ценность, деятельное, творческое существо, нуждающееся в наиболее полном удовлетворении своих потребностей и интересов и реализации своих способностей.

Во второй половине ХХ в. понимание права теснейшим образом связывается с гуманизмом: принимаются многочисленные акты, посвященные гуманным вопросам, государства считают своей обязанностей включать в конституции разделы о правах человека. Общепринятым становится мнение, что национальное и международное право должны быть наполнено гуманистическим содержанием, должно создавать условия для всестороннего развития личности. Глядя на гигантский массив всего этого современного законодательства, можно подумать, что мы имеем дело с правовой культурой, принципиально отличной от правовой культуры Древнего мира и средневековья, что нравственность современных людей принципиально изменилась, создав основу для создания права с гуманистическим содержанием. Либерально настроенные юристы и философы с последней трети XIX в. начали говорить о праве как о «минимуме нравственности» (Г. Еллик, В.С. Соловьев), указывая тем самым на невозможность существования безнравственного права. В ХХ в. тенденция увязывать право с нравственностью, гуманизмом только усилилась.

18.Там же с.26.

Отдельные элементы этой теории разрабатывались еще философами Древней Греции и Древнего Рима. Однако в своем классическом виде договорная теория появилась лишь в XVII – XVIII вв. Наиболее видными её представителями были Г. Гроций, Дж. Локк, Д. Дидро, П. Гольбах, А.Радищев, Ж.-Ж. Руссо и другие ученые.

В работах многих отечественных и зарубежных авторов [Марченко, с.129] договорная теория рассматривалась как естественно-правовая теория или просто – естественная теория происхождения государства и права.

36. Марченко М.Н. Теория государства и права: учебник. Москва: ТК Велби; Проспект, 2005. с.129.

В.С. Соловьев [Соловьев, с.448, 451] относил право к условиям нравственного прогресса: «Тут недостаточно одного индивидуального совершенствования лиц: необходимы соответствующие изменения общественного строя». Правовые учреждения чрезвычайно важны для морального совершенствования, поскольку существование общества, полагал Соловьев, зависит «не от совершенства некоторых, а от безопасности всех».

Он различал право и мораль по следующим основаниям. Во-первых, безусловно, нравственное требование (например, любовь к своим врагам) – это сфера идеала, безграничного понятия. Право по своей сути ограничено. Оно требует низшей степени нравственного состояния, только фактической задержки проявления безнравственной воли. Однако, рассуждал философ, это различие не является противоречием права и морали, поскольку с точки зрения права закон не отрицает высшего нравственного совершенства.
– «Право есть низший предел или определенный минимум нравственности».