Чтение онлайн

Совершив головокружительный дауншифтинг, главный герой, наконец, находит себя. Жизнь в деревне, на свежем воздухе... Благодать. Но не внял ГГ предупреждениям соседей, выпил не вовремя и подскользнулся, упал, свалился, но сознание не потерял. Нечему было теряться. Через плен, унижения, побои, голод, жажду, жару выбирается он в люди.

41. Айзенштайн Фрыц / Атын - 2. Чудаки и дороги.

Это, типа, вторая часть приключений Вольдемара Абызовича, советника по особым поручениям при дворе одного из сатрапов.

"...Господина Советника, то есть, меня, уже ждали. Добрый дяденька, который представился Ильясом, типа местным завхозом, и компания. Мой подарок так поразил в сердце Улахан Тойона, что в довесок к халату, который, на мой взгляд, стоил целое состояние, выдал все остальные детали одежды. А компания - это сапожник, портной, брадобрей. Мне даже как-то неловко стало. Ильяс сразу смылся, а мы зашли и занялись делом. Сапожник снял мерки и ушёл. Портной начал подгонять одёжки под меня, ну там приталить, подрезать, то да сё. Я, вдобавок, нагрузил его своими заморочками. Отдал рубашку и потребовал, чтобы мне сшили такую же изо льна или, на крайний случай, хлопка. Швец вертел рубаху и так и сяк, потом согласился, что сшить можно. Я ему вдогонку отправил джинсы, и потребовал сделать по два комплекта. Непонятки вызвала молния, но я разрешил вставить пуговицы, которые, в свою очередь, используются крайне редко, всё больше на завязочках тут. Дальше я предъявил к пошиву майки и трусы. Короче, запугал портного. Трикотажа здесь нет, нижнего белья тоже. Потребовал сшить шесть комплектов из шёлка. Ладно, ещё одного спровадил. Брадобрей меня обработал по первому классу, подстриг даже. Цивилизация, чай, не в степи живут. Я брадобрея отпустил, облился лосьоном. Выползла на свет божий Дильбэр, повалилась мне в ноги с просьбой пощадить. Я её пощадил, хотя и не понял за что. Какой народ запуганный, или я чего-то не понимаю..."

42. Айзенштайн Фрыц / Атын - 3. Дикая собака.

Третья часть приключений Вольдемара Абызовича, ныне Большого Вождя и проч. которую я хотел назвать "Дикие собаки гринго", но постеснялся. Там про гринго так, вскользь.

"...С отъездом у нас так вот сходу ничего не получилось. Утром явился на наши светлы очи первый отряд покойного Алгыя. С целью не пущать и освободить. Им быстро, ещё на подходах, объяснили, что в городе нынче оранжевые, так что надо спешиться, поснимать шапки и на карачках ползти, вымаливать у всенародно избранного Улахан Тойона прощение. Посыпая головы пылью. Наверняка это всё сопровождалось изящными шутками и незлобивым юмором. Чиста по-солдатски..."

43. Айзенштайн Фрыц / Атын - 4. Интрузия.

Четвёртая книжка из серии Атын. Империи больше нет, власть в бывшем Северном Царстве с трудом делят военные с кликой Его Преосвященства, готовые в любой момент вцепиться друг другу в горло. Население выживает, как может, подбирая по заброшенным после Эпидемии руинам остатки материальной культуры своих предков. Позитивный постап. Появятся спасители нации, шпионы в виде великосветских блядей, ИИ типа "Мбонго" и отряд спецназа ГРУ! Так же в программе: много секса, нещасная лубоф, поиски себя в этом непростом мире, спасение утопающих и работа киллером по убеждению. У Барго откроются глаза и он увидит, что мир прекрасен! Произведение пишется.

44. Артюхин Сергей / Римская альтернатива: Еще одно золото.

Попаданец в Римскую империю, в императора Коммода.

Последним императором Римского золотого века был Марк Аврелий. "Философ на троне", "Отец отечества" - миролюбивый человек, он всю жизнь был вынужден сражаться с врагами Рима. Кроме того, Маркоманнские войны, в сочетании с Великой Чумой, серьезно подкосили мощь римского государства. Следующий за ним император "золотым" уже не был. Коммод, известный многим по фильму "Гладиатор", был испорченной и развратной личностью. Ему было наплевать на управление государством - его интересовали только собственные развлечения. Но что, если бы это было не так? Что было бы с Римской Империей, если бы Коммод был человеком, равным в своем величии Траяну или Цезарю, Августу или Сципиону?..

"...Мальчишкой, Коммод поругался с одним из своих греческих наставников и выбежал из дома во двор, под дождь. О чем они спорили, Максим не знал, но то, что в тот день бушевала гроза, и будущего властителя империи ударило молнией, было весьма распространенной информацией. Интересно другое - Коммод выжил, хоть и провалялся в постели почти месяц, странно бредя и разговаривая на неизвестных никому языках.

А потом, в один прекрасный солнечный день очнулся от своего полусна и встал. Встал другим человеком. Пообщался со "знанием". Так свой болезненный опыт назвал десятилетний ребенок. И первое время он вел себя довольно странно, из разговорчивого мальчишки превратившись в серьезного юношу..." Произведение пишется.

