Чтение онлайн

В начале вечера мы говорим о бытовом. Сплетничаем о нашем боссе, обсуждаем предстоящий концерт, советуемся какую студию звукозаписи предпочесть. Все это расслабеет и дает чувство умиротворения. Но когда процент алкоголя в крови повышается, Серхио переходит к откровенным вопросам. Он просит рассказать о Тамаре.

— Так получилось, что мой дед по отцу женился на ее матери. У них была большая и красивая любовь, по крайней мере мне так рассказывали. Закончилось, правда, все грустно — дед умер спустя десять лет, но говорят, что сделал это счастливым. Когда я первый раз увидел Тамару, мне было три года. Они всей семьей приехали к нам в гости на летние каникулы. Помню, как мы стояли на причале и смотрели, как уплывает корабль, на котором была моя мать. Она уезжала на очередные гастроли, и я очень боялся, что она не вернется. Тома стояла рядом. Она была такая красивая… В светло-голубом платье, с косой, в которую была вплетена синяя лента. Темноволосая, смуглая она казалась мне похожей на сказочную принцессу. Помню, как она наклонилась ко мне и сказал, что корабли всегда возвращаются в свою гавань. Надо только очень-очень ждать. Ведь, каждый хочет вернуться туда, где был счастлив. И тот солнечный день, ее голос навсегда врезались в мою память.

Позже, я как праздника ждал каждого ее приезда. Да, в детстве сильно ощущается разница возрасте. Ей исполнилось восемнадцать, и она стала настоящей красавицей, а мне было двенадцать и я был дрищем, на которого страшно смотреть. Я злился на себя, понимая, что вряд ли она когда-нибудь обратит на меня внимание. Правда, легче от этого не становилось. И я писал ей письма. До сих пор где-то лежит эта позорная пачка… Я рассказывал ей, как у меня дела. Мечтал том, что, когда начну хорошо зарабатывать у меня появится яхта и мы отправимся в путешествие. Только Тамара, я и море. И те моменты, когда ручка выводила эти слова, у меня не было никаких сомнений, что все будет именно так. Но потом наступали будни, в которых ее снова не было. А потом она и вовсе пропала на добрых десять лет. Увлеклась своей взрослой жизнью, бизнесом. Я даже начал верить, что забыл ее. Но, как видишь, я обманулся.

— Все печальней, чем я думал, — резюмирует Серхио, когда я заканчиваю и запиваю очередной порцией спиртного свое откровение. — А она что к тебе чувствует?

— Говорит, что влюблена, — скользя пальцами по толстому стеклу стакана, отвечаю я. — Но не хочет вставать между мной и Алехандрой. Я и сам не желаю, чтобы все было так…

— Знаешь, я не понимаю, почему ты сейчас сидишь здесь и пьешь со мной, — говорит Серхио. Он уже порядком набрался и у него слегка заплетается язык. Но взгляд вполне ясный и понимающий. — Женщина, о которой ты мечтал всю жизнь, говорит тебе, что влюблена в тебя… Ты тормоз, друг мой? У тебя есть все шансы быть с ней, а ты тратишь время черт знает на что.

— Я не знаю, как сказать Алехандре правду, — признаюсь я. — Не хочу, чтобы она страдала.

— Сначала разберись с Тамарой. Затащи ее в постель, чтобы башка начала наконец нормально соображать. Решишь все с одной и понимание как быть с другой само подтянется. Только не затягивай. Иначе ты так и останешься в роли Фигаро, — со знанием дела втирает мне Серхио. — Ты главное, пойми, что, если ты упустишь ту, которую хотел всегда, ты себе этого уже никогда не простишь. И тогда вся жизнь пойдет насмарку. Дыру от этой потери ты уже ничем не залатаешь.

— А если она меня пошлет? — озвучиваю свой самый большой страх я.

— Значит, ты будешь возвращаться снова и снова, пока она не сдастся или тебе не надоест, — отвечает Серхио. — Правила игры всегда одинаковые. Приз получает тот, кто не боится рисковать. Все остальные радуются участию. Понял, что я хочу донести до тебя?

— Понял, — киваю я. Меня уже порядком развозит. Я, кончено, стараюсь держаться, но понятия не имею, как это выглядит со стороны. Серхио просит бармена повторить заказ еще раз.

