Чтение онлайн

Так называется мистическое общество, основанное в XVII в. испанским священником Михаилом Молиносом (1640–1696), проживавшим в Риме. Он учил, что истинное христианство должно состоять не во внешнем исполнении церковных обрядов, а во внутреннем восторженном стремлении к Богу и успокоении в Нем (guies покой, отсюда квиетисты). Иезуиты обвинили его перед папой в ереси; он сам вынужден был проклясть несколько положений из своих сочинений как еретические; и, тем не менее, присужден был к пожизненному заточению. Но его идеи нашли себе приверженцев. В России квиетические настроения были весьма популярны в эпоху высшего расцвета мистицизма при имп. Александре I.

Керинфиане были последователи Керинфа, родом иудея, получившего образование в Александрии. По его учению, творение видимого мира совершено не Высочайшим Богом, а низшим духовным существом, Богом Ветхого Завета (Димиургом), и до появления христианства Высочайший Бог был неизвестен миру. Отвергая божественное достоинство Спасителя, Керинф учил, что Иисус был простой человек, что Вышний Христос (отожествленный, как полагают некоторые, со Св. Духом) сошел на Иисуса при крещении, после чего Иисус познал Высочайшего Бога и возвестил о Нем людям, а для убеждения их в истинности своего учения получил силу творить чудеса. Перед страданиями Христос оставил Иисуса; так что Иисус страдал один, Христос же, будучи духовен, остался чужд страданий. Это лжеучение особенно распространилось в Малой Азии. Св. ап. Иоанн Богослов свое Евангелие и первое послание написал именно против этих лжеучителей.

Так называются коренные жители Египта, которые отделились в VI в. от Православной Церкви и образовали монофизитскую церковь. Они имеют патриарха, который пребывает в Каире.

Так называется секта, появившаяся в прошлом столетии среди крещеных черемис Яранского у. Вятской губ. Эти сектанты отличаются от некрещеных тем, что не приносят кровавых языческих жертв, а допускают жертвоприношения в виде сожигания хлеба и при своих молениях употребляют «кугу-сорта», что значит большая свеча. Свеча эта бывает весом не менее пуда, 7 или 8 вершков в диаметре, с несколькими конопляными светильнями. Она обязательно зажигается по случаю особенных общественных бедствий, напр., голода, моровых поветрий, войны и пр. Употребляются также средние и малые свечи, тоже с конопляными светильнями. Средние бывают вершка 3 в диаметре; некоторые из них вместо светильни имеют солому и зажигаются пред посевом ржи, чтобы Бог дал хороший урожай хлеба. Малые свечи, в палец толщиной, при каждом богослужении ставятся обыкновенно в деревянные липовые чашки, наполненные разными сортами зерна, разводимыми в данной местности. Последователи секты принимаются в состав ее чрез окачивание 9 раз подряд холодной ключевой водой. При богослужении жрец читает немногие молитвы, одинаковые, что и у черемис-язычников, хотя главная часть моления заключается в поклонах. Совершается и свое самочинное причастие, именною на обыкновенный большой стол, покрытый белой конопляной скатертью, ставится маленький престолик (длина его 5 верш., шир. 4 верш., высота 3,5 верш.), сплетенный из какой-то длинной, твердой травы и имеющий 4 столбика из той же травы, снизу переплетенные, а сверху покрытые вместо доски той же травой. На этом престолике поставляется деревянная чашка с щербой, т. е. наквашенным медом, над которой читаются положенные у них молитвы и которая после того разливается маленькими черпачками каждому. Вместо просфор употребляются овсяные хлебы, приготовленные особенным способом, именно: овес не мелется на мельнице, а толчется в особо приготовленной деревянной ступе, потом просевается и стирается в муку, из которой пекутся хлебы, похожие на наши ржаные «тетерки». Огонь для богослужения достается чрез трение липовой палки о другую палку. Вместо пения при богослужении употребляются гусли, звук которых весьма похож на звук балалайки. Вместо колокола употребляется барабан, в который бьют при начале и конце богослужения. Сектанты, намереваясь участвовать при богослужении, все одеваются в чистые белые конопляные рубахи и штаны, надевают такие же шабуры и подпоясываются белыми же конопляными поясами, за которые втыкаются деревянные колодки для плетения лаптей и деревянные иглы, а также привешиваются ножны с берестяными ножами. После богослужения бывает трапеза, причем все приготовляется тут же, на месте, и без соли, а если моление происходит в роще, то все продукты приносятся заблаговременно. Изгнание из своего обихода продуктов культуры, приобретаемых на торжищах (чая, сахара, соли, керосина, спичек и проч.), составляет вообще характерную особенность этих сектантов, которые в своей обыденной жизни пользуются лишь тем, что находят около себя, приготовляя это самым примитивным способом.

