Чтение онлайн

На определённом этапе развития Древнего Египта (возможно во времена Рамзеса II) его “жречество” окончательно приняло золотой стандарт. Золото стало средством-эквивалентом, с которым соотносили стоимость любого товара. С этого момента (в процессе постепенного распространения “единых цен” на товары в золотом эквиваленте) с “лёгкой руки” древнеегипетского “жречества” стала распространяться на весь мир «власть золота». Иными словами, древнеегипетское “жречество” после многочисленных войн и поражений решило перейти на длительную но действенную концепцию глобализации с помощью скупки мира (4-й приоритет обобщённых средств управления). Для этого нужно было выбрать всеобщий эквивалент стоимости: им было назначено золото. Оставалось создать международную кадровую базу «своих», которую можно было бы постепенно “десантировать” в государства мира (этот вопрос мы рассмотрим в главе про иудаизм) и объединить эти государства под единообразной религиозной “крышей”. Ничего лучше античной мифологии в середине I тысячелетия до н. э. под “рукой” у жрецов-знахарей не нашлось. Тем более, что античная мифология продолжала “лучшие” традиции атлантического толпо-“элитаризма” — это некий результат слияния экзотерических культур многих древних цивилизаций с аборигенными культами.

Неопределённость и даже некоторое недоумение в вопросе «зачем надо было второй раз возрождать греческую античность?» (в VIII–IV вв. до н. э. и через 1500 лет — в XIV–XVI вв. н. э.), можно найти в высказываниях многих современных историков. Однако, большинство из этих историков сходится во мнении, что античность, если не прекрасна, то уж точно грандиозна и имеет право на культурное бессмертие. Такие историки, показывая своё осознанное либо бессознательное преклонение перед «античным могуществом», его «непревзойдённостью» и «бессмертием», невольно признаются в подвластности их психики древнейшей глобальной рабовладельческой концепции, основанной на атеизме, демонизме и сатанизме. А поэтому такие историки не могут понять смысл религиозной надстройки, распространившейся издревле как минимум на пределы Европы. Чтобы это понять, нужно подняться в мере понимания над древнейшим глобальным сценарием. И в этом нам помогут сами мифы и те авторы, кто пытался их исследовать.

Говорить о древнегреческой мифологии (той, которая дошла до наших дней), что это особый вид религии идеалистического атеизма — значит несколько ошибаться в оценке. Говорить, что древнегреческая мифология это некая духовно-культурная надстройка над обществами, в которых преобладает материалистический атеизм — тоже неправильно. Древнегреческая мифология это нечто универсальное, стоящее над западным обществом особняком с одной стороны в период “господства” исторического христианства; с другой стороны — в период когда некоторые общества проходили материалистический атеизм в его марксисткой “упаковке”. [143] Но и в то и в другое время мифы и легенды Древней Греции, античная культура почитались как нечто надмирное, как будто оно существовало независимо от смены политических формаций всегда.

Это не религия и не идеология в общепринятом понимании. Это древнейшая мифология — которая изначально была предназначена для поддержки в толпе многоликого атеизма по следующему принципу: как только люди, хоть как-то знакомые с античной культурой, начинают думать и рассуждать о высших силах, о Боге, их психика должна надёжно замыкаться на всю многогранную и сложную алгоримику и соответствующую духовность древних мифов и легенд. В эту алгоритмику изначально с глубокой древности заложены основные принципы взаимоотношений людей с богами, людей с героями, людей с царями и иерархами, людей между собой и так далее. Через достояния культуры (книги, живопись, музыка, любое искусство, архитектура…) психика людей, даже специально не изучавших античность, при мысли о высших силах, о Боге включалась и включается до сих пор в эгрегориальную алгоритмику мощнейшей древней эгрегориальной магии мифов и легенд. Причём эта алгоритмики имела и имеет характер не национально-государственный, а международный. [144] То есть это общий толпо-“элитарный” эгрегор — мощнейшее международное духовное наследие вопиющего безбожия и атеизма, которое довлеет до сих пор не только над психикой учёных-историков, но и над толпой и над “элитой”, предназначенный “канализировать” естественный интерес людей к Божиему Промыслу, если таковой возникает.

Рассмотрим это духовное и вещественное общекультурное наследие более детально, чтобы полнее понять его корни и его общую логику (алгоритмику). Для упрощения восприятия мифов и легенд Древней Греции будем считать их общекультурной идейно-религиозной надстройкой над жизнью людей, в чьи общества вошла античная культура.

