Чтение онлайн

— Продать их, — хрипит он.

— Я поняла, но кому?

— Джеральдине МакКью, — отвечает он. — Блондинке в деловом костюме. Она хочет их купить.

— Почему?

— Потому что ты талантлива.

— Он что-то скрывает, — говорит моя пара.

Я следую за щупальцем в самый тенистый угол комнаты.

— Как ты можешь это определить?

— Его запах просто изменился.

Следующие десять минут моя пара трясёт мистера Робертса, пока он не выдаёт запинающиеся признания. Он регулярно отдавал мои картины, но не те, что висели на стене. Когда у меня смена, он забирает их из моей студии и оформляет в рамки, а потом мисс МакКью продаёт мои работы в своей галерее и оставляет себе пятьдесят процентов комиссионных.

К тому времени как он заканчивает говорить, я уже качаюсь на ногах, а в животе клокочет такая тошнота, что хочется плеваться. Плохо, что он крадёт мои работы, но, чтобы они продавались на аукционе в модной галерее?

— За сколько продали последнюю картину? — спрашиваю я.

— Одиннадцать тысяч, но я могу отдать тебе половину.

У меня отпадает челюсть. С такими деньгами я могу позволить себе квартиру получше. Чёрт, я могла бы позволить себе лучшую жизнь.

— И сколько ты их продал?

— Раз в месяц я беру одну из твоей стопки готовых работ, — говорит он сквозь стиснутые зубы. — Я делаю это с тех пор, как ты начала работать здесь.

Я поворачиваюсь к своей паре, стоящему на краю тени.

— Выруби его.

— Хорошо.

— Что, подождите? — мистер Робертс поднимается на семь футов от пола, и моя половинка ударяет его о стену.

Когда он падает на пол с удовлетворительным стуком, я наношу ему сильный удар ногой в бок. Мистер Робертс даже не хрюкнул.

— Кстати, почему ты выключил свет? — спрашиваю я.

— Это моя самая мощная форма.

Мои брови сходятся вместе.

— Но ты так же силён, как человек с невидимыми щупальцами.

Он на мгновение замирает, и мой желудок сжимается. Я знаю его всего два дня, но когда он находится в темноте, он всегда не решается сказать мне то, что, по его мнению, является обескураживающей правдой.

— Мы с тобой родственные души, верно? — я обхожу стол и кладу руку на его прохладное, влажное щупальце.

— Ну конечно.

— Это значит, что я приму тебя, несмотря ни на что.

— Ты можешь не согласиться, когда узнаешь, что я хочу сделать.

— Скажи мне сейчас, — я нежно сжимаю его щупальце. — Нет смысла сдерживаться, когда я могу задать тебе тот же вопрос при свете дня и получить откровенный ответ.

Он устало выдыхает.

— Мой вид не может долго прожить в других измерениях без питания.

Я киваю.

— Ты объяснил мне это прошлой ночью.

— Единственный способ остаться здесь навсегда — поглотить другого человека целиком, а не только его страх.

— То есть съесть его? — спрашиваю я.

— Я бы не стал говорить об этом так много, но если я смогу обернуть свою тень вокруг другого существа и поглотить то, что делает его человеком, мне больше не придётся питаться ужасом.

Мое горло сжимается.

— Мистер Робертс умрёт?

— Я расщеплю его компоненты для собственного потребления, и от него не останется ничего, кроме кожи.

В голове прокручиваются различные сценарии, и дыхание учащается. Если мы отпустим мистера Робертса, он сразу же побежит в полицию или в какое-нибудь другое высокопоставленное учреждение и расскажет, что на него напал говорящий щупальцевый человек. И он укажет на меня за то, что я укрываю его.

Я могла бы попросить свою пару сбежать в его измерение, но он откажется. К тому же он уже поглотил слишком много человечности, чтобы вернуться в целости и сохранности. Уйти в бега без денег невозможно, и власти всё равно нас настигнут.

Но заслуживает ли мой босс смерти? При любых других обстоятельствах я бы ответила «нет», но, оставив его в живых, мы наверняка доставим себе больше проблем, чем заслуживаем.

— Пара? — спрашивает он.

— Сделай это, — говорю я.

— Ты уверена?

— Только так мы будем вместе.

— Но ты будешь бояться и презирать меня.

— Не буду, — говорю я сквозь стиснутые зубы. — Этот ублюдок украл четыре года моей мечты, заставив поверить, что моё искусство никому не нужно. А ещё он наживался на моей работе, держа меня здесь в качестве дешёвой рабочей силы.

— Очень хорошо.

— Подожди, — бормочу я. — Если ты поглотишь мистера Робертса, ты будешь похож на себя или на него?

— Я приму его облик, пока буду его переваривать. После этого я волен изменить свою форму на ту, которую ты сочтёшь приятной.

Прижав ладонь к груди, я выдыхаю с облегчением.

— Это может сработать.

— Тогда отойди.

Я делаю несколько шагов назад к двери и прислоняюсь к её твёрдой поверхности. Моя пара раскидывает руки, как тогда, когда он впервые вошёл в мою спальню, и от его середины тянутся щупальца.

Их так много, что после двенадцати я сбиваюсь со счёта, пока они извиваются и путаются по всей комнате. Когда они достигают неподвижной фигуры мистера Робертса, я застываю.

— Хочешь закрыть глаза? — спрашивает моя пара.

— Нет, — отвечаю я. — Мы вместе, и я принимаю каждую часть тебя.

Щупальца образуют кокон вокруг тела мистера Робертса и волокут его по полу. Когда они достигают моей половинки, кокон щупалец поднимается к его туловищу.

Каждый волосок на моём теле встаёт дыбом, когда я вспоминаю, что осьминоги держат свои рты в центре щупалец.

Если щупальца растут из его туловища, значит, рот всегда находился в животе? Я пытаюсь вспомнить все случаи, связанные с приёмом пищи, но вспомнить, что он делал в темноте, невозможно.

— Ты в порядке? — спрашиваю я.

— Эта добыча больше, чем ожидалось, — отвечает моя пара так, будто у него болит живот. — Мне нужно отдохнуть некоторое время, чтобы облегчить пищеварение.

— Я скажу всем, чтобы не беспокоили мистера Робертса.

— Спасибо, — сонно бормочет он.

Я выхожу из кабинета в раздевалку и закрываю дверь. Райан стоит у шкафа для уборки и поворачивается ко мне, подняв брови.

— Что случилось с мистером Робертсом? — спрашивает он.

Я качаю головой.