Чтение онлайн

Ближе всего к выходу посередине находился пустой стул, самый обычный, далее следовал железный стол, за которым сидел молодой человек худощавого телосложения, которому немного недотягивало до тридцати. Русые волосы, светлая щетина и пустые глаза светло-карего оттенка. Вадим даже как-то на спор пошутил, когда они вместе работали, что если Максим полностью сбреет свою маленькую бороду, то он будет выглядеть как 17 летний мальчишка. Тогда Гришин сказал, что тот ошибается. На следующий день, когда он сбрил бороду и пришел на работу в новом амплуа, его в прямом смысле кто-то даже и не узнал. Теперь же эти глаза смотрели на Вадима с выражением "я, кажется, понял, что у тебя что-то стряслось".

– Привет, Максим, - с долей огорчения произнес следователь.

– Привет, - сухо ответил он и немного прокашлялся.

– Скоро уже выйдешь?
– сел на стул следователь Игнатьев.
– Я соскучился.

– Да, я знаю, - ответы Максима были очень сухими, Вадиму даже показалось, что он не особо хочет с ним с разговаривать, но ему нужно было его растормошить.

– Куда пойдешь работать дальше? Может, вернешься в полицию?

– Вряд ли. Думаешь воспользоваться связями Марка? Я думаю, в полиции не все будут рады наркоману, - посмеиваясь, сказал Максим.

– Наркоман... Мы же оба знаем, что это не так.

– Мы уже с тобой говорили об этом. Не понимаю, есть ли смысл все время сюда приходить и начинать разговор об одном и том же? Ты же сам знаешь правду. С меня хватит, - глубоко вздохнул Максим и потер свои руки.
– Мне осталось всего шесть дней просидеть здесь, неужели нельзя без этого? Я прекрасно понимаю, в чем здесь дело и я пытаюсь все-таки заставить себя думать, что ты мой друг, а не враг. Хотя это не так.

– Знаешь, Максим, я иногда не понимал, что за бред ты несешь. Вот как сейчас, но я не приставал к тебе с расспросами, а зря. Те события, что с тобой произошли тебя так изменили, - Вадим наклонился ближе к Максиму и понизил голос.
– Зато теперь я все понял. Я должен молчать об этом, но теперь я доведу это дело до конца. Я уверен, что ты в курсе всех дел, которые связывают Марка, Джеда и Ковлинского. Я знаю почему ты мне не доверяешь, но поверь я в этом никак не замешен. Я узнал обо всем буквально на днях. И они убьют меня. Они доберутся до меня, если я не раскопаю это дело и не засажу их за решетку прежде. Расскажи мне, почему ты здесь на самом деле?

Максим раскрыл глаза и попытался вглядеться в Вадима. Он никогда еще таким его не видел. Гришин помнил, что следователь всегда был веселым, немножко неуравновешенным, в хорошем смысле слова, что его никогда ничего не волновало. А сейчас он увидел бледного, с красными глазами человека, которого трясло от каких-то событий, которые недавно с ним произошли. Вадим стал другим, он даже по-другому разговаривал. Максим даже удивился, насколько сильно у Вадима тряслись руки. Заглянув в глаза следователя, он увидел страх и в тоже время ужасный гнев.

– Я столько времени молчал. Тайны и прям иногда начинают съедать тебя изнутри. Пожалуй, я тебе не верю пока, но я рискну. Пожалуй, ты меня убедил. Это так странно звучит, не правда ли? Но я от этого устал. Устал хранить чужое вранье. Надеюсь ты не врешь мне о том, что ты к этому не причастен, - сказал Максим.
– Я устал молчать, но я все же опасался, что ты тоже в этом замешен. Ты добился своего, но знай, если все правда, и у тебя твоя задумка не получится, то не видать мне свободы, а тебе собственной жизни, - продолжил говорить он почти шепотом и наклонился поближе к Вадиму. После долгого молчания, он все-таки решился.
– Я не хранил наркотики, и тем более не употреблял их. Да я вообще за свою жизнь никогда не пробовал наркоту.

– Продолжай, - следователь Игнатьев застыл весь во внимании.

Максим посмотрел на его усталый взгляд и понял, что все время он ошибался в Вадиме, что тот и правда непричастен ко всему этому. Ведь даже доказательства, обвиняющие его, отсутствовали. Единственными словами против Вадима были когда-то сказанные слова Марка: "Не подходи к нему, не рассказывай о том, что случилось, он с нами. Теперь у тебя новая правда, другой не существует".

