Сравнительное богословие. Книга 4
Шрифт:
«Коммунизм» в марксизме является всего лишь приманкой-дурилкой, предназначенной для того, чтобы создать в обществе массовку из числа приверженцев высоких идеалов, которой бы помыкали «марксисты»-эзотеристы. К числу такого рода «эзотеристов» принадлежали если и не сам К.Маркс и Ф.Энгельс, то их опекуны и хозяева, которые реально действовали на основе иной философии и иной политэкономии, более работоспособных, нежели философия и политэкономия публичного марксизма для всех, но формализованных иначе.
Под конец своей жизни И.В.Сталин вынес смертный приговор марксистской доктрине. В его последней массово изданной в своё время работе «Экономические проблемы социализма в СССР» — напутствии большевикам последующих поколений — есть такие слова:
«… наше товарное производство коренным образом отличается от товарного производства при капитализме» («Экономические проблемы социализма в СССР», Москва, «Политиздат», 1952 г., стр. 18).
Это действительно было так, поскольку налогово-дотационный механизм был настроен на снижение цен по мере роста производства. И после приведённой фразы И.В.Сталин продолжает:
«Более того, я думаю, что необходимо откинуть и некоторые другие понятия, взятые из «Капитала» Маркса,… искусственно приклеиваемые к нашим социалистическим отношениям. Я имею в виду, между прочим, такие понятия, как «необходимый» и «прибавочный» труд, «необходимый» и «прибавочный» продукт, «необходимое» и «прибавочное» время. (…)
Я думаю, что наши экономисты должны покончить с этим несоответствием между старыми понятиями и новым положением вещей в нашей социалистической стране, заменив старые понятия новыми, соответствующими новому положению.
Мы могли терпеть это несоответствие до известного времени, но теперь пришло время, когда мы должны, наконец, ликвидировать это несоответствие (выделено при цитировании нами)» (там же, стр. 18, 19).
Если из политэкономии марксизма изъять упомянутые И.В.Сталиным понятия, то от неё ничего не останется, со всеми вытекающими из этого для марксизма последствиями. Вместе с «прибавочным продуктом» и прочим исчезнет мираж «прибавочной стоимости», которая якобы существует и которую эксплуататоры присваивают, но которую Сталин не упомянул явно.
Приведённым фрагментом своей работы И.В.Сталин прямо указал на метрологическую несостоятельность марксистской политэкономии: Все перечисленные им её изначальные категории неразличимы в процессе практической хозяйственной деятельности. Вследствие этого они объективно не поддаются измерению в процессе хозяйственной деятельности. Поэтому они не могут быть введены в практическую бухгалтерию ни на уровне предприятия, ни на уровне Госплана и Госкомстата. Вследствие этого на их основе невозможны ни анализ прошлой хозяйственной деятельности, ни прогнозирование и планирование.
С выходом из печати «Экономических проблем социализма в СССР» хозяева масонства поняли, что И.В.Сталин — не масонская агентура в большевистской партии, а настоящий большевик, нанёсший непоправимый ущерб марксистскому проекту ликвидации капитализма и замещения его интернацистским фашизмом в экономических формах социализма в глобальных масштабах. Но было уже поздно предпринимать какие-либо действия по спасению марксизма, [411] тем не менее вторая часть (продолжение) «Экономических проблем социализма в СССР» после устранения И.В.Сталина не была опубликована и о её содержании до настоящего времени ничего не известно.
411
Кроме этого у них к И.В.Сталину ещё одна претензия в связи с тем, что ещё в 1913 г. он дал определение термина «нация»:
«Нация есть исторически сложившаяся, устойчивая общность людей, возникшая на базе общности языка, территории, экономической жизни и психического склада, проявляющегося в общности культуры. (…) Только наличие всех признаков, взятых вместе, даёт нам нацию» (И.В.Сталин, «Марксизм и национальный вопрос»).
Евреи диаспоры — основные носители библейского проекта порабощения всех — этому определению нации не удовлетворяют. И хотя они безусловно являются исторически сложившейся устойчивой общностью людей, однако эта общность по своим характерным признакам представляет собой мафию, маскирующуюся под нацию. Сталинское определение нации выводит еврейский вопрос из области межнациональных отношений, чего И.В.Сталину многие не могут простить: т. е. это «национально — диаспорные» взаимоотношения.