Разговор с Петей не выходит у меня из головы. Его предложение все еще кажется мне нелепым, но меня тревожит другое. Что если Артем, женившись на этой девушке, совершит ошибку? Да, в нашем веке существуют разводы и это уже давно не считается какой-то катастрофой, но это серьезное потрясение. Разочарование, подрыв самооценки и доверия к другим людям. Особенно, если уходят от тебя или ты узнаешь об измене. А если верить словам моего брата, то девушка уже не хранит ему верность. Что же будет потом?

А еще меня не оставляет мысль, что подобными размышлениями я пытаюсь оправдать свое желание быть с ним. Потому что оно становится все сильнее, все навязчивее. Я скучаю по нему. Мне хочется видеть его глаза, ощущать его руки на своем теле, слышать голос. Мы не виделись сутки с лишним, а я уже извожусь от тоски. Не знаю, чем себя занять, только бы не думать о нем. Куда запрятать телефон, чтобы не проверять его каждые пять минут — вдруг он написал, а я не услышала сигнала? Еще чуть-чуть и у меня начнется невроз. Руки чешутся написать самой, но я сдерживаюсь. Сама решила, что надо поставить точку. Нельзя менять свое мнение как перчатки. Хотя стоит ли счастье принципов? О, Господи! Я уже начинаю ненавидеть себя за всю эту кашу в голове! А так же слабость, глупость и наивность!

Когда мне звонит Пабло, то мое настроение уже хуже некуда. Я раздражена и готова бросаться на людей.

— Мы могли бы сегодня с вами встретиться? — осведомляется он. Судя по его тону, это деловое предложение, а не праздный интерес. И я сейчас готова заняться чем угодно, только бы перестать думать об Артеме.

— Да, конечно, — приветливо отзываюсь я.

— Тогда жду вас к двум часам в своем офисе, — тут же оживляется Пабло. Бросаю взгляд на часы. У меня есть целый час на сборы. Отлично, я уложусь. Отвечаю ему согласием и нажав отбой, бегу в ванную. Нужно срочно привести себя в порядок.

Офис Пабло большой светлый, уютный. В приемной меня встречает его секретарь, милое создание двадцати лет с великолепной гривой белокурых волос. Она проводит меня к нему в кабинет и черед пару минут приносит нам поднос с двумя чашками кофе.

— Рад новой встрече, — осторожно пожимая мне руку, с улыбкой говорит Пабло. Кивает в сторону большого кожаного кресла, что стоит напротив его рабочего стола. — Не сочтите меня бестактным, но мне всегда было интересно, как люди приходят к успеху? С чего вдруг вы решили стать коучем? Должны же быть какие-то причины. Я получил бизнес от своего отца. Мне пришлось всего лишь продолжать его дело. Да, я старался привнести изменения, но мне всего лишь нужно было оставаться на плаву. К тому же у меня был хороший учитель, который помог мне во всем разобраться. Вы же, насколько я знаю, начали с нуля.

— Вы так хорошо осведомлены, — улыбаюсь я, но чувствую себя неловко.

— Поклонники, они всегда такие любопытнее и назойливые, — смеется Пабло. — Я был вами очарован и не устоял перед искушением узнать о вас все, что можно.

— Ну, в таком случае вы уже в курсе, что за каждым успехом стоит какая-то личная трагедия, — спокойно отвечаю я. — Это не всегда что-то масштабное, но очень неприятное и болезненное для человека. Состояние, из которого отчаянно хочется выбраться. Оно заставляет думать, активизирует силы, вынуждает пробовать то, чего ты боялся. С этого начинается рост. Когда человеку хорошо, и он счастлив, у него нет потребности что-то менять.

— Не соглашусь. Не все люди могут бороться, столкнувшись с трагедий, — горячо возражает Пабло. — После того, как моя жена решила, что ей хочется другой жизни и сбежала во Францию, я долго болел, потому что не знал, как пережить это. А еще рядом со мной была дочь, для которой поступок матери стал настоящим потрясением, и она, мягко говоря, слетела с катушек. Все это начисто отбило у меня всякую охоту что-то делать. Я просто потерялся.

— Согласна, — отзываюсь я. Мне приходится говорить очень медленно, я не могу сразу вспомнить, как будет то или иное слово по-испански. Возникают нелепые паузы, но Пабло с любопытством ждет, пока я вспомню нужно определение. — Драматическое событие принять сложно, иногда на адаптацию к нему уходит много времени. Но если к нему примешиваются еще какие-то опасные для жизни моменты, то наслаждаться своим несчастьем просто некогда.