Максим продолжил говорить:

– Ты вообще ничего не знаешь?

– Ничего, поэтому давай с самого начала, - ответил Вадим.

– С самого начала вряд ли я смогу, расскажу тебе только то, что знаю. Помнишь то, странное нераскрытое дело об убийце, который называл себя Донн?
– спросил Максим, на что Вадим кивнул положительно головой.
– А про то, как ты нашел у Марка в доме расчлененных трупов? Что Донн якобы, грабя банки, брал с собой всегда одного заложника. Потом еще в нашем полицейском участке пошла мода: все пытались обвинить Марка в том, что это он сделал. Втихаря и я искал против него доказательства, но ты об этом не знаешь.

– Да-да, я все это помню и что дальше?

– Мне тоже это стало интересно. Но так как ты - сводный брат Марка, я не мог вот так в открытую расследовать это дело. Поэтому я и брал часто больничные, чтобы не вызывать подозрений, а сам занимался этим делом. Хотя подозрения я все-таки вызвал, но не у тебя, а у Марка и этого Донна, так как я не знал, куда лезу.

– И?

– В конце концов, я нашел запись с камеры видеонаблюдения. Как нам известно, Донн скрывался от нас на темно-красной машине, редкой у нас японской марки, ну я так думал. Просто многие приписывали этой машине другую марку. Ну не в этом дело! Моя знакомая, знаю ее еще со школы, с которой, я совершенно случайно встретился тогда, рассказала, что она иногда подрабатывает по воскресеньям охранником на северной парковке. Точнее не охранником, а тем, кто сидит в небольшой комнате и смотрит, в общем, на экраны телевизоров, и наблюдает тем самым за порядком. Хотя, это и есть, наверное, охранник.

– Ну и? Давай ближе к делу.

– Не-не, ты слушай. Так вот. Я ей рассказал все подробности про маньяка Донна, и на какой он машине ездит, и она показала мне пленку, где как раз точно такая же машина приезжает на стоянку. И кто на ней ездит? Угадай?

– Это Марк!
– с уверенностью сказал Вадим и несильно стукнул ладонью по столу так, что звук эха наполнил комнату.

– Нет, не Марк. Марк - это лишь мозговой центр, он лишь командует ими двумя.

– Тогда это был Джед?

– Нет, Джед слишком стар для этого. Он просто так, скажем, для массовки нужен Марку.

– Тогда Ковлинский? Но этого не может быть... Это ведь было так давно.

– Верно. Недоучившийся врач. Я знал, что его я где-то видел, но потом я вспомнил, что обычно именно он так часто пересекался с Марком.

– Да как так? Этот дистрофик? Знаешь, я его подозревал в этом, но я не верил, что этот дрыщ мог бы кого-то убить!
– Вадим не смог удержать смех.

– Верно, это он и был. Но это не самое главное. Донн это и есть Александр Ковлинский. А те трупы, что он подбросил Марку, это было сделано для того, чтобы Марк его как бы слушался, но в итоге охотник слишком быстро стал жертвой. Ковлинский - психически больной человек и им, оказалось, слишком легко манипулировать, что Марк и сделал. А вот у Марка в свою очередь были огромные связи, и он мог в любой момент из психа сделать полицейского, что как раз было необходимо Саше.

– И что потом? Что ты тут делаешь, если у тебя были такие доказательства?

– Ну, я и начал действовать. Я скопировал пленку в одном месте и повез ее проверенному человеку, которому я доверял. Кто бы мог подумать, что я так ошибусь? Я дурак, повез ее Джеду Яну, я ж про него узнал только потом. Я думал, что он нормальный, а оказалось совсем наоборот. В общем, далее все происходило по такому сценарию: он наставил на меня пушку, потом сразу же позвонил Марку, он приехал и сказал мне не очень веселые слова. Он сказал, что если я расскажу это кому-нибудь то, тот наблюдатель на парковке, у кого я взял эту пленку - умрет. Да и мало того, умрет ее маленькая дочка и муж. Откуда они узнали, у кого я взял пленку, для меня до сих пор загадка, ведь там таких как она работали очень много человек. К сожалению, она мне рассказала, что замужем и у нее есть дочка, поэтому я не мог не согласиться подчиняться им. Но они меня отпустили, и единственную копию пленки, которая была скинута на мою флешку, они забрали. Оригинал записи находился в другом месте, о котором никто не знал.