Средневековая история. Граф и его графиня
Шрифт:
– Эрик! Кто там?
В холл выбежала типичная эввирка средних лет.
– Его сиятельство, Лория.
– Охти! Неужели муж графинюшки? – всплеснула руками Лория. И видимо, углядев подтверждение в глазах вирманина, перешла к делу.
– Ваше сиятельство, мы рады вас видеть, а графиня скоро вернется. А пока не угодно ли вам горячую ванну? А я пока вашу одежду просушу, горячего вина подам… ведь заболеете по дождю-то скакать!
– Откуда вернется? – уловил главное Его сиятельство.
– Так от альдона же! Она всегда гонцов присылает, а то и голубей, мало ли что. Мы за ужин обычно без нее не садимся, но если уж она задерживается…
– Ужин?
– Да, Ваше сиятельство. Соизволите попробовать? Пойдемте, я вас в графинюшкины покои провожу…
Видимо, Лория владела какими-то основами цыганского гипноза. Потому что Джес безропотно проследовал за ней – и спустя полчаса обнаружил себя сидящим в горячей ванне с ароматическими маслами.
Две служанки – полная противоположность королевским, помогли ему вымыться, причем одну он, кажется, узнал. Еще из Иртона…
Или нет?
Кто будет запоминать лица слуг…
– Это кто же такое оборудовал?
– Госпожа графиня. Она каждый вечер, почитай, мыться изволит.
Джес присвистнул.
Нет, ну откуда что берется? Ей-ей, если бы это точно не была Лилиан, он бы подумал, что ее заменили еще в Иртоне.
Мужчине сменили повязку, причем вполне профессионально, явился тот же Джейми, поворчал, мол, руку напрягаешь не по делу, шов мог разойтись, а уж мочить рану и вовсе не следовало – но это все сошло ему с рук. Парень уже заставил себя уважать – еще на вирманском корабле, когда по локоть в крови перевязывал раненых. Пусть его ворчит. Докторусы – они все нахальные.
После ванны Джес почувствовал себя довольным – и голодным. И тут же появилась Лория с большим подносом.
Еда была вкусной, но опять сильно удивила мужчину. Никаких изысков. Здоровущий кусок мяса – как оказалось мясного рулета, картошка, взбитая со сливками, тушеные овощи, большой пирог с ягодами на сладкое – и кувшины. Две штуки. С вином и с чем-то кисловатым, но ужасно вкусным.
Посуда… из цветного стекла.
Столовые приборы, ничуть не хуже тех, что прикупили они. А то как бы и не получше. Белые салфетки…
Лория, сноровисто облачившая графа в теплый домашний халат, захлопотала рядом, предлагая то одно, то другое…
Джерисон пробовал, расспрашивал, узнал, что сама графиня ужинать теперь уже не будет, попросит разве что кваса подать… и не заметил, как задремал.
Лория подхватила кубок, едва не выпавший из руки – и кивнула стоявшим за дверью вирманам.
Мол, переносим.
Джеса честь честью подхватили под руки, оттащили в гостевую комнату, уложили на кровать и даже укрыли одеялом. О чем и доложили Лилиан, прибывшей через полтора часа.
Лиля, усталая, как собака, хлопнула кваса и распорядилась – если супруг спит, то и пусть спит. Лория, подай мне кваса холодненького в спальню. Миранда с ним виделась?
Нет?
Почему?
Ах, была на занятиях, а когда граф приехал, девочке никто об этом не сообщил… ну и ладненько. Сдался нам тот граф три раза…
Лория, а между нами, по секрету, с чего бы граф заснул?
Судя по хитрым глазам женщины – со снотворного. Но признаваться она не собиралась. Лиля фыркнула – и отправилась сначала в ванную, а потом спать. Миранда уже сопела на кровати в две дырочки, собаки посапывали внизу, медленно передвигаясь к кровати – точно к полуночи опять на кровать заберутся, морды. И уже самым краем сознания Лиля уловила что-то теплое, устраивавшееся у нее на голове.
Опять с утра мангустов гонять…
Знал бы граф Иртон о фильме «Неуловимые мстители»…
Собственно, супругу он поймать просто не смог.
Та встала с рассветом, отправилась на службу, потом побеседовала с пастером, который потихоньку готовился принять чин патера, подурачилась с Мирандой – и удрала в Тараль.
Джерисон же проснулся намного позже. И от дивного ощущения.
Благородному графу приснилось, что на него уронили дерево. Пришлось начать его спихивать, дерево цапнуло его за руку (не больно) и сказало «аррр».
После такого хочешь – не хочешь, глаза открывать пришлось.
И Джерисон обнаружил себя в кровати в компании двух здоровущих собак. Обе они улеглись, положили на него и морды, и передние лапы – и слезать определенно не собирались. Наоборот – смотрели с явным укором. «Мужик, ты чего, хорошо ж лежим…»
Пришлось спихивать уж вовсе некультурно.
И звонить в колокольчик, который обнаружился возле кровати. Прилетели служанки и получили вопрос – что это за зверье в кровати благородного господина?
Увы… зверье оказалось личными сторожевыми ее сиятельства Лилианы Иртон и ее сиятельства виконтессы Иртон. Две здоровущих зверюги, по имени Нанук и Ляля, гуляли по дому. А спать с людьми они привыкли. Госпожа графиня их в спальню обязательно запускает, после того, как на нее убийца покушался…
Зверюг выгнали, притащили таз для умывания, одежду благородного графа, поинтересовались, изволит ли он завтракать в комнате, или для него накрыть в столовой, получили ответ, что спустится – и принялись помогать одеваться.
Между делом Джерисон попытался узнать где жена – и услышал, что супруга его, благочестиво помолившись, отбыла по делам. В замок Тараль.
Вернется?
Да, наверное, к вечеру…
Джерисон быстро оделся, позавтракал – и принялся собираться в Тараль. Но остановился на дворе, как мешком ударенный.
Несколько десятков детей (их было около двадцати, но Джерисону и это показалось много) играли в странную игру.
Нарисованный круг, кинжалы, которые они бросают себе под ноги, потом проводят полосы по кругу… и среди них – Миранда!
Веселая, довольная, в чем-то темном, с весьма серьезным кинжалом…
– Миранда!
Дочь заметила отца, помахала рукой:
– Пап, я сейчас! Только выиграю!
После нескольких бросков она пожала руку мальчишке, который находился с ней в круге, и подбежала к Джерисону.
Граф подхватил девочку на руки.
– Уф! Ну ты и теленок!
– Телочка, – ничуть не стесняясь, поправила Миранда. – Я – женщина.
Джес фыркнул.
– А во что ты играла, женщина?
– В ножички.