Большевизма [412] и отступничества от «общего» дела масонства, подрыва системы власти на основе культа личностей и взаимного соответствия «эзотеризм — экзотеризм» они простить И.В.Сталину не могли, и потому должны были предпринять какие-то действия для спасения или модификации библейского проекта порабощения всех.
Светская «социалистическая» мировая цивилизация
Каков же был алгоритм передачи «власти» от масонов к государственным верхушкам, которые были бы уже надёжно замкнуты на «мировую закулису». Причём замкнутость эта должна была быть не только замкнутостью людей в верхушках власти, а замкнутостью всей государственной системы на сценарий «мировой закулисы». То есть, речь идёт о создании мировой системы, которая воспроизводила бы себя саму по жёсткому толпо-«элитарному» принципу (масонского типа), совершенствуясь в этом из поколения в поколение. В этом основная суть так называемой «масонской дисциплины» (мы употребляем понятие «масонско-клановая дисциплина», что надо понимать именно в этом смысле).
412
Большевизм, как учит история КПСС, возник в 1903 г. на II съезде РСДРП как одна из партийных фракций. Как утверждали его противники, большевики до 1917 г. никогда не представляли собой действительного большинства членов марксистской партии, и потому оппоненты большевиков в те годы всегда возражали против их самоназвания. Но такое мнение проистекало из непонимания разнородными меньшевиками сути большевизма.
Большевизм — это не русская разновидность марксизма и не партийная принадлежность. Большевизм — явление духа Русской цивилизации. Большевизм существовал до марксизма, существовал в российском марксизме, как-то существует ныне. Будет он существовать и впредь.
Как заявляли сами большевики члены марксистской партии РСДРП (б), именно они выражали в политике стратегические интересы трудового большинства населения многонациональной России, вследствие чего только они и имели право именоваться большевиками. Вне зависимости от того, насколько безошибочны большевики в выражении ими стратегических интересов трудового большинства в теории и практической политике, насколько само это большинство осознаёт свои стратегические интересы и следует им по жизни, суть большевизма не в численном превосходстве приверженцев неких идей над приверженцами других идей и бездумной толпой, а именно в этом:
В искреннем стремлении выразить и воплотить в жизнь долговременные стратегические интересы трудового большинства, желающего, чтобы никто не паразитировал на его труде и жизни. Иными словами, исторически реально в каждую эпоху суть большевизма — в деятельной поддержке переходного процесса к многонациональной человечности Земли будущей эры от исторически сложившегося того или иного толпо-«элитаризма» как способа осуществления паразитического господства меньшинства над трудящимся большинством.
Меньшевизм, соответственно, представляет собой противоположность большевизму, поскольку объективно выражает устремлённость к безответственности и паразитизму на труде и жизни простонародья (т. е. большинства) тех меньшинств, которые обладают «элитарным» статусом либо стараются его обрести.
Большевизм, в отличие от масонства, структурирующего и реализующего властно-паразитические устремления «элитарного» меньшинства, не «элитарен», а общенароден. Марксизм — в силу неадекватности его философии и политэкономии жизни, при его тотальном антинационализме, это — экзотерическая идеология меньшевизма.
При этом также надо понимать, что в ту эпоху подавляющее большинство членов партии, не говоря уж о миллионах беспартийных, даже не подозревало о том, что масонство, марксизм, большевизм — три «разницы», т. е. три разных сути: масонство в сознание большинства либо вовсе не существовало, либо было пустым словом, а большевизм отождествлялся с истинным марксизмом, в том числе и многими членами партии, хотя многие, включая и беспартийных, предпочитали интуитивно именовать себя «большевиками», а не «коммунистами».
Её суть не в тайном влиянии масонских лож и орденов на власть в государствах, а в создании и поддержке «на века» особой корпоративно-клановой толпо-«элитарной» иерархии, замкнутой непосредственно на замысел «мировой закулисы» по программно-адаптивной схеме, где предусмотрена встроенная система не слишком скрытой инквизиции для отступников-инакомыслящих.
