Чтение онлайн

Контракты о займах, предоставляемых банками и страховыми компаниями промышленным корпорациям, обычно содержат статьи, ограничивающие свободу действий последних во многих аспектах финансовой политики. «Забота банкиров о надежности займов, — писал по этому поводу журнал «Форчун», —естественно ведет к заботе о том, как управляется компания, обращающаяся за займом. Эта забота воплощается в статьях, предоставляющих кредитору право вето в отношении действий управляющих, а иногда и право требовать полного, абсолютного и безоговорочного контроля... Если финансовый механизм занимающей деньги компании не дает надлежащей гарантии намечаемого займа, то от ее правления потребуют уступить часть своих прерогатив кредитору как составную часть цены займа. Например, статьи контракта могут ограничить или запретить получение компанией новых займов, выплату дивидендов акционерам, право слияния с другой компанией» [169] .

В некоторых случаях контракты о займах прямо оговаривают, какая часть имущества корпорации отдается кредитору в качестве залога. В 1960 г. «Меллон нэшнл бэнк» предоставил корпорации «Джоунс энд Лофлин стил» долгосрочный заем в размере 106 млн. долл. В качестве залога под заем корпорация отдала банку все свои заводы в Кливленде, Янгстауне и Луисвилле [170] . Благодаря займу контроль семьи Меллонов над компанией «Джоунс энд Лофлин стил» стал еще более прочным.

Но наиболее противоречивой, имеющей далеко идущие последствия, является статья контрактов о займах, называемая статьей об управлении.

Банковский капитал стремится публично не упоминать о ее существовании, но с ее помощью он обеспечивает себе определенный «голос» в управлении корпорациями. Суть статьи сводится к следующему: если в период действия контракта о займе в составе главных администраторов корпорации, получившей заем, произойдут изменения, то кредитор имеет право требовать назначения приемлемых для него новых администраторов. Другими словами, вопрос о том, кто именно займет главный административный пост, в этом случае решает кредитор.

В 1961 г., например, с помощью этой статьи нью-йоркские банкиры вырвали у капиталиста Говарда Юза контроль над авиапассажирской компанией «Транс уорлд эйрлайнс». Этот эпизод представляет значительный интерес, поскольку он наглядно иллюстрирует преимущества крупных банков в их отношениях с промышленными корпорациями.

Г. Юз через свою «семейную» корпорацию «Юз тулс» владел 79% акций «Транс уорлд эйрлайнс» (активы— 688 млн. долл.). Корпорация «Юз тулс» практически располагала монополией в производстве долот для бурения нефтяных скважин. Говарду Юзу приходилось выдерживать постоянный нажим со стороны банков и финансистов, стремившихся подчинить своему контролю его корпорации. «Многие крупные инвестиционно-банковские фирмы, — писал журнал «Форчун», — уже давно бросают алчные взоры на его прекрасные предприятия» [171] . Но благодаря высокой прибыльности операций «Юз тулс» Г. Юзу удавалось сохранять полную независимость своих предприятий от банков. В этой длительной борьбе с банками уязвимым местом независимой «империи» Г. Юза оказалась «Транс уорлд эйрлайнс». В середине 50-х годов, подобно другим авиакомпаниям, «Транс уорлд эйрлайнс» приступила к замене винтовых самолетов реактивными. Это было сопряжено с инвестированием огромных капиталов. В 1958 г. Юз начал переговоры с инвестиционными фирмами и банками относительно возможности получения займов для оплаты поставок законтрактованных реактивных самолетов. В течение двух лет переговоры не давали результатов. Юз надеялся получить заем на таких условиях, которые не ограничивали бы его абсолютного контроля над «Транс уорлд эйрлайнс» [172] . В 1960 г., когда подошли сроки оплаты поставок самолетов, Юз был вынужден подписать контракт о займе на условиях, продиктованных банкирами. Группа банков и страховых компаний («Морган гаранти траст», «Бэнкерс траст», «Меллон нэшнл бэнк энд траст», «Метрополитэн иншуренс компани» и др.) согласились предоставить заем в размере 168 млн. долл, сроком на 10 лет. Контракт о займе содержал упомянутую выше «статью об управлении». Эта статья предусматривала, что если в составе главных администраторов «Транс уорлд эйрлайнс» произойдет изменение, то Г. Юз должен в течение 90 дней назначить приемлемых для кредиторов администраторов или же поместить свой контрольный пакет акций в голосующий трест» [173] .

Вскоре после подписания контракта о займе, президент «Транс уорлд эйрлайнс» Чарльз Томас, действуя как бы по сговору с банкирами, подал в отставку. Кредиторы немедленно применили включенную в контракт «статью об управлении» и приостановили выдачу займа впредь до выполнения Юзом требования банкиров о реорганизации управления корпорацией.

