Чтение онлайн

Норманнские корабли, направлявшиеся в Исландию, часто сбивались с курса и уносились штормами в неизвестные просторы океана. Собственно, Гренландия была открыта именно так. Первым увидел этот остров человек по имени Гуннбьёрн, плывший из Норвегии в Исландию. Произошло это либо в 876–877 годах, либо уже в начале X века. Землю он назвал Гуннбьярнарскер. Прошло немало времени, прежде чем эту территорию смогли идентифицировать. Гуннбьёрн не сходил на берег и не исследовал новую землю, но сообщил о своем открытии в Исландии. Настоящим первооткрывателем стал другой человек – Эрик Торвальдсон (Рыжий). Этот рыжеволосый человек (свое прозвище он получил именно за это) родился на ферме в Йерене, неподалеку от Ставангера в Норвегии, но, будучи еще подростком, был вынужден покинуть страну вместо с отцом Торвальдом – из-за кровной вражды с одним воинственным соседом. В это время так называемая эпоха поселений в Исландии уже закончилась, земли разобрали, и Торвальд с сыном поселились на скалистом берегу острова, к югу от мыса Хорн (юго-восток Исландии). После смерти отца Эрик Рыжий переселился на юг, где расчистил себе новый участок. Вскоре он оказался вовлечен в какую-то кровавую распрю и был изгнан из своего имения. На островах Брейда-фьорда он опять поссорился с кем-то из поселенцев, убил человека и в конце концов был изгнан из страны – на сей раз сроком на три года. Произошло это в 982 году.

Эрик Рыжий решил отправиться на поиски земли, найденной когда-то Гуннбьёрном. Из Брейда-фьорда ему нужно было проплыть около 450 миль. Продвигаясь вдоль 65-й параллели и используя попутный восточный ветер, дующий ранним летом, через четыре дня (учитывая кратковременные остановки по ночам) Эрик оказался у восточного побережья Гренландии. Затем он двинулся на юго-запад вдоль береговой линии острова, продолжая наблюдать безжизненный горный ландшафт и сияющие ледяные пустыни, пока наконец не приблизился к южным фьордам, откуда через пролив Принс-Кристианс направился к западному побережью, а затем, следуя береговому изгибу, на северо-запад.

Продвигаясь все дальше к северу и миновав Хварв, Эрик Рыжий достиг наиболее плодородного района Гренландии. Здесь исчезал ледяной покров внутренней территории острова, и норманнский мореплаватель обнаружил архипелаг, изобилующий птицей, а по правому борту – побережье, изрезанное глубокими фьордами и кишащее разнообразной живностью. Берег выглядел привлекательнее, чем многие места в Исландии. Там, где фьорды заканчивались, Эрик обнаружил траву, карликовые ивы, склоны холмов, поросшие мхом, можжевельником и цветами. Вероятно, именно поэтому он назвал землю Гренландией – Зеленой страной.

Вернувшись в Исландию, Эрик Рыжий красочно описывал достоинства Гренландии, ее пастбища, моржей, рыбу и пр. Эти рассказы нашли благодарных слушателей. За десять лет до этого Исландию поразил страшный голод, некоторые убивали стариков и детей, чтобы не кормить их, бедные землевладельцы вытеснялись богатыми… Но даже сам Торвальдсон был, вероятно, поражен тем энтузиазмом, с которым земляки восприняли его призыв колонизировать Гренландию. Когда он вновь отправился туда в 986 году, за ним следовала армада из трех десятков кораблей, четырнадцать из которых благополучно добрались до острова. На них находилось около 400 человек. Они заняли территорию в районе фьордов, протянувшуюся на 120 миль от Херьольвснеса (современный Икигэт) до Исафьорда. Образовалось два больших поселения: Восточное (Эстербюгд) – в современном округе Юлианехоб на юго-западе страны и, несколько севернее – Западное (Вестербюгд) – в том округе, где сейчас находится административный центр Гренландии Готхоб.