См. Новый Израиль.

Эта секта получила свое название от одной из стародубских слобод, именуемой Лужки, где она первоначально появилась. Лужковцы, в сущности, те же беглопоповцы и отличаются от последних тем, что враждебнее их смотрят на Церковь, приняв некоторые свойственные беспоповцам мнения. Они отделились от прочих беглопоповцев из-за того, что те приняли попов, дозволенных правительством (при императоре Александре I), и особенно за принятые ими метрические записи; они почли, напротив, ересью вписывать в метрику новорожденных и умерших, а также восстали против приношения на проскомидии просфоры за Царя. В начале отделения лужковцы не имели согласного с собой священника, поэтому, чтобы исправить через миропомазание первого явившегося к ним беглого попа, они обманом пригласили попа от беглопоповцев, а после этого чиноприятия сами простолюдины приняли его в свое общество уже по третьему чину, заставив его произнести проклятие ересей. Таким образом и явилось у них свое лужковское священство. Их попы уже стали принимать вторым чином приходящих к ним иереев. Кроме посада Лужков, эта секта имеет своих последователей на Дону в Курской губ., за границей — в Молдавии и др. местностях.

Лучинковцев секта была обнаружена во 2-й половине прошлого столетия на Невьянском горном заводе, Пермской губ. Название это произошло от того, что сектанты при своих богослужениях вместо свечей употребляют лучину: «У кого больше дымит, того молва угоднее Богу». Сущность учения этих сектантов та же, которой придерживаются сектанты «странники» в других местностях. Лучинковцы не признают ни Церкви, ни священников, ни таинств, не почитают святых икон, отвергают всякую власть, а установленные законы называют сатанинскими. Сектанты эти странствуют из одного места в другое, удаляются в леса, уводя с собою своих детей и даже похищая чужих, чтобы воспитать их вдали от мира, в духе своего лжеучения. Воспитанные на лоне природы младенцы не имеют никакого понятия о мире и его грехах, должны, по мысли сектантов, предназначаться в учители грешного люда и приносители жертв. Последователи этого лжеучения — все люди небогатые и отличаются крайним фанатизмом. В конце прошлого столетия гнездом лучинковской секты служила деревня Федьковка Шурлинской волости Екатеринбургского у., где лучинковцев считалось 15 семейств.

Любушкино согласие принадлежит к сектам беспоповщинского толка. Оно обнаружилось во второй половине прошлого столетия в г. Корчеве Тверской губ., куда занесено из Москвы каким-то кимрским крестьянином. Отличительной чертой секты является допущение брака, или, вернее сказать, сожительство по любви без венчания. Последнее обстоятельство, по всей вероятности, послужило основанием к названию секты «любушкиным согласием». Основываясь на том, что теперь, по мнению сектантов, законных священников нет и что Кормчая книга допускает отсрочку совершения таинств на неопределенное время, как это было в первые времена христианства, любушкино согласие дозволяет здесь, на земле, вступать в сожительство по любви и согласию, ожидая освящения этого сожительства в будущей жизни от верховного священника Иисуса Христа. Кроме этого, любушкино согласие отличается от прочих беспоповщинских сект большей свободой во всем; так, им допускается употребление в пищу мяса, позволяется пить вино и чай. При поступлении новичка в эту секту перекрещивания, как это делается в других беспоповщинских сектах, не бывает, дело ограничивается только постом и молитвой. Любушкино согласие ставит на первом плане любовь, выше и сильней которой, по понятиям сектантов, ничего не может быть на земле. Эта всепоглощающая любовь должна быть первым и самым главным основанием всех социальных, общественных и семейных отношений. Где есть любовь, там не может примешиваться, утверждают сектанты, ничего земного, мирского, греховного; тут должно существовать одно идеальное, бесплотное, — одна мысль и чувство. В силу этого плотское сожитие между мужем и женой, по любушкиному согласию, возбраняется, поелику жена мужу родная и тем был бы нарушен принцип высшей любви. Но мужу и жене не возбраняется отдать долг физической природе, где и с кем им заблагорассудится. Таким образом, тут выходит уже очевидный принципиальный разврат. Положим, любушкино согласие, снисходя слабости человеческой природы, допускает возможность плотского сожития мужа и жены, но зато оно приравнивает его к кровосмешению. Если допущено такое отношение между супругами, то оно, по их мнению, может быть терпимо и между другими родными, между двоюродными и т. д.

