Срочный рейс
Шрифт:
Перед самым выходом из ангара, коснулась рукой красивых и таких холодных узоров инея, покрывающих металл стен и потолка. От моих теплых пальцев остались мокрые следы, которые тут же снова побелели… Никогда не трогала настоящий снег… Всё моё детство прошло на корабле или станции, рядом с матерью, а потом… А потом я повзрослела. Нет не телом, а сознанием…
— Иногда красота бывает смертельно опасной… — прозвучал голос Ульриха за спиной.
Его шаги коснулись слуха, когда он оказался совсем близко и дело не в окружающем шуме. Все мои органы чувств на данный момент под стать внешнему облику человека. А это жалкие крохи от того, что чувствую без блокираторов. Но дабы не выделяться среди обычных людей, придётся жить с таким набором, во всяком случае, пока не найду маму, а дальше — не загадывала…
— Да… Но такая завораживающая… — поспешила с ответом, отбросив на время все мысли о родительнице.
Повернулась и улыбнулась.
— Привет… — уголки его губ чуть приподнялись. Карие глаза смотрели с привычной теплотой, что подкупала.
— Привет, — потянулась и поправила воротник его куртки, пальцами подцепила прядь вьющихся, светло-каштановых волос. И снова заглянув в его глаза, спросила: — А ты разве не должен быть на рабочем месте.
— Должен… Но желание увидеть тебя вынудило всё бросить и бежать в ангар, — он положил свои руки на мою талию и притянул к себе. — А ты куда направлялась?
— Просто прогуляться. Думала заглянуть в вашу столовую… — оперлась ладонями о его широкую грудь.
— О-да… В самый центр обмена информацией…
На мой удивлённый взгляд он тут же ответил:
— Угу… Самая, что ни на есть — настоящая новостная биржа… — и кивнув с серьёзным видом пояснил: — Ты ещё не успела приземлиться на нашу базу в свой первый рейс, а мне были уже известны — все внешние данные пилота по имени Лалинель, даже размер груди в соотношении к мужской ладони! И как ты думаешь, где всё это я узнал?!
Я рассмеялась: — Впредь буду знать, что рядом с особями мужского пола расслабляться не стоит.
— А вот это очень правильное решение… Мужчины они такие… коварные существа…
Совершенно неожиданно взял моё лицо в руки и поцеловал. Нежно, аккуратно, словно боялся спугнуть. Всё напряжение последних дней, как рукой сняло. Ощущала, что несмотря на мои последние слова — расслабляюсь, а постоянный интуитивный поиск невидимого врага уходит на задний план, будто всё становится неважным и таким несущественным… Кроме того, чувствовала себя нужной и желанной.
— После смены я зайду к тебе? — хрипло спросил, разорвав поцелуй и уткнувшись своим лбом в мой. Потом выпрямился. — Нет лучше ты ко мне, — качнул головой, встряхнув копной волнистых волос. — Я приобрёл пару бутылок настоящего эля, тебе понравится… — прижал меня ещё ближе к себе, потерся кончиком своего носа о мой.
— Уль, сегодня не получится, у меня срочный заказ, давай в другой раз? — взглянув виноватым взглядом в симпатичное лицо своего парня.
Он вздохнул: — В другой, так другой. Хочешь я полечу с тобой?
Покачала головой: — Думаю не стоит…
— Тогда, не будем терять оставшиеся единицы. Пойдём сделаем хорошее дело — развлечем местную публику своим появлением. Будет им, что обсуждать за работой.
Время рядом с ним пролетело не заметно. А уже следующие талы я провела в полете до независимой станции содружества, где разгрузилась. Затем снова единицы ожидания погрузки и в обратный путь до «дома».
Спешно сдала транспортник компании в руки механиков, после чего рванула в сторону личного звездника, на ходу посылая приказ на спуск трапа, поскольку времени осталось не так много.
Плюхнулась в кресло первого пилота и привычным движением, провела ладонью по старой панели управления, будто приветствовала близкое существо.
Всегда любила наблюдать за мамиными руками, уверенно порхающими над этой консолью. Как-то раз, заметив мой интерес, она стала вслух говорить, что делает и для чего. Знала, что я всё хорошо запоминаю. Она словно чувствовала, что однажды мне придётся взять управление кораблем на себя, на совсем маленькую себя…
Вздохнула и вывела свою красавицу на взлетную полосу, повторяя заученную фразу, как и тогда — в свой первый полет, когда сердце билось в ушах, а руки дрожали, поскольку погоня из охраны станции не давала даже шанса обдумать свое положение. В голове билась только одна мысль: " Бежать!" А вслух произносила:
— Держим ровно по центру и потихоньку прибавляем скорость, дабы выпорхнуть на свободу парящей птицей…
А все из-за анализов моей крови, что взяли, пока я находилась в мед-отсеке. За мной выслали сотрудников секретной лаборатории. Эта подслушанная новость, вынудила меня тут же сорваться в ангар. Разбивая босые ступни в кровь о металлическую решетку пола. В одной мед-сорочке, к нашему старенькому звездолету…
На сегодняшний день от того былого корабля осталась только внутренняя обшивка, блок управления и конечно сама панель, которую я не хотела менять, а в остальном — совершенно другой звездник с другим названием и иными идентификационными номерами…
Я сама принимала непосредственное участие в модернизации этого судна, под руководством Зейна, моего наставника. Вугвока*, коренного жителя Урвука, у которого за душой — ничего кроме ремонтного бокса, где он и проживал. Но это не помешало ему приютить у себя маленькую и голодную девчушку, которая уже семь циклов сидела в своем звездолете на пустынной поверхности планеты.
Тогда, после прилёта, боялась отойти от корабля, не зная что делать дальше, куда лететь и почему координаты этой безжизненной планеты мама сделала аварийными… А в это время он — Зейн и не только он, вся команда ремонтников и по совместительству — операторов приёмного ангара, несколько дней наблюдали за приличным судном, которое не запрашивало разрешения на вхождение в атмосферу и следовательно открытия шлюзов… А потом уже они следили за мной, опускающей трап поздно вечером, когда солнце скрывалось за горизонтом, а температура падала до минусовой отметки…
Как позже узнала — Урвук далеко не безопасное место для обычных людей и «нелюдей». Указы содружества там не действуют, никто из Семёрки или же их прихвостней — туда и носа не суёт. По этой причине в подземных городах обретают убежище криминальные личности различной величины. Вугвоки никому не отказывают, лишь бы платили румины. Но всё же у них есть свои негласные законы, за нарушение которых последует неминуемое наказание и к слову сказать жестокое… Эти правила касаются детей, которых не так много на этой пустынной и умирающей планете. Коренных жителей становится всё меньше, раса вугвоков потихоньку вырождается. Рождение каждого, такого долгожданного ребёнка празднуется с размахом и надеждой, что ещё не раз отметят такое событие.
Поэтому вся дружная бригада Зейна относилась ко мне с трепетом и старалась всегда угостить мою особу чем-то вкусненьким… А я подобно тем мальчишкам, которые постоянно крутились в ангаре, подле кораблей — ходила хвостом за Зейном и наблюдала за его работой. Позже стала помогать ему, а потом и вовсе вмешивалась, дабы что-нибудь подкорректировать. Конечно первое время он кричал чтобы не лезла, но затем смирился. Последние витки его жизни, я уже выполняла всю работу за него, поскольку сил у него не было… После его смерти я покинула Урвук, оставив бокс его другу…