Чтение онлайн

Он повернулся к лейтенанту:

— Вы талантливый робототехник.

Лейтенант наклонил голову:

— Ничего особенного.

Он повернулся к выходу, взмахом руки позвав своих людей. Когда они ушли, сержант достал наручники:

— Вытяни лапы.

Донован подставил ему запястья, браслеты защелкнулись, и два десантника увели его на допрос.

Чтобы попасть на допрос, Донован долго поднимался на одном из скрипящих корабельных лифтов. Потом шел по коридору, который выглядел довольно роскошно по контрасту с бледными стенами его камеры. Стены здесь были покрыты тяжелыми драпировками, толстый ковер покрывал стальную палубу. Везде висели трехмерные картины с изображениями лларанских городов и пейзажей; в воздухе разносился легкий приятный запах. Офицерские угодья, без сомнения. Десантник негромко постучал в дверь, последовало приглашение войти, и они вошли.

Солдаты подвели Донована к большому письменному столу и стали по стойке «смирно». Сидящий за столом офицер принялся рассматривать его. По правую руку от командира сидел пехотный майор, по левую — капитан военно-воздушных сил.

— Это, — произнес капитан, почтительно склоняясь в сторону своего сидящего начальника, — командор СаДзалла Сарак, он капитан «Калистры».

От Донована явно ожидали соответствующей реакции, поэтому он насмешливо поклонился:

— Кажется, я должен быть польщен…

Капитан и майор заметно напряглись, командор просто поднял бровь. В проницательных глазах светился ум. Вся его фигура излучала спокойную властность. Этот, решил Донован, будет крепким орешком.

«Крепкий орешек» указал на удобный стул:

— Садись, землянин.

Донован сел, а десантники стали по обеим сторонам двери. Сарак пододвинул к себе стопу бумаги и несколько мгновений изучал самый верхний документ, потом поднял глаза:

— Ну что ж… так ты Брэдфорд Донован?

— Да.

— Ты был захвачен моими солдатами двенадцатого ноября в городе Лондоне, на острове, называемом Англия?

— Я был захвачен двенадцатого, в Лондоне. Если вы говорите, что солдаты были вашими, я не могу отрицать этого.

— Гммм, — Сарак снова заглянул в свои бумаги, — прежде чем попасть в плен, ты смог убить нескольких солдат Империи. Ты помнишь, скольких убил?

— Прекрасно помню. Я убил или ранил пятерых. Мертвы ли они все, я не могу сказать, времени обследовать их у меня не было. Шестой еще дергал ногами, когда я видел его в последний раз, так что здесь я не уверен, засчитаем его как калеку.

— Ты говоришь об убийстве людей, как говорят о том, что прихлопнули комара, — вставил пехотный майор.

— Я говорю об убийстве захватчиков, — поправил его Донован. — Лондон — мой дом, я защищал его изо всех сил. Погибшие не за удовольствием сюда пришли и знали, чем рисковали, — при высадке десанта всегда есть жертвы.

— Он прав, — заметил Сарак майору, — вы, солдат, должны это знать.

Он снова повернулся к Доновану:

— Но вы упомянули только шестерых, убитых вами. Как насчет полковника Сланела?

— Я не знаю полковника Сланела, — честно сказал Донован.

— Он тоже был убит, когда тебя брали в плен, но только лучевым оружием, а не пулей.

— У меня не было лучевого пистолета — только мой сороковой калибр. — Донован пожал плечами. — Лучевое оружие было у ваших десантников. Спрашивайте их о Сланеле.

— Нет! — капитан ВВС стукнул кулаком по подлокотнику кресла. — Тебе не удастся выпутаться. Ты не заставишь нас подозревать наших собственных людей. Они верные солдаты и никогда — ни случайно, ни нарочно — не выстрелят в старшего по званию…

Донован удивленно поднял брови:

— Разве речь шла о случайности или измене? Я просто сказал…

— Я знаю, что ты сказал! Но это просто так тебе с рук не сойдет. Не здесь! Ты не защитишь твоих приятелей в Джорджии…

— Капитан! — Голос Сарака перекрыл гневный вопль подчиненного. — Капитан, держите себя в руках. Я понимаю ваши чувства, но, пожалуйста, воздержитесь от таких вспышек.

Капитан, все еще кипя, опустился в кресло.

— Что это его так разбирает? — не удержался Донован.

— Он потерял однокашника, они вместе заканчивали офицерское училище. Он был его другом.

— Сланел?

— Нет, командир авиетки, убитый в Джорджии.

— Кажется, он потрясен, — заметил Донован, — как и солдаты в Лондоне. Но это же смешно — вы врываетесь к нам с пушками и кораблями, намереваясь уничтожить всех. А когда кто-то оказывает вам сопротивление — удивляетесь.

— Наши солдаты могут погибать так же храбро, как и любые другие. Но — в бою! — хлопнул ладонью Сарак. — Солдаты готовы к смерти. Но раз командиры сказали им, что бояться нечего, то все спокойны… А тут смерть из ниоткуда, и не знаешь, с кем сражаться…

Донован понятия не имел, о чем говорит командир, но понемногу начал догадываться. Поэтому он сказал таким тоном, как будто все знает:

— Звучит совершенно сверхъестественно, не правда ли?

Сарак кинул на него быстрый взгляд:

— И еще кое-что. Зачем вы выдумали эту дикую сказку о духе предка, посещающего вас в камере?

— Сказки здесь ни при чем, — стоял на своем Донован. — Я ничего не придумывал. Я просто упомянул, что у меня был посетитель, — это что, страшное преступление?

— Послушайте… вы, конечно, знаете, что есть определенные слои лларанского общества, которые молятся духам предков. Паспорт, найденный в ваших личных вещах, показывает, что до войны вы довольно долго жили на имперских планетах. Думаю, вы решили использовать свои знания, чтобы заставить охранников бояться вас. Может, хотели обеспечить себе некоторые преимущества, притворившись любимым потомком беспокойного духа.

— Вы хотите сказать, что я придумал дедушку? Думаете, что он плод моего воображения?

— Честно говоря, да.

— Тогда почему вы так напуганы тем, что произошло в Джорджии? И как случилось, что Сланел убит его собственными верными солдатами?

Впервые появилось чувство, что броня командира пробита. Сарак надолго задумался перед ответом. Подумав, он совсем сменил тему.

— Я собираюсь сообщить вам некоторые факты, — сказал он, — а потом мы посмотрим, что вы скажете о Сланеле и Дедышке. И Джорджии.

— Я слушаю.

— Прежде всего, этот тупица Свитта — житель одной из тех отсталых планет, где процветает поклонение предкам. Как только высказали ему этот вздор о Дедышке, слухи поползли от корабля к кораблю. Верующие в смятении — никто не хочет связываться со сверхъестественным. Это смятение может передаться и остальным, моральный дух армии упадет, и график завоевания нарушится. Я собираюсь пресечь это в самом начале. Я заставлю вас признать, что все это — выдумки… и докажу, что единственным Донованом в камере были вы.