Эта ересь основана Македонием, еп. Константинопольским, который учил, что Дух Святой есть служебная тварь, не имеющая участия в Божестве и славе Отца и Сына. На Втором Вселенском Соборе (381 г.) македонианство было осуждено.

Так была названа обнаружившаяся в 1891–1892 гг. в Киевской губ. секта по имени своего основателя — мещанина г. Таращи Киевской губ. Кондратия Малеванного, принадлежавшего сначала к штундистам. Признав себя Иисусом Христом, Спасителем мира, Малеванный стал проповедовать о скором наступлении Страшного суда. Вместе с этим он учил, что Отец Небесный объявит его всему миру и ему поклонятся все цари земные и народы и он, Малеванный, устроит новую, блаженную жизнь. Во время молитвы Малеванный поднимал руки вверх, от чего последние стали дрожать, а затем дрожание и судороги, которые нередко были ритмическими, распространялись и на другие части тела, что все объяснялось вхождением в лжеспасителя Святого Духа и производило большое влияние на простодушных окружающих, из которых многие мало-помалу и сами начали подвергаться тряске и судорогам. Сначала около Кондратия образовалась небольшая община, поселившаяся в доме ересиарха на началах коммуны. В конце 1889 г. движение приняло эпидемический характер, быстро и почти одновременно охватило до 15 отдельных штундовых общин в разных уездах. Переход последователей рационалистических толков в мистическую малеванщину совершался целыми общинами, иногда в количестве нескольких сотен, и представлял собою картину стадного религиозного движения в народной массе. Все сектанты с переходом в мистический новый толк отказались от обычного образа жизни и занятий и стали обнаруживать странные и вредные в общественном и санитарном отношении поступки. Так, например, в ожидании имеющего будто бы наступить Страшного суда, уходили они целыми сотнями в поля и в снежную ночь мылись в холодной воде, мужчины и женщины вместе, и также мыли и своих малых детей; на общих собраниях мужчины переодевались в женские костюмы и женщины бывали обнаженными; одна женщина в припадке религиозной экзальтации задушила свое 6-летнее дитя; в одном селении сектант поджег ригу и намеревался сам подвергнуться самосожжению, в другом — сектантка женщина пыталась поджечь селение; один сектант подверг себя долговременному, свыше 50 дней, посту по тем же религиозно-фанатическим мотивам. Вместе с тем у малеванцев появилась склонность к мотовству, доходившая до смешного и вызывавшая резкое чувство негодования у окружающего населения. Скоро у Малеванного насчитывалось более тысячи последователей. Несмотря на строгое запрещение полиции, к нему шли штундисты, чтобы повидать его, послушать, поклониться и принести ему дары. К нему нельзя было пробраться днем, пробирались, подкупая стражу, ночью. Семья Малеванного стала благоденствовать. Но ни это, ни то, что Малеванный часто болел, ни то, что попытки его вознестись на небо не удавались и он падал с крыши дома, жестоко расшибаясь, ничто не могло разуверить охваченную безумием толпу, что Малеванный — простой, безумный и больной человек. В 1891 г. Малеванный был освидетельствован, по распоряжению властей, врачами и помещен в богоугодное заведение (кирилловскую больницу) в Киеве. В больнице он продолжал бредить о своем мессианстве, и бред его, в виде записанных с его слов его поклонниками проповедей, или евангелия Малеванного, распространялся между штундистами и увлекал все новых и новых последователей. Затем он был отправлен в Казань и помещен в психиатрической больнице. Во главе сектантов в 1899 г. стал новый пророк в лице крестьянина Ивана Лысенко. Он выдавал себя сперва за особенного посланника или ангела Малеванного, за «трубу Божью» или «живую трубу», а затем за «Св. Духа», исшедшего от Малеванного, причем признавал последнего за Христа Спасителя мира. Вероучение малеванцев еще не сложилось в определенную и строго замкнутую систему. Малеванщина, появившаяся среди штундистов, а пропагандирующая, главным образом, среди православных, в своей вероучительной части является отрицанием как штундобаптизма, так и православия. Эта отрицательная сторона существующих и знакомых малеванщине вероучений и является главной темой малеванских проповедников и их догматов: ни в штундовом евангелии, ни в православном обряде нет спасения. За этой отрицательной идет уже положительная сторона