Чтение онлайн

На плахе возвышались сердечные друзья смерти: гильотина с тяжелым косым ножом и П-образная виселица. Снег был заботливо счищен. Чем сильнее разгоралось солнце, тем больше людей стекалось на площадь. Через час гул толпы так возрос, что стало ясно – назначенный час настал.

На четвертом этаже, по традиции, открылись два окна, загудели трубы. Вскоре показался и великий князь. Возбудив толпу праведной речью, он сделал знак. Снова прозвучали трубы, и стражники распахнули боковую дверь дворца. За первым конвоиром вышел улыбающийся Артур, в кандалы у него были закованы только руки. Раб повернул голову и каким-то неведомым образом сразу встретился взглядом с Романом. Внутри Факелова все похолодело. Артур улыбнулся еще шире и уставился в спину воину. Вслед за ним шло еще два стражника, между которыми прихрамывал согбенный старик, с туго связанными за спиной руками. Толпа привычно осыпала преступников проклятьями.

«– Оплот невежества», – равнодушно сказал Роман.

Чет в ответ лишь вздохнул.

Немного запоздавший палач добрался до помоста бегом. Когда толпа притихла, стражник показал на Артура и проорал заученную фразу:

– За нападение на знатную персону приговаривается к смертной казни через отсечение головы!

Артура подвели к гильотине и заставили опуститься на колени. Раб положил шею в выемку, палач тут же опустил верхнюю планку. Князь сделал знак, толпа затаила дыхание. Палач перерубил веревку, нож со свистом понесся вниз. Лезвие разрезало плоть с едва слышным хрустом и чавканьем, словно острым топором срубили гнилой саженец.

Палач поднял за волосы улыбающуюся голову с остекленевшими глазами. Народ пораженно протянул: «у-у-у». Роману стало дурно. Он с трудом пробился из толпы, перешел по западной дороге на Торговую улицу и двинулся прочь от площади. Факелов достал медальон – две реснички по-прежнему оставались тусклыми.

Мысль о том, что он зря убил Артура, хлестнула по разуму огненным бичом. Сердце сдавило спазмом, что Роман едва не задохнулся. Повалившись в снег, он пролежал так минут пять.

«– Ты чего? – испуганно спросил Чет и начал сбивчиво: – Вставай. Пройдешь ты испытание. Придумаешь. Я помогу. Вставай».

Роман поднялся и побрел дальше, опустив голову на грудь.

Перед ним пронесся калейдоскоп мучительных образов. Хмурый, вечно недовольный им отец, участливая мать, искалеченный Хедрик, плачущая княжна, убитый плотник, объятая горем и неверием деревня, обезглавленный Артур… и снова по кругу: отец, мать, друг, Настя…

«– Ты куда?!» – в десятый раз спросил ворон.

Роман поднял голову. Пройдя еще сотню шагов, Факелов зашел в дом Ревеса. На полу лежал обглоданный скелет пирата в растерзанной одежде. Роман, ступая прямо по крысиному помету и кровавым пятнам, зашел во вторую комнату. Факелов сел на край грубого стула и закрыл лицо ладонями.

Роман попытался сосредоточиться, отгоняя прочь крутившиеся, словно заевшая пластинка образы. Напрягая последние капли душевных сил, Факелов погрузился в размышления.

Седьмая заповедь Сатаны… это можно понять по-разному и выполнить испытание множеством способов. Нужно придумать что-то новое. А вдруг еще раз ошибусь? Даже придумывать что-то страшно. В этот раз я показал лицемерие… и не только ни опроверг, а подтвердил заповедь. Что ж мне, надо побыть святым? Но это такое же лицемерие. «Самым опасным из животных». Найти животное опаснее? Бред. Даже волк опаснее человека физически. Как можно доказать, что мы не просто животные, наделенные интеллектом? Что мы для чего-то нужны? Тех людей, которые верят, стремятся к чему-то нематериальному нельзя назвать животными с развитыми мозгами. Ведь они руководствуются тем, что не относится к материальному. А всё животное в человеке, хоть более страшное, хоть менее – относится к материи. А кто я? Страшнее человека или животного действительно не найти.

Волна отвращения захлестнула Романа.

Медальон на миг раскалился и вновь стал прохладным, но Факелов этого даже не заметил. Он был настолько поглощен мыслями, что совсем выпал из реальности.

Боль с каждой минутой становилась невыносимее. Она горела внутри черным пламенем, испепеляя все светлое, превращая душу в унылую, чуждую счастью пустыню.

Романом овладел ужас. Если он станет богом, а боль не исчезнет? Что с ним будет? А ведь чувства богов обширнее и глубже людских. Доводы, которые он приводил Хедрику, ворону и себе, теперь казались глупостью. Он не хотел ничего искупать, делать, каяться. Роман лишь мечтал, чтобы кончилась эта безграничная тоска, сжигающая душу. Мечтал о том, чтобы погасло черное пламя.

Мысли забегали по кругу. О чем бы Роман ни подумал, все сводилось к единственному вопросу: как прекратить страдания? И только один, самый страшный ответ сейчас казался верным…

За спиной послышался едва уловимый шорох, но Роман не оглянулся.

– Осталось последнее испытание, – раздался гулкий голос.

– Цель умерла, – медленно проговорил Роман. – Моя душа давно принадлежит не мне.

– Ты отдал ее Срединным силам.

Факелов закрыл глаза. Благоговение перед Наставником куда-то испарилось, а все окружающее казалось мелочным и ненужным. Только боль, словно лесной пожар, испепеляла разум.

Роман прошептал, в голосе слышалась радость, будто к нему снизошло озарение:

– Я покончу с собой.

Медальон раскалился. Картинка мира дернулась, стала странной, словно Роман смотрел сотней глаз одновременно.

– Взгляни на меня, – приказал Наставник.

Роман медленно повернулся. Хищно-дружеская улыбка озарила лицо Наставника.

– Приветствую, брат. Ты закончил Путь.

Выполнять инструкции, описанные в книге, ЗАПРЕЩЕНО, пока не появится Наставник!

Руководство по тому, как стать богом Темных сил настолько ужасно, что бумага горит, а компьютер зависает.

А для того, чтобы узнать, как стать богом Светлых сил, книгу читать не надо. Будьте всегда и со всеми честны, доброжелательны и бескорыстны, и Вы им обязательно станете!