На земле, где поселились норманны, хотя она и примыкала к материковым ледникам, были прекрасные пастбища, а местами – густые заросли березы, ивы и ольхи. На суше в изобилии водились крупные гренландские олени, а в море и фьордах – треска, моржи, тюлени, киты и белые медведи. Люди заселили лишь узкую полоску вдоль моря, внутрь острова двигаться было бессмысленно. Однако там, где нельзя было жить, можно было охотиться и ловить рыбу, чем и занимались поселенцы.

Важно отметить, что в сказаниях о путешествиях норманнов к Гренландии и затем к Винланду, о котором речь пойдет ниже, очень мало упоминаний о каких-либо льдах в море. Между тем в нынешнее время встреча со льдами в этих широтах неизбежна. Это позволяет ряду исследователей утверждать, что период с IX по XII век в Северной Атлантике был относительно теплым временем. Поэтому-то норманнам и удалось достичь отдаленных северных территорий и продержаться там несколько столетий. Область постоянных льдов лежала к северу от 80-й широты. Но после 1200 года климат в Северном полушарии ухудшался и одновременно клонились к упадку норманнские поселения в Гренландии. Дрейфующие льды закрывали фьорды на юге острова.

Гренландские норманны организовывали, в основном безуспешные, экспедиции на север острова, а жизнь их сильно зависела от коммуникаций с востоком – ведь у норманнов в Гренландии не было ни строительного леса, ни достаточного количества зерна. Для постройки кораблей они использовали сибирский плавник, занесенный к берегам Гренландии океаном. Из-за мест, к которым прибивало эти бревна, между гренландцами разгорались порой нешуточные конфликты. Со временем запасы плавника иссякли. Вероятно, исчерпались за двести-триста лет и запасы болотного торфа, который был необходим для производства железа. Так появилась еще одна статья импорта – изделия из железа.

Для обмена на зерно, железо и лес у гренландских норманнов были свои товары. Это моржовые клыки и шкуры морского зверя, кость нарвала и сливочное масло, овечий сыр и вадмель – грубое серое домотканое полотно из овечьей шерсти, из которого изготавливалась одежда гренландских норманнов, не очень практичная в холодных и сырых условиях ледового острова.

По всей видимости, главой государства был Эрик, затем его сын Лейф, а впоследствии – внук Торкель. Вероятно, потомки Эрика правили Гренландией и еще сто лет. Государства в обычном смысле в Гренландии создано так и не было. Постепенно проходила христианизация Гренландии. Еще Лейф Эриксон накануне своего плавания в Америку в самом конце X века выстроил на острове первую церковь. Хотя надо сказать, что гренландцы не очень торопились отказываться от языческих верований. Отец Лейфа Эрик, судя по всему, так и не принял христианской веры. В 1124 году норвежский король Сигурд Йорсалфар разрешил гренландским норманнам иметь собственного епископа. Вероятно, в это время усилились связи острова с Европой благодаря, например, контактам местного епископа с Папой Римским. В Гренландии появилось несколько церквей, большая епископская усадьба, два монастыря. В 1152 году гренландская церковь попала в подчинение норвежскому епископу в Нидаросе (Тронхейм). А в 1261 году после долгих домогательств норвежского короля Хокона Хоконссона и сама Гренландия официально стала заморским владением Норвегии. (Почти одновременно соответствующий акт был оформлен и в отношении Исландии.)

В XII–XIII веках хозяйство гренландских норманнов достигло наибольшего расцвета. К 1300 году на острове уже насчитывалось 280 дворов, из них 190 – в Эстербюгде и 90 – в Вестербюгде. Общее число жителей, по разным оценкам, составляло от 3 до 5 тысяч человек. Улучшение благосостояния местных норманнов отчасти можно объяснить тем, что в Северной Европе после эпохи викингов с их грабительскими набегами наступило время бурного развития торговли. Норманны из воинов превращались в коммерсантов. Масштаб их участия в торговле был настолько велик, что в самой Норвегии стало не хватать рабочей силы в сельском хозяйстве. Король Сверре в 1186 году даже обратился к заморским купцам с призывом не принимать в свои предприятия норвежцев. Вероятно, свой «сектор на рынке» занимали и гренландцы.