малеванского учения: чтобы спастись, нужно родиться от Христа, нужно, чтобы Христос воплотился в нас. Чисто хлыстовский догмат перевоплощения Христа и чисто хлыстовское понимание этого перевоплощения является общим и всеми разделяемым догматом малеванщины. Частности же в вероучении и истолкования этого вероучения весьма различны. Несомненно только, что малеванцы держатся пантеистического воззрения на Божество, смешивая Бога с миром. Они допускают, что Господь Иисус Христос был на земле, но как всякий, подобный малеванцам, человек, воплотивший Бога в себе. Люди, по их представлению, умирая, переселяются душой в новорожденные тела других людей. Но малеванцы истинные, т. е. воплотившие Бога в себе, не могут умереть; кто же умирает, то только этим доказывает, что он не настоящий малеванец. Из всех малеванцев больше всех и совершенным образом воплотил в себе Бога Кондратий Малеванный: он есть истинный Христос, истинный Сын Божий и Спаситель, он есть тот, которого ожидали люди, которого пророчественно изображали рисунком, малевали, на иконах и описывали пророчественно словами в Евангелии. Евангелие, как и вся Библия, не заключает указаний на спасительный путь жизни, но как пророчество о живом ныне Христе, о Кондратии Малеванном, полезно для чтения и оживления в себе веры. Евангельское слово нужно понимать в духовном, иносказательном смысле. Это иносказание малеванцев — положительный бред, за которым не угонится никакая логика. Каждый малеванец изъясняет евангельские слова по-своему и как хочет. История, вероучение и жизнь малеванцев несомненно говорят за то, что эта секта не в Православной Церкви, скорее эта секта в штундизме, среди которого она появилась и с которым ее соединяет одно общее отрицательное отношение к Православной Церкви. По характеру своих верований и по психическому состоянию душевных сил малеванцы безумно упорны, и мерам духовного миссионерского воздействия они, за редким исключением, не поддаются. Малеванцы живут в постоянном ожидании наступления конца мира, которое, по их понятиям, будет лишь какой-то благотворной переменой в условиях внешнего существования человека на этой земле, на которой наступит идеальный порядок всеобщего равенства и братства, мир правды и общего блаженства, без смерти и тления, без грехов, судов и начальства, без труда и забот о будущем. Всякий малеванец, по требованиям учения секты, обязан был продавать свое имущество, некоторые же положительно все движимое имущество продали или роздали, не желая иметь каких-либо забот. Болезненное психопатическое состояние сектантов выражается резче всего в обонятельных галлюцинациях и галлюцинациях общего чувства, например, чувство легкости, воздушности своего тела, или его бестелесности, чувство как бы отделения от земли и поднятия на воздух; у некоторых малеванцев случались галлюцинации слуха и зрения, слышания повелений Бога, шепот Святого Духа, появления звезд разнообразных цветов. При этом на всех малеванцах наблюдаются явления очевидной психической усталости, пассивности и преобладания чувства над волей. Но самое яркое, наглядное выражение болезненного состояния последователей этого толка составляет необыкновенно резкая наклонность их к судорогам, которые обыкновенно появляются у малеванцев, когда они становятся на молитву. Обыкновенно собрания начинаются пением, что и составляет самое употребительное религиозное упражнение малеванцев; проповедь же и чтение Св. Писания совсем устранены у них. На собраниях у них вскоре же начинаются молитвенные вздохи, всхлипывания, слезы и другие проявления душевного волнения, которые затем переходят в истерические припадки. Тогда, среди общего шума, крика и беспорядка, одни падают, как сраженные молнией, другие восторженно или жалобно кричат, плачут, прыгают, хлопают в ладоши, бьют себя по лицу, дергают себя за волосы, стучат в грудь, топают ногами, пляшут и т. п. При высших степенях возбуждения у некоторых из участников собрания наступает особое возбуждение центра речи и особого рода verbaration, выражающееся в быстром произнесении бессмысленных тарабарских звуков, имитирующих слова и разговор. Малеванцы объясняют это явление тем, что будто Святой Дух сходит на сектантов, подобно как на апостолов в день Пятидесятницы, и сообщает им дар иностранных языков. Малеванщина распространена, главным образом, в Киевской губ.

