Чтение онлайн

Под землёй, согласно воззрениям германцев, находится царство мёртвых, куда отправляются души обычных смертных (хель или нифльхель в скандинавской традиции). Царство мёртвых - место нечистое и опасное, где собираются силы, враждебные богам. Как было сказано выше, у обителей богов обосновываются лишь воины, павшие в бою. То есть, разделение на “рай” и “ад” тоже существует в дохристианской религиозной системе скандинавов.

Древнегерманский миф по своей алгоритмике имеет много общего с мифологией многих древних обществ, в частности - с мифологией Древней Греции. Всё то же, только более примитивно и менее запутано. Те же злобные боги, те же великаны, то же противоборство богов и великанов. Та же эсхатология. Временная перспектива картины бытия ограничена в германском религиозном мировоззрении выразительным эсхатологическим финалом. В завершённом и наиболее впечатляющем виде германская эсхатология - рагнарёк («судьба богов») - изложена в «Старшей Эдде» в «Прорицании Вельвы». Вельва - скандинавская пророчица - вещает о времени, когда природная и общественная жизнь выйдут из-под контроля богов: нарушится ход светил и смена сезонных циклов, мрак и зима станут господствовать на земле, люди попрут все заповеди, брат пойдёт на брата, и «родичи и близкие в распрях погибнут». В этот страшный «век бурь и волков» освободятся демонические чудовища - Волк Фенрир и Мировой змей «Ёрмунгалд», которые вместе с великанами и прочими злонамеренными существами вторгнутся в обитаемый мир, сея смерть и разрушение. Против этих сил выступят боги вместе с воинами, но в решающей битве боги и воины погибнут. Вслед за гибелью богов последует и гибель мира, на который обрушится «жар нестерпимый». Правда, земля вновь возродится и младшие боги, боги «второго поколения», вернутся из хеля на её зелёные поля.

Чем не “Апокалипсис” библейского христианства? Легенда о гибели богов повествует о том, что «могущество надмирной судьбы превосходит могущество богов». А во власти судьбы - жизнь человека. Действительно Промысел накрывает все прорицания, мифы и “пророчества”: могущество Божиего Промысла превосходит могущество созданных людьми богов-эгрегоров, поддерживающих толпо-“элитаризм”. Но, конечно, не в такой зверской форме как у германцев, скандинавов. Поэтому реально то, что называется «гибелью богов» (причём это можно найти не только в мифах германцев и скандинавов, но и в других древних культурах), это - гибель эгрегоров, поддерживающих толпо-“элитаризм” и она неизбежна. В случаях гибели прошлых цивилизаций (от Атлантиды) эгрегоры стирались из Ноосферы в ходе глобальной катастрофы. Поэтому и сохранилась память о «гибели богов»

[366]. Но в ходе прошлых катастроф вместе с эгрегорами гибли почти все люди (кроме спасшихся), поэтому была памятна и гибель мира. В принципе в мифах можно увидеть и другой выход: «следовать могуществу надмирной судьбы», которая превосходит «могущество богов». Тогда погибнут только боги-эгрегоры (и то не сразу, а по мере перехода на другую концепцию), а люди, которые сориентируются в пользу «надмирной судьбы», под которой надо понимать надмирную реальность - Божий промысел (в части не касающейся попущения) - останутся жить в миру (который преобразится их усилиями в воплощение рая) и войдут в Вечность с Божией помощью.

Германцы выделяли в пантеоне две основных категории богов - асов и ванов. Асы составляли большинство пантеона, ваны - малую группу богов плодородия. Скандинавской традицией удерживается память о войне асов и ванов, которая завершилась обменом заложниками, примирением, и включением ванов в сообщество асов. Возможно эти дуалистические представления восходят к праиндоевропейскому фонду религиозных идей (противоборство ахуров и дэвов в индоиранской традиции).

В «Младшей Эдде» видимо под влиянием поздней библейской христианизации написано «Есть двенадцать божественных асов». Из этих двенадцати бог Один «знатнее и старше всех асов, он вершит всем в мире, и как ни могущественнее другие боги, все они ему служат как дети отцу». На связь Одина с экстазом и исступлением (наследие шаманизма) указывает его имя в основе которого лежит слово со значениями бешенства, ярости, вдохновения. По своей природе Один - бог смерти, войны («отец павших», «бог повешенных», «бог поэзии»). Древнегреческий аналог - Меркурий, древнекельтский - Луг.