Удивительно, что, имея довольно высокоразвитое хозяйство, церковные и торговые контакты со Старым Светом, гренландцы так и не смогли толком познакомить европейцев со своей землей. Сведения географического характера о Гренландии оставались крайне скудными и противоречивыми.

География и история Гренландии лишь сравнительно недавно стали более ясны исследователям. Долгое время европейцы расходились во мнениях, что из себя представляет этот остров, остров ли он вообще, кто и когда там поселился. Само название Гренландия вызывает горячие споры. Часто его объясняют так: Эрик Рыжий дал его открытой им земле, чтобы привлечь к ней перспективных колонистов. Источником этой версии послужила работа Ари Мудрого, исландского хрониста XI века. Однако самая ранняя известная нам копия его труда была сделана лишь в XIII веке, и предполагают, что ее дополняли другие авторы, которые могли внести в нее свое толкование. По мнению английского историка географической науки Р. Рамсея, это объяснение названия «Гренландия» очень похоже на выдумку и к нему нужно относиться с большой осторожностью.

Чтобы найти истоки такого наименования, Рамсей обращается к временам античного Рима. Знаменитый историк I века н. э. Плутарх в книге «Лицо на Луне» приводит высказывание некоего Деметриуса, римского служащего, прожившего несколько лет в Британии. Деметриус якобы рассказал ему, что британцам известен остров, лежащий на западе, который они на своем языке называли «Кронос». Это представление об острове хорошо сочеталось с античным преданием о том, что Крон, развенчанный отец Зевса, лежит, скованный вечным сном, где-то на одном из западных островов. Вероятно, авторитета Плутарха, процитировавшего Деметриуса, было достаточно, чтобы обогатить римскую географию островом «Cronia» в Атлантике. Возможно, ученые раннего Средневековья изменили начальную букву, подставив вместо «с» более свойственную германским или кельтским языкам букву «g»; получилось «Cronia – Cronland – Gronland». То, что эта новая форма слова означала на их языке Green Land (Зеленая земля), было чистым совпадением, и постепенно представление о том, что где-то в Атлантике есть остров, называемый Гренландией, вошло в традицию. Когда же Эрик Рыжий открыл новую землю, он просто предположил, что это и есть Гренландия, о которой он уже слышал.

Более столетия после плавания Эрика сведения о Гренландии передавались из уст в уста, найдя свое отражение в исландских сагах. Первое письменное свидетельство об этом острове, которое распространилось в кругах европейских географов, относится приблизительно к 1070 году. В это время немецкий священник Адам из Бремена закончил свой труд «История Гамбургской епархии». В те времена в Гамбургскую епархию включалась вся Скандинавия и все заморские страны, колонизированные скандинавами. Адам имел беседы с королем Дании Свейном II по поводу этих районов, и его упоминания о Гренландии, а также и о Винландии – первые достоверные сведения об Америке во всей европейской литературе. В частности, о Гренландии он писал: «…на севере океан течет мимо Оркнейских островов, потом бесконечно далеко по земному кругу, оставляя слева Ибернию [теперь называемую Ирландией. – Прим. авт.], родину скоттов, справа норвежские шхеры, а дальше острова Исландию и Гренландию». И ниже, в другом абзаце: «…кроме того, есть много других островов в далеком океане, из которых Гренландия не самый маленький; он расположен дальше, напротив Шведских, или Рифейских, гор. Расстояние до него таково, что путь на корабле от Норвегии до этого острова продолжается, как говорят, от пяти до семи дней, столько же, сколько и до Исландии. Люди, живущие там, синевато-зеленые от соленой воды, и потому эти места получили название «Гренландия». Уклад их жизни тот же, что у исландцев, но они дикари и совершают пиратские набеги на мореплавателей. Сообщают, что недавно до них дошло христианство».