Вплоть до эллинистической эпохи (323 — 30 гг. до н. э.) в греческой культуре не было разделения на религиозные культы и обычную светскую жизнь. Религия не имела в сознании греков собственного отдельного статуса, а являлась органической частью единого образа жизни эллина. Лишь в эллинистическую эпоху появилось в греческом языке понятие, адекватное слову «культ», если точнее, то «общее правило соблюдения культовых предписаний». Самое раннее эпизодическое употребления этого понятия встречается в «Истории» Геродота — но лишь там, где речь идёт о чужеземных, египетских обрядовых нормах.

От эллинистической эпохи одновременно с появлением и развитием многих религиозных понятий, которых до этого просто не существовало, выстраивается в единую систему и древнегреческая мифология — согласованное переплетение множества рассказов о подвигах и жизни богов, героев, чудовищ и людей. Эти новые понятия входят в общую систему мистико-религиозных представлений и употребляются уже как основы религиозной «науки». Параллельно этому живут и развиваются мифы.

С помощью системы понятий в эллинистическую эпоху формируется общий план «священнодействия». Формируются представления о таких явлениях как тайные обряды, таинства, священнодействия, посвящение, мистерия, религиозное праздничество. Из общего состава «священнодействий» для всех выделяется особая категория понятий, которые указывают на явления, управлять которыми могут только избранные:

· Появляются понятие «маг», «магия» [145] — от обозначения вавилонских и мидийских жрецов, [146] которые считались в греческом мире знатоками астрологических и медицинских знаний, гаданий, снотолкований. Согласно греческому пониманию, магия это — та часть религиозной практики, которая связана с эзотерическими знаниями и таинственными обрядами. В первые века н. э. с наступлением “христианской” эпохи эти понятия приобретают негативные смыслы и отождествляются с колдовством, затворничеством.

· Появляется понятие «мистерия» [147] — тайный обряд, на который допускаются только избранные.

· Понятие «святость» явилось одним из опорных для построения картины мира. Это понятие объединяло другие понятия в некую целостность в сознании (и психике вообще) древних греков.

Рассмотрим понятие «святости» подробнее. Первые попытки создать всеобщую картину мира (для всех), задающую некую стандартную «целостность религиозного мировоззрения» связаны с появлением и принятием понятийной категории «святость». Надо отметить, что, задавая целостность религиозному мировоззрению, греческая категория «святости» сама по себе была внутренне крайне неоднородной. В греческом языке было как минимум четыре основных слова, выражающих общее (всеобщее) представление о святом:

· Священный — святой, святыня.

· Священный — чистый, непорочный.

· Священный — посвящённый.

· Священный — набожный.

К этим понятиям примыкали слова, уточняющие отдельные аспекты идеи «священного»:

· Очищение от греха.

· Великий, досточтимый, почтенный.

· Почтительный к старшим, богам.

· Чистый, беспорочный.

И другие. Этимология греческого hieros (священный, святой, святыня) установлена лингвистами как слово, происходящее от индоевропейской основы (имеет аналог в санскрите — isirah) и имеющее значение «быть живым, горящим, сильным». От этого слова произошло современное понятие иерархия. [148] Тему иерархии мы начали рассматривать в главе 3.2.1 «Ведически-знахарская культура», где выделили три типа социальных иерархий, указав на правильный религиозный подход: социальных иерархий быть не должно [149] — кроме пока необходимой иерархии по оглашению для бесперебойной работы государственных и технологических институтов.

С эллинских времён начиная от Древней Греции — с Востока на Запад распространяется и “освящается” через мировоззрение западных людей осознаваемая нормальность всех видов иерархии: особенно иерархии по посвящению. Если изначально в понятийный аппарат греков эллинской эпохи вошло понятие hieros (священный, святой, святыня), оторванное от конкретного содержания, то последнее (конкретизацию смысла) придавали всевозможные дополнения к этому понятию. Кроме дополнений ещё существовало как минимум три вышеприведённых «эквивалента» понятию «святость». В совокупности запутанность и главное неоднозначность понимания «святости», заложенная в древнегреческую мировоззренчески-религиозную систему создало изначально не целостную картину мира, а калейдоскопичную картину мира — из которой можно было “лепить” в дальнейшем необходимую посвящённым “святым” «целостность», то есть — картину мира под их цели.

С этого момента становятся «нормальными» (вошедшими не только в культуру и мировоззрение на уровне мифов — как это было ранее — но и отчасти принятые греческим «правом» с распространением на весь Запад как «норма») иерархия по оглашению и иерархия по посвящению (во всех её исторических разновидностях). А иерархия по умолчанию как была в ведически-знахарской культуре, так и осталась — при молчаливо реализующейся в основном через иерархию по посвящению концептуальной власти наследников дела древнеегипетского “жречества” (знахарства).