Чтение онлайн

Только одна страна — Китай, оставшись верной, насколько это возможно, идеалам революции, смогла пойти вперед, и в этом рывке у нее осталось больше резервов для маневра, чем у других стран — именно потому, что ее управление представляет, кроме нетрадиционной системы управления собственностью в виде общей собственности на средства производства, еще и экспериментальное управление, скопированное у развитых стран, но находящееся под контролем основной или коммунистической системы управления.

Выиграл Китай благодаря коммунистической системе управления и возможностям планирования развития, когда при распределении бюджета по конкретным направлениям развития промышленности, управление смогло создать свою сферу стратегической безопасности в направлениях — машиностроение, станкостроение, и в высоких технологиях.

Идеология должна постоянно наполняться содержанием для движения вперед, она не может застыть, и этот ход должен быть естественным. Несмотря на все утверждения, что коммунистическая система или идеология обречена на провал, в это нельзя верить, потому что в этом случае на провал обречено человечество, потому что система и идея — это возведение человеческих ценностей и возможностей на высшую ступень развития, что есть цель движения всего человеческого сообщества. Отрицание этого — есть отрицание нормальности существования самого человека. Или если к этому надо идти, т.е. к человеческим ценностям, которые были созданы за прошедшие тысячелетия, путем постоянных падений и унижений, то почему не идти без этого, когда все лучшее уже было создано, учась на лучших примерах.

Так по ИРЧП (Индивидуальное Развитие Человеческого Потенциала) СССР был 6 — 7 месте, а через двадцать лет Россия перешла на 67 место, а некоторые республики перешагнули и 80-е.

За эту идею было отдано 50 млн. жизней народами СССР. Слишком высокая плата, чтобы взять и забыть.

У коммунистической идеологи только в плане реализации существовала одна ошибка — это реализация возможностей человека, которые должны вознаграждаться обществом, а уровень материального и социального стимулирования зависит от конечной пользы, которую человек принес всему обществу, всей нации. Инструмент оценки вклада — вот в чем была ахиллесова пята системы управления СССР, он был неестественным, и он уничтожил СССР, потому что был представлен оценкой лояльности к партийной диктатуре. В связи с отсутствием естественной оценки качества, система была уязвима, на процесс уничтожения влияли субъективные факторы, такие как нахождение страны в блокаде развитых стран. Собственная идеология, которая была агрессивна по отношению к традиционным системам управления, которые с возникновением первой страны с идеей свободы, представлявшей уже реальную опасность, должна была как научиться защищаться, так и нападать, и все эти причины диктовали особые условия создания собственной промышленности как необходимое условие собственной безопасности. Победа в войне позволила эту систему управления перевести на другие страны, что при развале позволило также уничтожить системы управления во всех соцстранах, в СССР и странах Восточной Европы. Но это для системы управления СССР было продиктовано причинами, когда система управления уже не представляла интересов и идеологии класса с исчезновением признаков этого класса и, таким образом, самого класса — пролетариата. Почему — мы рассмотрим ниже.

Задача управления любой нации или территории — создать площадку и пространство реализации возможностей для каждого члена на территории своего управления. В этом была и осталась задача всех систем управлений, но у коммунистической системы этих возможностей было в несколько раз больше, потому что человек и его свобода являлись декларированной целью защиты и развития всей системы взаимоотношений сообщества. Т.е. конструкция управления была настроена, как у гениального скульптора, на Человека для получения и создания им совершенных творений.

Мы можем убрать слово «коммунистический» и перейти к тому, что мы хотели, чтобы предоставило общество как задачу для исполнения аппарату государство — управления, своим членам на территориях их проживания — это возможность реализации своих знаний и навыков, и защиту.

Социалистическая экономика проиграла, потому что уступала в качестве и не имела естественной оценки в потребности своего продукта — это и есть рыночная экономика, которая производит естественную оценку продукта по мере потребности, и никакого отношения не имеет к спекулятивной экономике или к спекулятивному регулированию.

Тотальное стремление в Европу и к так называемой Европейской цивилизации опять поднимает вопрос о цивилизации как организации определенных ценностей, которые могут явиться примером для поддержки национального, государственного развития и в силу этого служат примером для подражания государственными и национальными управлениями систем социально-экономического управления менее развитых стран.

В то же время первой страной, которая за всю историю человечества впервые смогла поставить человеческие ценности выше инстинкта, победила и более 60-и лет могла жить, пока не была уничтожена и побеждена, забыта, потому что, скорее всего, причиной является стыд побежденных, которые не смогли удержать эту высоту.

