Чтение онлайн

– А быстро сгорела, да? Классно!

Его товарищ что-то возразил, и между ними разгорелся вялый бессодержательный спор: ребята явно скучали и тянули время. Через несколько минут стало ясно – для чего.

Неспешно подъехала еще одна машина с оперативниками из Волжского РОВД, потом еще одна, и вот тут-то началась нервотрепка.

Нас с Виктором обступили, потом развели, выспросили, выслушали, затем оставили стоять в одиночестве, и оперативники, сбившись в кучку, быстро шептались, очевидно выискивая противоречия в наших показаниях.

Закончилось все тем, что мы с Виктором перешли на заднее сиденье «уазика» и по нашим словам был составлен первый протокол. Затем второй. А затем и последующие. От такой рутинной деятельности веселее на душе не становилось.

Самый вертлявый из оперативников начал проводить со мной разработку.

– Так как у вас, девушка, документов с собою нет, как вы говорите, они сгорели… – глубоко заглядывая мне в глаза, прошелестел он.

– Они и в самом деле сгорели, – попробовала убедить я, но оперативник, казалось, даже не расслышал меня.

– Я этого не видел, – заявил он, акцентируя слово «я». – И сотрудники дорожной службы тоже. Я только повторяю ваши слова, поэтому ваша личность пока удостоверяется только свидетельствами вашего спутника. Вы где живете, девушка?

– А номер телефона вам тоже будет нужен? – наивно хлопнув глазами, спросила я.

– Обязательно, – доверительно наклонившись ко мне, кивнул оперативник.

– В справочной он есть, – отрезала я, – а документы у меня дома, но в любом случае, так как я не прохожу в ваших ориентировках, не мое дело доказывать вам, что я не верблюд. И не собираюсь этого делать.

Оперативник потер пальцем под носом и ринулся спорить.

После непродолжительного разговора мы порешили на том, что сотрудники одной из подъехавших машин подвезут меня к дому и проводят до квартиры. Если там найдутся документы, подтверждающие мою красивую личность, то мне дадут возможность спокойно остаться, если же нет…

Мне не было сказано, что будет в этом случае, но я уже представила себе, как вторую ночь подряд придется проводить в камере, пусть даже и более комфортабельной, чем в бандитском гараже, но все равно перспектива мне очень не понравилась.

Однако другой пока не существовало, и мы поехали.

Добравшись до дома, мы поднялись по лестнице, и, пока я отпирала дверь в квартиру, Виктор и оперативник, нас сопровождающий, заняли до смешного одинаковые позиции только в зеркальном отражении. Виктор встал слева сзади от меня, лениво привалившись к стене и скрестив руки на груди, а оперативник точно так же встал справа, тоже подпирая стену. Но, на мой взгляд, его положение было лучше, чем у Виктора: он имел за спиной лестницу, то есть тактически мудро расположился недалеко от путей возможного отхода.

Я отперла дверь и вошла, тут же мне навстречу выскочила Маринка.

– Оля, ну наконец-то! А тебя тут по телевизору показывали!..

Маринка, увидев незнакомого мужчину, вошедшего следом за Виктором, осеклась, одним взглядом оценила его и осторожно сказала:

– Добрый вечер!

– Здравствуйте, – суховато ответил оперативник, с явным интересом рассматривая Маринку. Самое смешное, что я почувствовала что-то вроде укола ревности.

Стараясь держаться спокойно, я сняла плащ.

– Маринка, посмотри, пожалуйста, у меня в серванте в баре должны лежать паспорт и права, – сказала я, – короче, принеси мои документы, все, какие есть.

– Ага! – бодро ответила Маринка, ломанулась в комнату, но вдруг, остановившись в дверях, повернулась и подозрительно спросила: – А зачем?

– Принеси, пожалуйста, – настойчиво повторила я.

Окинув оперативника пристальным и недружелюбным взглядом, Маринка направилась в комнату, откуда тут же выглянул Сергей Иванович. Ключи от своей квартиры я доверяла всем моим сотрудникам без исключения.

– Добрый вечер, Ольга Юрьевна, – поздоровался он сначала со мной, а потом и с остальными. – Что-то случилось?

– Ерунда, – небрежно ответила я, – взорвалась машина, на которой мы ехали.

– Да? – почти не меняя интонации, спросил Сергей Иванович. – А почему она так решила поступить?

– Ее расстреляли из автомата, – чуть не зевнув от обыденности своего ответа, пояснила я и сама удивилась своей наглости. А на самом деле, подумаешь: автомат! Меня второй день убить хотят, и мне стало казаться, что я уже немного привыкла к этому процессу.

Из комнаты выскочила Маринка, держа в руках несколько книжечек документов.

Молчаливый оперативник протянул руку, но Маринка демонстративно не заметила ее и все отдала мне. Иногда она бывает молодцом, ничего не скажешь!

Я подала оперативнику свой паспорт. Он его раскрыл, изучил и переписал себе данные. После паспорта были внимательно просмотрены права.

– Так у вас есть телефон? – настойчиво повторил оперативник свой прежний «уличный» вопрос.

– Марина, принеси, пожалуйста, трубку, – попросила я.

Марина и с трубкой поступила так же, как с документами, после чего оперативник позвонил куда-то и продиктовал информацию обо мне и номер моего телефона.

– Немного придется подождать, пока проверят, – сказал он вполне миролюбиво.

– В таком случае, может быть, согласитесь на кофе или чай? – спросила я. – Какой смысл нам всем стоять в коридоре? Я-то думала, что это дело нескольких минут.

Оперативник помялся и согласился. Но едва он сел за стол и взялся за ручку чашки, зазвонил телефон. Это подоспело подтверждение того, что я – это я и живу там, где прописана.

– А можно спросить? – обратилась я к оперативнику, чтобы с одной стороны немного сгладить неловкость, а то получается, что после полученного им ответа он уже может чай и не пить – приглашали же время скоротать, а не потому что он так всем нам симпатичен, а с другой – воспользоваться моментом и приблизительно определить свои перспективы.

– Пожалуйста, Ольга Юрьевна, – отозвался он и тут же, широко улыбнувшись, представился: – А меня зовут Коля!

– Замечательно, – ответила за меня Маринка, а я ограничилась только кивком.