Манихейство (явившееся в III в.) представляет собой смесь христианского учения с началами религии Зороастра. Основателем манихейства был Манес, персидский маг, а затем пресвитер в персидском городе Егваце. Лжеучение его состояло в следующем. От вечности существуют два царства: добра и зла, света и тьмы, которые находятся в постоянной борьбе между собой. Во время этой войны один из эонов царства света, Первый Человек (называемый у манихеев Христом, Иисусом) потерял часть своего светлого существа. Для освобождения ее Отцом света был послан Животворящий Дух. Освобожденная часть Первого Человека была помещена в солнце и есть Бесстрастный Иисус; другая же часть, поглощенная царством тьмы, есть страждущий Иисус. Из смешения поглощенной части света страждущего Иисуса с тьмой и явился видимый мир, так что этот Иисус становится душой мира. Мировая душа стремится к освобождению из уз материи, чему помогают Бесстрастный Иисус и Животворящий Дух. Чтобы положить конец этому, сатана заключает все имеющие в царстве тьмы частицы света в материю и творит человека. Подобно миру, человек состоит из смешения света и тьмы, и две души, живущие в нем, добрая и злая, постоянно ведут борьбу между собой. Для освобождения своей страждущей половины, Бесстрастный Иисус сходит с солнца на землю и принимает вид человека, но не существо. Христос, по учению Манеса, не имеет действительного тела, а только призрачное, и страдания его на кресте были призрачны. Явившись на землю, Он открыл людям, что они духовного происхождения, и указал средства освободиться от материи. Ученики Христа под влиянием чувственности извратили учение его. Чтобы очистить свое учение от примеси чувственности, Христос, согласно обещанию своему, послал Параклита, который явился в лице Манеса. Средством освобождения от материи, которая есть седалище зла, служит, по учению Манеса, строгий аскетизм. Признавая себя главой церкви, Манес имел 12 учителей, названных апостолами, 72 епископа и потом пресвитеров, дьяконов и евангелистов. Его последователи разделялись на оглашенных и совершенных, и последние должны быть безбрачны, не вкушать скоромной пищи и питаться только растениями. Убегая от преследователей своих — персидских магов, Манес обошел Индию до Китая, долго жил в пещере Туркестана и здесь изложил учение свое в книге, сделавшейся для его последователей евангелием; а по возвращении в Персию с него содрали с живого кожу, когда он обещал персидскому царю Бахраму I исцелить его сына и не смог. Манихейство особенно сильно было в IV и V вв. и продолжалось даже в средние века.

Маркелла ересь названа так по имени своего основателя — Маркелла, еп. Анкирского (†371 г.). Учение его состояло в следующем. Сын Божий до воплощения не имел личного бытия, но всегда нераздельно существовал в Боге Отце, как Его вечное слово. Воплотившись во Христе, слово сделалось личностью, Сыном Божьим. Когда основанное Христом царство окончится, слово опять возвратится в Бога Отца. Эта ересь была осуждена на Втором Вселенском Соборе (381 г.).

