Чтение онлайн

Король сам назначил день поединка. Опасаясь, как бы паломник Гвидон не был до этого коварно умерщвлен, король позвал свою дочь, еще деву, и говорит ей: «Дочь моя, так же, как ты бережешь свою жизнь, оберегай этого паломника, и пусть он ни в чем не знает отказа!» Королевна ввела Гвидона в свой покой, позаботилась, чтобы он омылся, и вволю давала ему все, чего он хотел. Настал день поединка; уже на заре вооруженный Плебей стоял у ворот дворца, крича: «Где этот мнимый паломник? Почему он мешкает?». Гвидон, слыша это, вооружился, и оба прибыли на место поединка. Дважды они сшиблись с такой силой, что Плебей испустил бы дух, если б не отпил из чаши воды, говоря: «О, добрый паломник, разреши мне сделать несколько глотков воды». А тот «Разрешу, если ты неложно пообещаешь такую же любезность, буде понадобится, оказать мне». Плебей в ответ: «Истинно обещаю тебе это». Он припал к кубку, выпил сколько хотел и тут же изо всех сил обрушил удары на Гвидона. И оба сражались с таким жаром, что Гвидон почувствовал жажду и говорит: «Окажи мне любезность, которую я оказал тебе, ибо меня томит страшная жажда». Тот в ответ: «Я дал обет господу, что ты не вкусишь ничего, кроме ударов отважной руки». Услышав это, Гвидон во время битвы подошел к реке и, будучи совсем близко, прыгнул в воду и так утолил жажду. Затем вышел на берег и бросился на Плебея как рыкающий лев; тот же обратился в бегство. Король, видя, что произошло, велел развести противников и на ночь дать им отдых, чтобы назавтра они продолжали бой. Паломник вошел в покой королевны; она всячески ухаживала за ним, перевязала его раны, дала ему поесть и уложила спать на крепкую деревянную постель. томленный трудами, он заснул.

У Плебея было семеро отважных сыновей; он созвал их и говорит: «Любимые мои сыновья, я предупреждаю вас, что если этот паломник сегодняшней ночью не будет убит, завтра меня можно будет числить среди мертвых: более сильного противника я никогда не встречал». Они в ответ: «Отец, нынешней ночью он будет убит». И действительно, около полуночи, когда все спали, сыновья Плебея вошли в покой королевны, который высился над самым морем, так что под окнами его ходили волны. Они стали совещаться между собой: «Если мы убьем паломника в постели, мы сами будем преданы смерти. Лучше сбросим его в море вместе с постелью, и тогда люди будут говорить, что он бежал». Они схватили спящего Гвидона и бросили в море, а он во сне ничего не почувствовал.

Этой самой ночью один рыбак вышел в море; он услышал всплеск воды, когда постель была сброшена в воду, при свете луны увидел ее, удивился и громко крикнул: «Ради бога, скажи мне, кто ты, чтобы я мог тебе помочь прежде, чем будет поздно». Гвидон проснулся от крика и, взглянув на звездное небо, подивился, где он, а увидя кругом воду, в свою очередь крикнул рыбаку: «Милый человек, помоги мне, и я тебя вознагражу, ибо я тот самый паломник, который вчера сражался с вашим Плебеем. Как я сюда попал, не возьму в толк». Рыбак, слыша это, взял его в лодку, привез в свою хижину и устроил на ночлег.

Между тем сыновья Плебея пришли к отцу с вестью, что паломник утонул, так что ему нечего бояться. Плебей без памяти от радости встал поутру, вооружился, пришел к воротам дворца и закричал: «Подавай сюда этого паломника, чтобы я смог с ним поквитаться!». Король сразу же наказал дочери, чтобы она разбудила паломника и он приготовился к поединку. Королевна вошла в покой, где паломник спал, и увидела, что гостя нет. Она горько заплакала и говорит: «Увы мне, сокровище мое похищено!». Она сообщила отцу, что паломник исчез. Король сильно опечалился, но когда стало известно, что вместе с паломником исчезла и его постель, все удивились. Одни говорили, что он бежал, другие – что убит. Плебей же продолжал кричать у ворот: «Выведи-ка своего паломника, чтобы я сегодня подал его голову королю!».

Пока во дворце недоумевали, куда мог деться паломник, рыбак пришел к королю и говорит: «Владыка, не горюйте! Этой ночью я вышел на рыбную ловлю и увидел брошенного в море паломника; я его подобрал и привел в свою хижину; сейчас я оставил его спящим». Король, услышав это, весьма обрадовался, послал к паломнику слуг, чтобы они велели ему готовиться к поединку. Плебей, когда узнал, что его противник жив, очень испугался и попросил короля отложить поединок, но король не пожелал дозволить даже единого часа промедления.

Оба противника вышли на поприще; они сошлись дважды, а на третий Гвидон отсек Плебею сначала руку, а потом голову и подал их королю. Тот от всего сердца обрадовался, что паломник одержал столь славную победу. Когда же услышал, что сыновья Плебея бросили Гвидона в море, приказал их повесить, а паломник попросил короля отпустить его. Кроме того, король щедро одарил Гвидона, прося, чтобы тот остался при его дворе, но Гвидон не пожелал. Король пожаловал ему много золота и серебра, но все это рыцарь отдал своему другу Тирию, вернул ему прежнюю милость короля и прежнее богатство и простился с королем. Король сказал ему: «Любезный друг, заклинаю тебя богом, прежде, чем ты уйдешь, назови свое имя!». Тот говорит: «Государь, я зовусь Гвидоном, о котором ты не раз слышал». При этих словах король бросился на шею Гвидону и посулил ему немалую часть своего царства, если он несколько времени останется в Дации. Гвидон нипочем не хотел уступить его просьбам и, облобызав короля, пошел от него прочь.

