Чтение онлайн

Некоторые исследователи, в общем признавая такую градацию даосизма, сужают понятие «даосизм» ограничивая его по существу даосской философией, ортодоксальными даосскими организованными направлениями и лицами, посвященными в линию преемственности, но не являющимися членами какой бы то ни было даосской школы (как пишет Е.А.Торчинов).

Таким образом за «чисто даосизмом» признан лишь почти только высший уровень– философский – или царственно-“элитный”. С этих позиций мы и будем в дальнейшем рассматривать религиозную систему даосов: как её часть для “элиты” (основа самого учения) и как религию для простого народа - религиозный упрощённый и канонизированный вариант даосизма, который многие за даосизм не считают.

Вначале с этих позиций следует рассмотреть основной символ “философии” даосов (и вообще китайцев) - Инь-Ян

[674]. После этого мы “опустимся” до простонародного (религиозного) смысла главных китайских символов. Как пишет Е.А.Торчинов, в даосизме «все классы населения имеют свои объекты культа: император - Небо и Землю, чжухоу - четыре стороны света, горы и реки, простой народ- своих предков и т. д.» . Высшая “элита” и мудрецы, подобно даосскому “богу” Лао-Цзы, являющемуся самим своей же матерью, оперировали в первую очередь с космическими понятиями и руководствовались “философией” бессмертия.

В даосизме несколько главных культовых “космогонических” мифов. Помимо мифа о Пань-гу (который мы приводили выше) широко известен другой миф о происхождении мира (цитата из вышеупомянутой книги Е.А.Торчинова):

«В нем рассказывается, что некогда императоры Северного и Южного морей (взаимодополняющие противоположности типа инь и ям) были соединены в первозданном Хаосе (хунь дунь). Однако императоры (кстати, их имена - Опрометчивость и Безрассудство) захотели превратить Хаос в человеческое существо

[675]. Тогда они просверлили в нем семь отверстий (по числу «отверстий» в человеке - глаза, ноздри, рот, уши), в каждый день по отверстию. На седьмой день Хаос умер

[676]. В этой истории, которую можно с полным правом назвать космогоническим мифом, типологически близким известному мифу о Пань-гу, присутствует и весьма важная для даосизма идея гомоморфизма микро- и макрокосма, и идея хаоса как образца и парадигмы всего сущего. И эта установка на хаотичность пронизывает даосизм на всех его уровнях и во всех аспектах. Понятно, что системы подобного типа поддаются анализу и даже описанию значительно хуже, чем учения, тяготеющие к дискурсивной стройности».

Инь-Ян не правильно считать символикой противоположностей. Их смысл гораздо глубже и многослойнее: он разный для разных слоёв китайского общества. Первоначально рассмотрим традицию понимания символики Инь-Ян в мистической и имперской традициях в их философском и религиозном (светском) планах. Вообще же в китайской традиции понятия Инь и Ян изначально рассматриваются в контексте “космогонического” творения как символика процесса упорядочивания хаоса. Именно с хаосом

[677], из которого произошёл наш мир (согласно китайской традиции), и порядком, который обычно связывают с китайской государственностью

[678], часто ассоциируют соответственно символику Инь (хаос) и Ян (порядок). К этим смыслам надо ещё добавлять теорию о непостоянстве мира, замкнутую на хронологию китайских кальповых циклов, которая вносит в смыслы Инь и Ян их равнозначность

[679]. Но всё же они не равнозначны для персонального существования китайцев (на высшем уровне понимания, связанном с целью земной жизни), если судить о них по даосской мистике.

Процесс формирования мировоззрения жителей Поднебесной шёл параллельно с формированием имперской государственности и имперского мышления, как некоего порядка, мира, созданного из хаоса

[680] и находящегося между небом и землёй, отсюда и название китайской цивилизации - Поднебесная.

Первоначально в Дао-Дэ-Цзине, И-Цзине и пр. символы Инь и Ян (их прообразы) связаны с образом горы. Инь означало теневую сторону горы (на символике это - тёмная половина), а Ян– освещённую солнцем сторону горы (на символике это светлая половина). Такое сочетание очень точно отражает понимание китайцами высшего смысла символики Инь-Ян, поскольку гора одна, а её склоны разной освещённости (тёмный-светлый) лишь потому, что в данный момент третья «объективная» по отношению к горе сила (солнце) находится в соответствующей такому освещению точке. Если это раскрытие символики рассматривать в контексте китайской “космогонии” происхождения мира (порядка) из первоначального хаоса, то действительно Инь и Ян оказываются равнозначными только в контексте общей хронологии процесса разворачивания цивилизации из хаоса и её сворачивании опять в хаос. Ещё раз повторим, что в такой “космогонии” смысл существования глобальной земной цивилизации такой же смутный, как и китайский хаос

[681].

Выше мы увидели космогонический смысл главной символики китайцев. Как видите, он никак серьёзно не связан с глобальной социологией, учитывающей смысл существования земной цивилизации: этого смысла просто нет, либо он бесформенно туманный и поэтому его невозможно осмыслить всем миром. Поэтому каждая социальная группа, возможно, подразумевает свою частную цель развития, которые как-то согласовываются на государственном уровне и серьёзно не конфликтуют. Зато существует “глобальный” смысл жизни для индивидуумов, который можно выразить уже известным нам общим понятием «освобождение» от страданий.

Люди живут в период, когда в Поднебесной установился государственный порядок из хаоса (согласно китайской “космогонии”)

[682] между небом и землёй. И вот уже, находясь в этом порядке, значение символики Инь и Ян меняется от равнозначного к неравнозначному. Но это и есть главная и высшая для людей китайской цивилизации смысловая нагрузка символики Инь-Ян. Рассмотрим её подробнее.

В китайской мировоззренческой системе нет прямого однозначного разделения на противоположности– на «добро» и «зло», отображённое в “канонах” даосизма так, чтобы эта символика была завязана на тёмно-светлые Инь-Ян. Иными словами, чёткости восточного дуализма, которая есть в зороастризме - в китайской символике не имеется

[683]. Дао-Дэ-Цзин учит, что «лишь только в Поднебесной узнали, что красивое - красиво, тотчас появилось и уродство. Как только все узнали, что добро - это добро, тотчас появилось и зло. Ибо наличие и отсутствие порождают друг друга. Сложное и простое создают друг друга».