Последователи Маркиона, сына синопского епископа, еретика II в., одного из более видных представителей Сирийского гносиса. В своем лжеучении Маркион держался того же дуализма, что и у всех других гностиков: с одной стороны — Благой Бог, с другой материя с ее властителем, сатаной. Вместо эонов-творцов, у Маркиона есть среднее между двумя первыми началами существо — Димиург, действовавший в Ветхом Завете, Бог справедливый, но исключающий любовь и милосердие. Мир видимый и его обитатели созданы Димиургом из сущности вещественного хаоса. Душа человека также творение Димиурга и первоначально отличалась свойствами своего творца. Материя постоянно стремится возвратить в свое обладание ту часть человека, которая прежде находилась в ее составе; Димиург борется против нее, но одолевает материя, и человек впадает в грех, вследствие чего его первоначальная природа изменяется в худшую; таким образом, получает бытие мир языческий с его многобожием и идолопоклонством. В обладании Димиурга остается народ еврейский, но и в нем грех возымел господство. При всех своих усилиях спасти человечество от порабощения материи, Димиург не мог ничего сделать. Сжалившись над людьми. Благой Бог посылает Христа миру, который и проявил свойства пославшего Его — любовь и милосердие. Души спасенных Христом будут освобождены от материи. Отвергая все книги Ветхого Завета, Маркион и из Нового Завета признавал лишь Евангелие от Луки и десять посланий ап. Павла, исключая из них те места, которые противоречат его учению. Он совершенно отвергал также церковное предание. Нравственное учение Маркиона запечатлено характером строгого аскетического ригоризма. Маркион запрещал брак и требовал обета безусловного целомудрия, отречения от всех удовольствий, воздержания в пище до наименьшей ее меры, причем безусловно запрещалось мясо и вино. Основанное Маркионом еретическое общество было многочисленнее всех других обществ Сирийского гносиса.

Так называется еретическое общество монофелитов, образовавшееся в VII в. в долинах гор Ливана и Антиливана, около монастыря аввы Марона. В настоящее время марониты уклонились в католичество и находятся в полной зависимости от римской церкви. Из православных обрядов они удержали только богослужение на родном языке, причащение под обоими видами и брак священников.

Марьяновская секта появилась между 1845–1850 гг. в с. Збурьевке Днепровского у. Таврической губ. Крестьянка Марьяна, обольщенная одним офицером, бросившим ее, купила себе домик, в котором между разной рухлядью нашла доску образка, служившего покрышкой для ведра с водой. Вычистивши доску, она заметила на ней нечто похожее на лик; после усиленной чистки она увидела лик Богоматери. Образ был поставлен в углу среди икон. Скоро Марьяна рассказала о чудном сне, в котором она видела сияние от иконы, и соседи-крестьяне в простоте сердца придали всему случившемуся в домике Марьяны характер чудесного события. Домик Марьяны стал центром, куда стекался на богомолье народ и приносил свечи, масло, деньги и продукты. Дело с иконой дошло до духовного начальства, и икону ведено было доставить в Херсонский собор. Хотя Марьяна и лишилась святыни, привлекавшей к ней народ, но моления в ее домике продолжались. Исчезнув куда-то, она привезла двух девушек, одетых в черные платья, и к молениям, происходившим в черные ночи, прибавила церковное пение хором. До 1857 г. Марьяна исчезала несколько раз и всякий раз приводила с собой новых девушек. Сектантов приняли за скопцов. Марьяна и шесть учениц ее подвергнуты были медицинскому осмотру; но оскопления не открыто, а лишь дознано, что все ученицы из проституток, а учительница, заживо признанная ими святой, носила железные вериги. Марьяна отдана была под церковный и полицейский надзор. 21 декабря 1867 г. Марьяна умерла, но основанная ею секта живет и после ее смерти. Марьяновцы принадлежат к хлыстам, на которых отразилось весьма значительное влияние молоканства. По наружности сектанты соблюдают общение с Православной Церковью: ходят в храм, исповедуются и приобщаются св. Тайн, но в сущности они чуждаются Церкви и священников. Не довольствуясь богослужением Православной Церкви, они измыслили особые свои моления, на которые собираются тайно по ночам и к которым никого не допускают; сами служат себе панихиды, отпевают умерших. Марьяновцы расторгают узы родства, потому что отчуждаются от своих родителей: оставляют их, не говорят с ними. Прием в секту сопровождается различными обрядами. Все вступившие в общество должны участвовать в «тайной работе», которая состоит в том, что мужчины, женщины и девицы собираются вместе, составляют в ночное время круг и босыми ногами кружатся, вертятся до истощения сил, пока пропоют все для этого сочиненные песни. Это вертенье называется духовным танцем, тайной работой. Потом становятся крестообразно один против другого и перебегают один на место другого. Этим заканчивается «тайная апостольская работа» марьяновцев.