Суть требований сводилась к следующему: 1) Говард Юз должен поместить свой пакет акций «Транс уорлд эйрлайнс» в «голосующий трест»; 2) голосовать этим пакетом акций будут три доверенных лица; 3) два доверенных лица «голосующего треста» будут назначены кредиторами. Это означало, что контроль над корпорацией переходил к банкам.

Припертый к стене, Юз капитулировал и принял это «шейлоковское» требование. В начале 1961 г, кредиторы перетряхнули состав директоров и главных администраторов «Транс уорлд эйрлайнс».

В течение пяти лет калифорнийский промышленник барахтался в паутине, сотканной его уоллстритовскими партнерами. Но отчаянные усилия Юза вернуть себе контроль над компанией «Транс уорлд эйрлайнс» оказались безуспешными» В 1966 г», продав свой пакет акций этой компании за 680 млн» долл», Говард Юз, по-видимому, навсегда, вышел «из игры» в области авиатранспортного дела» «Транс уорлд эйрлайнс», подобно другим крупным авиатранспортным компаниям, превратилась в кондоминиум восточной группы банков.

Если даже один из крупнейших промышленных магнатов США оказался бессильным выпутаться из расставленных банковским капиталом сетей, то что же можно сказать о положении не таких крупных предпринимателей?

На страницах американских газет и журналов в разделе «Финансы» чуть ли не каждую неделю можно встретить сообщения о вмешательстве банков-кредиторов в управление корпорациями, дела которых по тем или другим причинам пошатнулись. Иногда вмешательство ведет к тому, что собственники контрольного пакета акций предприятия фактически теряют власть, которая попадает в руки банков-кредиторов.

В 1963 г. крупное издательство «Кертис паблишинг компани», оказавшись в тяжелом финансовом положении, обратилось к банкам с просьбой о займе. В декабре 1963 г. «Ферст нэшнл бэнк оф Бостон» совместно с группой нью-йоркских банков предоставил издательству заем в размере 35 млн. долл., но продиктовал фирме жесткие условия, предусматривавшие передачу управления предприятием в руки кредиторов. Банкиры перетряхнули состав администраторов и директоров компании, бесцеремонно прогнав с работы главного администратора Роберта Макнила — друга семьи главных акционеров Кёртис-Бок, сведя голос последних в управлении компании почти к нулю.

Другой пример. В начале 1966 г, компания «Контроул дата», занятая производством электронно-вычислительных машин, оказалась в трудном финансовом положении. Компания обратилась к банкам с просьбой о займе. Синдикат 10 банков, возглавляемый чикагским «Континентал Иллинойс нэшнл бэнк», согласится предоставить заем в размере 120 млн, долл. Но, предоставляя этот заем, «Континентал Иллинойс нэшнл бэнк» предложил, по выражению журнала «Бизнес уик», «подтянуть» или, проще говоря, перетряхнуть состав администрации компании. Пять вице-президентов были вынуждены подать в отставку. В совет директоров, по настоянию того же банка, был введен Джордж Стричман в качестве представителя кредиторов [174] . Основатель компании Уильям Норрис сохранил пост президента, но власть его была ограничена.

Корпорация-должник при назначении нового главного администратора обязана предварительно «согласовать» его кандидатуру с банком-кредитором [175] .

В некоторых случаях банки-кредиторы ставят на пост главных администраторов зависимых от них компаний собственных служащих. В июле 1965 г. «Чейз Манхэттн бэнк» предоставил компании «Альфа портлэнд» долгосрочный заем в 11 млн. долл. В то же самое время вице-президент банка Дж. Бэйкер был назначен на пост главного администратора компании [176] .

Все главные авиапассажирские компании с общей суммой активов в 3 млрд. долл, оказались ввиду огромной задолженности под властью небольшой группы нью-йоркских банков и страховых компаний. В 1962 г. в докладе комиссии конгресса отмечалось, что четыре крупнейшие авиапассажирские компании («Америкэн эйрлайнс», «Истерн эйрлайнс», «Юнайтед эйрлайнс и «Транс уорлд эйрлайнс») получили в обшей сложности долгосрочные займы на сумму в 1 млрд. долл, и что эта сумма была предоставлена тремя банками («Чейз Манхэттн бэнк», «Фэрст нэшнл сити бэнк», «Кеммикл бэнк — Нью-Йорк траст») и тремя страховыми компаниями («Эквитебл лайф эшуренс сосайети», «Метрополитэн лайф иншуренс» и «Пруденшл иншуренс»). Учитывая размеры долгов и ограничительные статьи контрактов о займе, говорилось в докладе, власть над авиапассажирскими компаниями этих заимодавцев, связанных между собой взаимопереплетающимся директоратом, неоспорима [177] . Перечислив ограничения, наложенные банками и страховыми компаниями на правления авиапассажирских компаний, ж риал «Форчун» заключил, что эти ограничения «достаточно велики для того, чтобы поставить вопрос: кто же в действительности контролирует в наше время принятие важнейших решений для авиапассажирских компаний? [178] .