Гвидон прибыл в Англию и пришел к своему замку. У его ворот сидело великое множество нищих, и была среди них в одежде паломницы графиня, его супруга, которая всякий день им прислуживала и каждому давала денарий, говоря: «Молитесь за господина моего Гвидона, чтобы до моей смерти я бы еще порадовалась о нем и он счастливо воротился бы ко мне, ибо давно ушел в святую землю». В день этот сын Гвидона, которому уже минуло семь лет, в богатой одежде был тут же при матери. Услышав, что она всякому нищему называет имя Гвидона, он спрашивает: «Матушка, это ты говоришь нищим о моем отце?». А она: «Да, мой сын. На третью ночь после нашей свадьбы он ушел, и больше я его не видела». Супруга Гвидона, в черед обходя нищих, подошла и к супругу своему Гвидону и подала ему милостыню, но не узнала, кто это. Правда, он склонил голову, чтобы она его не могла разглядеть. Когда госпожа направилась к другим нищим, сын последовал за ней. Гвидон поднял глаза и взглянул на сына, которого никогда не видел, но не мог сдержаться и, взяв мальчика на руки, поцеловал со словами: «О, сладчайшее мое дитя, господь да дарует тебе милость совершать угодное ему». Служанки, заметив, что паломник поцеловал мальчика, подозвали его и велели больше сюда не приходить.

Тогда Гвидон подошел к супруге и попросил дать ему убежище в лесу, чтобы он мог там постоянно жить. Она. видя, что это паломник, из любви к богу и своему супругу дала ему пристанище, и он жил там долгое время. Когда же почувствовал приближение смерти, позвал своего слугу и говорит: «Скорее иди к госпоже, передай ей это колечко и скажи, что, если она хочет меня видеть, пусть сейчас же, не откладывая, придет». Слуга подошел к госпоже и показал ей колечко. Увидев колечко, она громко закричала: «Это колечко моего господина». Она бегом побежала в лес, но, прежде чем успела прийти, Гвидон умер. Она упала на его тело и громко закричала: «Увы мне, умерла моя надежда». Она жаловалась и стенала, говоря так: «Что пользы в милостыне, которую я во имя господина моего всякий день раздавала? Я видела, как господин мой брал из рук моих подаяние, но не признала его. Ты имел сына своего перед глазами, обнял его, поцеловал, но не открыл себя ни мне, ни ему. О, Гвидон, Гвидон, что ты сделал! Больше я никогда тебя не увижу!». Графиня с большой пышностью похоронила супруга и много дней оплакивала его смерть.

Правил Луций, [79] который положил такой закон: если кто возьмет на воспитание чужого мальчика и он у него претерпит телесный урон, поплатится за свою оплошность головой. Случилось, что супруга императора сделалась тяжела и родила отличного мальчика. Узнав об этом, один рыцарь просьбами и посулами уговаривал Луция отдать ему мальчика на воспитание. Император говорит: «Я отдам, но смотри, если при твоем попечении сын мой потерпит телесный урон, прощайся с жизнью». А рыцарь ему: «Государь, я согласен на твое условие». Он получил мальчика, взял его с собой и отдал на руки жены. Они заботливо пестовали ребенка. Мальчик подрос и всем был люб.

Однажды в рыночный день рыцарь со своей женой отправился за чем-то на рынок, а мальчика оставил в колыбели под присмотром слуг. Едва господин их переступил порог, все слуги разбежались и бросили ребенка без присмотра, а двери дома оставили открытыми. В те времена в окрестностях города бродил волк, который причинял горожанам великое множество бед. Увидев, что ворота отперты, волк вошел в город и нашел двери дома, где жил рыцарь, открытыми, потому что все ушли на рынок. Войдя в дом, волк утащил из колыбели мальчика и побежал с ним в лес. Как раз тогда какой-то пастух пас на поле овец и, заметив волка, бегущего с ребенком в пасти, влез на высокое дерево и трижды протрубил в свой рожок. При его звуке горожане – кто конный, кто пеший – пустились в погоню за волком. Из-за шума и лая бегущих за ним собак волк бросил мальчика и скрылся в лесу. Горожане увидели ребенка и очень обрадовались, особенно же его воспитатель. Волк, правда, поранил мальчику голову, и у него шла кровь, но рана скоро зажила.

Через несколько дней император послал за рыцарем и велел ему прийти вместе с мальчиком. Рыцарь повиновался и пошел, но со страхом. Когда император увидел своего сына и заметил на лбу его шрам, он сказал: «Любезнейший, что это такое, что я вижу?». Рыцарь отвечает: «Государь, я тут пошел на рынок и поручил ребенка своим слугам, но все они разбежались и бросили мальчика без присмотра. Его утащил волк, но не сумел добежать до леса, так как пастух поднял тревогу; шрам – это след, который еще остался от волчьих зубов». Император говорит: «Я доверил своего сына не твоим слугам, а тебе, значит, ты нарушил закон». Рыцарь говорит: «Я признаю, что виноват, и прошу снисхождения». Император говорит: «Прощаю тебе, но смотри, наперед не повторяй таких оплошностей». Рыцарь неложно пообещал, а император даровал ему почести и богатства.