45. Ахманов Михаил / Страж фараона.

Древний Египет. Время легендарной царицы Хатшепсут. Страна неминуемо скатывается в пропасть, куда ее толкают захватнические амбиции фараонов. Но, словно из ниоткуда, появляется в долине Нила Сенмен, брат Сенмута, и колесо истории, скрипнув, вращается вспять. Никто и не догадывался, что спасителя Египта на самом деле звали Семеном и был он родом из далекого северного города, основанного спустя тысячелетия на берегах Невы...

46. Бабицкий Александр / Испытание эволюцией.

Двое наших современников таинственным образом попадают во времена своих немытых и нечёсаных предков. Что они, лишённые всех достижений цивилизации, смогут противопоставить беспощадному каменному веку? Ведь цена ответа на этот вопрос высока, а пути назад нет...

47. Белянин Андрей / Багдадский вор - 1. Багдадский вор.

О благословенный город, воспетый Шахерезадой! Высокие минареты, пение муэдзинов, призывающих правоверных к вечерней молитве... И вот уже лучатся яркие звезды на бархатном фиолетовом небе. Дурманящий аромат ночи, трепет листьев чинар. Топот арабских скакунов - грозные стражи порядка спешат в свои казармы. И наконец, монотонный стук колотушки и убаюкивающий голос: 'Спите, жители Багдада, все спокойно! В Багдаде все спо...' О горе! Вай мэ! Уже несколько дней не знает сна и покоя главный правитель города наимудрейший Селим ибн Гарун аль-Рашид. Вай дод! Рыщет по всем улочкам и проулкам его верный слуга, высокородный господин Шехмет, и ищет он Багдадского вора по имени Лев Оболенский!

В общем, не обошлось здесь дело без таинственных волшебных сил...

Заскучал как-то великий сочинитель рубаи Хайям ибн Омар и решил залить тоску содержимым старинного кувшина, из которого и не замедлил появиться очень черный и очень веселый джинн. На радостях пообещал дух выполнить три желания. Старый борец за справедливость, Хайям давно мечтал о достойном преемнике. Но так как джинн был нетрезв, иными словами - 'в стельку пьян', то и оказался наш голубоглазый герой, москвич нового тысячелетия, потомственный дворянин на... средневековом Востоке...

48. Белянин Андрей / Багдадский вор - 2. Посрамитель шайтана.

Интересно, а что делает рослый москвич, бывший помощник прокурора, не хило оторвавшийся в своё время в благословенном Багдаде, когда встречает на ночной улице узкоглазого джинна с ящиком пива под мышкой?! Разумеется, радуется, кричит: 'Здравствуй, Бабудай-Ага!' и всё такое... Но уж конечно не ждёт, что тот прямолинейно заявит: 'Очень скучно без тебя на Востоке, Лёва-джан!'... А ведь именно так всё и произошло...

И вновь ярко-синее небо пустыни распахнуло свой купол над бесшабашной головой Льва Оболенского! И вот уже притворно разводит руками хитроумный 'визирь' Насреддин, а в султанском стойле нетерпеливо пристукивает копытцами отчаянный ослик Рабинович. Где-то далеко звенят клинки городской стражи, и нежный взгляд луноликой Джамили, вдовы вампиров, снова полон любви и веры. Караванщики и дервиши, горожане и дехкане, торговцы и ремесленники шёпотом пересказывают друг другу волшебные легенды о неуловимом Багдадском воре, хохоча как сумасшедшие.

И опять нет ни покоя, ни сна всем властителям и тиранам, ибо в городе появился голубоглазый удалец из заснеженной России, да обгрызёт шайтан ему все ногти на ногах! Хотя на самом деле именно шайтану-то и достаётся больше всех...

49. Благов Владимир / Психадж.

'Психадж' - роман о жизни и смерти, о посмертных воспоминаниях души, о великой любви, называемой СТОРГЕ, о жажде жизни и тайной силе, о странствиях душ в 'трансмифах метакультур' (терминология Даниила Андреева). 5,5 а.л. Неумолимая смерть похищает нас для нового воплощения. Но между смертью и забвением существует переходное состояние сознания - ПСИХАДЖ, или погружение душ в опыт былых воплощений. Находясь на грани жизни и смерти, Сергей Новожилов не торопится к новому воплощению. Он дорожит именно ЭТОЙ ЖИЗНЬЮ. Его любовь к жене, активное неприятие смерти уводят его душу в мир иллюзий, в котором его подстерегают ловушки псевдореальности. Самое главное для него в этом пути - НЕ УМЕРЕТЬ ОКОНЧАТЕЛЬНО. Спутник Сергея по Психаджу - талантливый, но слабохарактерный человек - в решающую минуту приходит ему на помощь. Вместе с Сергеем они странствуют в мыслеобразах мифопоэтических парадигм Древнего Египта, Китая, Греции, Индии, Скандинавии. Мы оставляем наших героев на распутье, но уже очевидно, что теперь они на правильном пути.