Ещё были в пантеоне локи– наиболее яркие персонажи скандинавской мифологии - оборотни, многоликие клеветники. Входили в категорию асов. Также в категорию асов входили и многие женские божества, образующие с мужскими пары: Фрейя, Фригг (супруга Одина) и прочие - все мудрые покровительницы. Были и карлы– карлики, хтонические существа, связанные с подземными богатствами и сокровенной мудростью. Кроме великанов, карликов, чудовищ и прочей тератоморфной нечисти, германский пантеон демонов включает ведьм и колдунов.

Религиозные культы германцев отличались особой воинственностью и жестокостью. Так военные культы включали обряды посвящения врагов богу войны - заклятием враги обрекались на гибель в качестве жертвы. Как правило всё захваченное подлежало истреблению у побеждённых: кони, люди, всё живое. Накануне битвы германцы исполняли ритуальное песнопение - бардит, которое распаляло боевой дух и служило знамением исхода сражению: если звук песни был резким и мощным - это был верный знак победы

[367].

Большинство умилостивительных обрядов совершалось с закланием человеческой жертвы. Так многие племена, собравшись в определённый день в назначенном месте в лесу приносили человеческую жертву ради того, чтобы утвердить в очередной раз что «именно здесь их племя и местоприбывание богов».

С верованием в богов связаны многочисленные обряды гадания. Приняты многочисленные обряды жребиев и гаданий, в которых употреблялись человеческие жертвы, что относится к мантике. Так засвидетельствовано гадание по крови и внутренностям человеческой жертвы. “Жрицы”-прорицательницы у ритуального котла перерезали горло жертве и «по сливаемой в сосуд крови одни из них совершали гадания, а другие, разрезав трупы, рассматривали внутренности жертвы и по ним предсказывали своему племени победу». Погребальный обряд зачастую предполагал человеческую жертву - при погребении знатного покойника. Умершего сжигали в ладье, а вместе с этим приносили жертву.

Древнегерманские верования сохранялись на протяжении всего средневековья. И далее вплоть до XX века - в аграрных культах, в домашней обрядности крестьяне, городские обыватели Германии и Северной Европы хранили следы религии своих древних предков. А “элита” поддерживала государственные культы, коими в этот период было представлено библейское христианство. Как только библейское христианство пришло в кризис, в «низах» осталась лишь древняя система религиозных обрядов, на которую обратили свой взор и “элиты” под руководством периферии «мировой закулисы» - притом ещё в условиях подъёма «революционного движения» конца XIX века. Естественная озлобленность революционно настроенной толпы легко как бы ложилась на древние зачастую зверские традиции древних германцев-скандинавов.

Так в начале XIX века на волне кризиса библейского христианства и капитализации культуры Запада, в среде германской “элиты” возникли импульсы к возрождению древнегерманской системы ценностей. Создание могучего государства и укрепление национального единства в XIX веке шло на основе древних религиозных мифов. Своего рода национальным гимном зазвучала музыка Вагнера, вдохновлённая темами древней германской мифологии, и воспевающая силу «германского духа», замешанного на древнем мировоззрении германцев.

В начале XX века рвавшимися к власти национал-патриотическими кругами была востребована религиозная идея, способная толкнуть немцев на передел мировых границ. В руководстве «мировой закулисы» понимали, что древняя зверская основа мировоззрения германцев, их жестокость по отношению к врагам - как раз тот инструмент, с помощью которого можно направить толпы «наводить справедливость» в зажравшемся западном мире. “Христианство”, которое сбросили с себя многие народы, мало годилось для такого воинствующего настроя. С конца 20-х годов XX века «неоязычество», как его называли, получило массовый характер. Появились религиозные сообщества, поднявшие его на щит и сделавшие достоянием немецкой идеологии старинные образы германского эпоса и песен. Отмечали старинные праздники, даже принимали человеческие жертвоприношения. К.Г.Юнг увидел в духовной жизни Германии пробуждение древнейших религиозных пластов, связанных с образом Одина (Вотана). В Германии 20-х - начала 40-х годов “язычество”, как считали, праздновало победу. Однако, следует признать, что это была не возрождённая религия древних германцев: это была новая религия (национал-социализм), основанная на декларации социальных прав большинства немцев (поэтому она и привлекала массы из низов), с некоторыми очень существенными признаками древних культов.