Первая страна и целая система, которая была настроена на человека, на его лучшие качества, была побеждена тем, что не присуще человеку и не отличает человека — инстинктом. Цивилизация была побеждена, и рано или поздно она должна возродиться. По сути, цивилизация была заменена системами управления, которые к тому, что было достигнуто сто лет назад, должны опять стремиться достигать. И вместо того, чтобы встать на свою дорогу, народы стремятся искать уверенности в Европе, не понимая, что они выбрали для себя эту дорогу сами — инстинкт и Человек. Выбор, который они ищут уже 30 лет — это выбор между инстинктом и Человеком, и пока каждый не решит для себя, среди кого он хочет жить и в какой среде, так и будут продолжаться эти метания, и никто не получит утешения, пока не сделает свой выбор.

Написано достаточно много работ о том, что было, но нет ни одной аналитической работы, как это было. А что было? И что стало? Никто не хочет видеть, что целые страны прямым ходом идут назад, к своему концу, потому что то, что было, это был шаг вперед, и не шаг, а громадный скачок, и после этого вернуться на сто лет назад и стараться это объяснить чем угодно, и чтобы в это поверили и самому поверить, надо суметь, но это не зависит от движения поезда, который катится назад. И как бы каждый из тех, которые проживают на этих территориях бывшего СССР, стран Восточной Европы и Азии ни старались объяснять себе, что именно то было не правильно, но это не так, потому что Китай показал, как правильно. И вопрос в том — куда и как вы идете, а не в том, как вы думаете, как должны идти. Двадцать лет ежедневной борьбы понадобилось партии Ленина, чтобы из бумажных войн, идей и тому подобного вывести зерно, которое могло дать росток. Через 60 лет их потомки эту идею похоронили, не заметив, что вместе с собой.

Никто не сможет объяснить, почему народы, которые стали жить без эксплуатации, обмана, имея гарантию работы, возможность развития, предпочли, чтобы ими владели лавочники, воры и бюрократы. Которые, это касается бюрократии, и в этом их уникальность, где сам аппарат управления представляет из себя производство по получению денег или доходов, т.е. этих стран нет, и они вместе со своим населением — это песок, который вымывается более развитыми странами.

Куча диссидентов, оракулов от интеллигенции, типа А. Сахарова или А. Солженицына, представителей национальных интеллигенций во всех республиках СССР, которые на местах, придя к власти, занялись банальным грабежом, пытаются объяснить своему населению законность их уничтожения, но не себя. Никто не хочет отвечать на вопрос, грабежом чего они занялись, потому что этот процесс продолжается, а ответ один: того что создавали все. Никто не хочет назвать процесс своим именем, и управление в этих странах занимается тем, что тянет время — чтобы все всё забыли. Опять же вопрос: что забыли? И пять же ответ: чтобы забыли, кто они, откуда пришли, а куда идут, уже понятно — в никуда.

В Восточной Европе такие, как Лех Валенса и Вацлав Гавел, продали будущее своих народов. Вся эта мелочь пыталась войти со своей идеей переустройства мира, где, по их мнению, каждый казался себе правым. Невзрачное существование Прибалтийских республик. Промышленная и интеллектуальная деградация бывших стран Восточной Европы социалистической ориентации, население которых стало заложниками своих устремлений в Европу, а реально — стали площадками оккупации экономически развитых стран, и главная из них — Германия. Пройдет еще немного времени, чтобы население этих стран проснулось, но куда им идти? И им, как и всем, надо ответить на вопрос: чего они хотят и как это надо сделать на оккупированной территории.

Вопрос в том, против чего они реально шли? Они шли против системы, которая представляла идеи, и следующий вопрос: какой идеи? Вопрос, на который можно ответить — идеи равенства, свободы, братства и развития каждого человека. Кто представлял идею, и почему в конце эта страна не выдержала напряжения и лопнула. Но, опять же, причем тут идея и почему она лопнула?!

Есть последовательная связь между идеей социалистической революции и России, а не СССР, почему на этот момент необходимо обратить внимание, потому что это была революция и идея не России, а человечества и мира — идея уничтожения эксплуатации и возведения ценностей человечества как высшей ступени для достижения Человека. Россия — это другая страна, со спекулятивной экономикой, которая не принесла ей процветания, как и остальным странам, и путь ее движения управлением не определен. Но, как ни странно, революция не прошла и первого этапа своего развития и по определенным причинам, отмеченным Лениным, — это неспособность авангарда, представляющего диктатуру пролетариата, в силу недостаточного развития самого пролетариата, в лице коммунистической партии, перейти на следующий этап развития, когда пролетариат перешел на стадию развития в ИТР, которая уже, по Марксу, могла бы, в силу своих знаний и своей необходимости в процессе производства, совершить мировую революцию и уничтожить эксплуатацию. Эту достаточно простую задачу не смогла решить Коммунистическая партия СССР.