Только в отличие от программно-адаптивной схемы, применённой «мировой закулисой» в отношении масонства, с его тайной иерархией, здесь управление должно было быть открыто и выстроено на базе благих оглашений с государственного уровня, которым бы сопутствовали недоступные толпе клановые умолчания. Для толпы оглашения должны означать одно; для государственных и прочих управленцев — свои посвящения; для «мировой закулисы» — вся истина. И все как бы довольны, оставаясь в этой иерархии недочеловеков ( в основном «зомби» и «демонов»). Естественно, что сама «мировая закулиса» планировала снимать «гешефт» с работы такого рода системы по мере её запросов — легко и незаметно, оставаясь хозяином всех земных иерархий.
На каких принципах возможно было выстроить самовоспроизводящуюся толпо-«элитарную» систему, где видимость свободы уже была бы, поддерживалась бы дисциплина типа масонской (где все люди — братья), а всякие «отклонения» от заданного толпо-«элитарного» режима (типа поисков истинной свободы, либо просто недовольства системой) пресекались бы не слишком скрытой инквизицией в процессе её самоуправления, что избавляло «мировую закулису» чаще, чем она считала нужным, от необходимости вносить «адаптационный» сигнал, вмешиваясь в работу системы?
— Только на основе самовоспроизводства её «генетического материала» по определённым принципам масонского типа. Такого рода самовоспроизводящаяся система толпо-«элитаризма» была впервые опробована в СССР, как преемнике Российской империи. Поскольку именно в России люди ощущали необходимость справедливости и свободы острее других государств, в которые «мировая закулиса» успела внедрить масонские ордена и ложи — в России и произошла «социалистическая» революция раньше других государств.
Передача «опыта» от масонских братств к товарищам [413] первой страны советов (а затем и во многие другие страны мира) [414] планировалась «мировой закулисой» в течении одного поколения после революции — до того момента, когда должно было измениться соотношение эталонных частот биологического и социального времени (середина XX века). Если сама «мировая закулиса» и не понимала отчётливо это явление, то предчувствие того, что после изменения соотношения эталонных частот биологического и социального времени «будет поздно», у неё было. Механизм передачи опыта как бы от масонов ко всему обществу, [415] как видно сейчас, был достаточно хорошо продуман. Главные принципы закрепления на века особой корпоративной дисциплины (режима), подобного масонскому, в государстве были следующие:
413
Очень странное слово, которым стали называть друг друга советские люди. Оно состоит из двух слов «товар» «ищи». То есть указывает на необходимость «искать товар», что свойственно торгашам — мировым жидам. Мало того, такое обращение людей друг другу говорит о том, что «товар» это люди. То есть нужно искать «подходящих» людей для общемасонского дела.
414
Это нашло своё отражение в теории Л.Д.Троцкого о «перманентной социалистической революции» до мировой победы социализма. Хотя нужно учитывать, что Л.Д.Троцкий позаимствовал эту теорию у Парвуса.
Гельфанд-Парвус — финансовый аферист глобальных масштабов, который в начале XX века вкладывал полученный в афёрах навар в государственные перевороты во имя воплощения им же озвученной теории перманентной революции.
415
Этому есть подтверждение в документах самих масонов:
«Целью масонства, — читаем мы в статье о масонах в вышедшем в 1999 году справочном издании «Словарь религий народов современной России» под редакцией М.П.Мчедлова, — является достижение всем человечеством, независимо от расовой, национальной, духовной культуры, принципов свободы, равенства, братства, «царства истины и любви», земного рая. Цель достижима, по мнению масонов, путём нравственного, физического и умственного совершенствования каждого человека. Препятствием на этом пути являются религия и национальные государства, которые должны быть уничтожены. Важное место в деятельности масонов занимает критика исторических религий и церкви. В то же время война с Богом, церковью и духовенством не означает ещё отмену религий, веры вообще, поскольку масоны создают новую религию — религию гуманитаризма, где место Бога занимает человечество, а старую религию они заменяют новой — морального солидаризма.
Вторая задача масонства (наряду с борьбой с религией, религиозной моралью, церковью и духовенством) — это уничтожение национальной государственности.
Конечный идеал масонства — сверхгосударство, основными признаками которого являются свобода, равенство, братство и богом которого является человечество, мораль которого не религиозна и в котором разум человеческий будет мерой всех вещей. Осуществление всех этих идей моделируется в рамках масонских лож и в многочисленных обрядах и сложных символах» (из книги Виктора Брачева «Масоны в России: от Петра I до наших дней», гл. 2).