Среди серых валунов
Шрифт:
Человек шел по улицам, стараясь не привлекать к себе внимания. Обходя стороной прогуливающиеся парочки и распивающие компании, он миновал трактир, скобяную лавку и остановился у дверей храма.
Несмотря на поздний час, двери небыли заперты. Помедлив, человек тихо отворил их и вошел внутрь.
Немолодой послушник, гасивший свечи, заметил незнакомца:
– - Мира на пути вашем, и да прольётся на вас благодать Единого, -- поклонился он.
Человек слегка склонил голову:
– - Да не обратит зло взгляда своего на ваш кров.
Послушник, явно удовлетворённый манерами пришельца, добродушно улыбнулся:
– - Что привело тебя под крышу Единого, друг мой?
– - Обещание, -- ответил незнакомец.
– - Я ищу человека. Человека пожилого, учёного, добродетельного. Двадцать лет назад он поселился здесь, и стал помогать местным: лечить, учить.
– - Ты описываешь господина Эйдберна. Великий, прекрасный человек! Несмотря на своё неверие, он творит множество благих дел!
– - Да, это так, -- согласился незнакомец.
– - Где я могу найти его? Ваш городок невелик, но пришельцу здесь легко потеряться.
– - Мастер Эйдберн живёт на границе леса, -- послушник махнул рукой, указывая направление.
– - В небольшом домишке. Но сейчас он, наверняка, уже спит. Старость нас всех догонит...
Послушник помрачнел и задумался.
– - Благодарю вас, -- незнакомец поклонился, и, хлопая полами плаща, направился к выходу.
– - Может, вы желаете заночевать под крышей Крова Единого?
– - спросил ему вслед послушник.
Незнакомец замер у двери:
– - Я не намерен задерживаться.
Он быстро нашел тот самый дом у границы леса. Добротное жилище -- самое то, чтобы в нём состариться. Вокруг дома ширился сад, в котором росло немало удивительных растений. Человек не стал обращать на них внимания, быстро пересёк двор и кулаком постучался в дверь.
Ему открыли не сразу. Маленькая, жилистая девица с платком на голове и в фартуке, перемазанном травой, уставилась на него снизу вверх, через небольшую щелку.
– - Вы кто?
– - неспокойно спросила она.
– - Мне нужна помощь мастера, -- сказал незнакомец.
– - Простите за столь поздний визит, но я не в силах ждать.
Девица, о чём-то раздумывая, прикрыла дверь и удалилась. Человек слышал её шаги. Спустя минуту она вернулась и отворила дверь:
– - Мастер Эйдберн примет вас у себя.
Она провела его через большую залу, и они вошли в комнату мастера.
За большим столом, заваленным книгами и бумагами, сидел согбенный, седовласый старик, и что-то писал, обмакивая перо в чернильницу. Он, казалось, будто их и не заметил.
– - Мастер...
– - неуверенно позвала его девица.
Старик обернулся и уставился на вошедших. Он долго смотрел на незнакомца, после чего вздохнул:
– - А я всё гадал, наступит ли этот день?
Незнакомец хранил молчание, наблюдая за стариком.
– - Ианна, дорогая, на сегодня ты свободна. Нам с нашим гостем нужно многое обсудить. Завтра можешь не приходить слишком рано.
Девица ещё немного потопталась на месте, после чего поклонилась и вышла, прикрыв за собой дверь.
– - Ты совсем не изменился, -- сказал старик.
– - Я постарел, -- Коред начал ходить по комнате, разглядывая её.
– - Это я постарел. А ты просто стал старше, -- старик не отрывал взгляда от Кореда. Тот, казалось, был полностью поглощен осмотром комнаты, представляющей из себя чудаковатый кабинет учёного мудреца.
– - Ты взял новое имя, -- заметил Коред.
– - Чем тебя не устраивало старое, Алистер?
Старик вздохнул:
– - Хотел стать другим человеком.
– - И стал?
– - Об этом не мне судить.
– - Верно. Те, кто мог бы судить -- мертвы.
Насмотревшись на комнату, Коред взял деревянный стул и сел напротив Алистера, наконец, рассмотрев его полностью. Тот и впрямь постарел: ушла та статность, сменившись старческой сутулостью. Чёрные волосы поседели, но всё ещё были безукоризненно чисты и зачесаны назад. Седая борода доставала до середины груди. Но в глазах играли искорки любопытства.
– - Давно ты меня нашел?
– - спросил Алистер.
– - Почти сразу. Это было не сложно.
– - Так почему не пришел раньше?
Коред помолчал:
– - Хотел посмотреть, заслужил ли ты небольшой отсрочки.
Алистер рассмеялся:
– - Небольшой отсрочки? Я успел состариться, воспитать двух сыновей, обучить нескольких учеников и издать шесть учебных фолиантов -- заканчиваю седьмой.
Коред молчал.
– - Но для тебя ведь это мало что значит, я прав?
– - Алистер опустил голову.
– - Ты прав. Тридцать лет для меня мало что значат. А вот то, что ты делал все эти тридцать лет... Собственно, именно из-за этого ты и получил отсрочку.
Алистер вздрогнул:
– - Как Хёрб?
– - В порядке, -- помедлил Коред.
– - Разменял свои полвека.
– - Вы видитесь?
– - Раз в несколько лет, -- тихо ответил Коред, заметив про себя, что Алистеру, кажется, и впрямь не безразлична судьба Хёрба.
– - А девочка? Про неё ты что-нибудь знаешь?
Коред залез под плащ и выудил оттуда бурдюк с вином:
– - Знаю, что она живёт в Даф Курнаире, с семьёй, и занимается исследованием древностей и легенд. Она не завешивает окна, что выходят в лес.
Алистер посмотрел на окно, плотно задёрнутое занавесками:
– - С тех пор я боюсь лесов. Боюсь услышать этот визг, шум ломающихся веток.
Коред сделал несколько глотков из своего бурдюка и протянул его Алистеру. Тот принял его и немного отпил:
– - Я стараюсь не пить вина. Здоровье уже не то, -- старик отёр губы исхудавшей рукой.
– - Тебя когда-нибудь беспокоят такие мелочи?
– - Однажды меня убила дизентерия, -- хмыкнул Коред.
– - О таком не пишут в трактатах о воинской славе.
Алистер улыбнулся:
– - Жаль, что я не могу расспросить тебя о твоей жизни. Ты уникален. Твои опыт и знания могли бы пролить свет на многие тайны.
– - Пусть некоторые тайны останутся под тем песком, что с меня сыплется. Не стоит совать туда руки -- тебя может укусить нечто такое, о чём ты предпочел бы не знать.
Алистер ещё раз отхлебнул из бурдюка:
– - Как думаешь, я заслужил искупления?