Чтение онлайн

– Ну что, давай будем трогать.

Жеребец шевельнул ушами, как бы вслушиваясь в речь человека, втянул ноздрями его запах и мелкая дрожь прокатилась по его телу.

Савелий легко забрался в бричку и тронул жеребца, постепенно заставляя ускорять бег. Примерно через пол часа луг кончился и жеребец вынес бричку на косогор. Савелий привстал и всмотрелся в светлую излучину реки.

Сначала он ничего не увидел, но потом из-за острова выплыла черная точка парохода. Над ним из трубы тянулась струйка дыма. Солнце клонилось к закату и уже задело своим раскаленным диском зубчики темного леса. Но было светло. Солнце намеревалось только на короткое время спрятаться за горизонт. И почти тут же готовилось взойти. Летние северные дни были почти нескончаемыми. Природа наверстывала упущенное зимой.

Савелий прикинул расстояние и понял, что может успеть, но надо спешить. Дорога шла теперь вдоль реки и точка парохода постепенно росла. Жеребец пытался самовольно сбавить бег, но Савелий уже не мог его беречь. «Ну еще дружок. Давай, немного осталось». На какое-то время дорога пошла лесом и реку стало не видно. До пристани Кузнецово оставалось пару километров. Выскочив из леса, бричка оказалась на большой поляне. Впереди виднелся поселок. Пароход глухим гудком давал знать о своем прибытии.

Савелий быстро соскочил с брички и завел жеребца в густой березняк, закинул котомку за плечи и поспешил к пристани. Тело ныло от длительной тряски, голову немного кружило, ноги слушались плохо. Савелий кромкой березняка подошел к краю косогора и увидел пристань. Через несколько минут по трапу с пристани стали спускаться прибывшие пассажиры. Их было всего человека четыре. Обрисованного Анной мужичка среди них не было. Савелия прошиб пот «Неужели не сел в Сольвычегодске и побежал в милицию»-пронеслось в голове. Но вдруг из пристани на трап ступил какой-то человек и Савелий понял, что это он. Мужичек осторожно не спеша и неуверенно спускался по трапу опираясь на клюшку. «Да он пьяный» – понял Савелий. Он крадучись, укрываясь за березняком пошел по мосту через ручей. Туда по его расчетам и должен подойти и мужичек. Пассажиры – трое мужиков и баба уже подходили к мосту. Они шли редкой цепочкой. Шедшая сзади баба с корзиной в руке окликнула мужика впереди себя:

– Гришка! Ты бы помог Клюеву-то дойти.

– А ну его на хрен – зло огрызнулся мужик – Меньше пить надо. Никуда не денется. Не зима. Не дойдет дак на берегу выспится.

Баба оглянулась, махнула рукой и поспешила за мужиками. Вскоре они прошли мост, поднялись на угор и скрылись из виду. Затем показался и Клюев. Он шел спотыкаясь о камни, что-то бормоча себе под нос. Дойдя до моста, он остановился, уселся на валун, полез в карман, достал пачку папирос.

Савелий мгновенно оценил обстановку и принял решение. До этого он рассчитывал незаметно проследить за Клюевым и побеседовать с ним дома, но обстоятельства складывались благоприятно и Савелий поправив котомку отряхнув пыль, обошел березняк и от моста подошел к Клюеву.

– Здорово земляк – бодренько поздоровался Савелий.

– Здорово – поднял мутные глаза на невесть откуда взявшегося незнакомца Клюев -Ты кто?

– Я-то? – переспросил Савелий – Матвей я. Прохоров из Рябово. Сплавщик. На работу хотел устроиться. Мужики посоветовали к Клюеву обратиться, а его дома нет. Кроме его, говорят никто не поможет.

Клюев приосанился и постарался придать телу внушительный вид.

– Это я Клюев буду.

– Да ну – деланно обрадовался Савелий. Ну, но такому случаю можно за знакомство и по стопке.

Он развязал котомку и вытащил из неё бутылку водки. Клюев глянул на нее вожделенными глазами и принял на валуне позу поудобней. Савелий раздавил сургуч на пробке, вытащил её и плеснул изрядную дозу в алюминиевую кружку.

– Угощайтесь – протянул он кружку Клюеву и полез в котомку за пирогами со щукой.

Выпили за знакомство, за встречу и Клюев захмелел еще сильней, Савелий был почти трезв и после очередного тоста как бы невзначай поинтересовался у Клюева:

А что с ногой-то?

Тень обволокла небритое лицо Клюева, глаза сузились, кулачки сжались.

– С ногой теперь все в порядке – прошипел он и потянулся к кружке и залпом осушил её.

С минуту Клюев выпятив глаза и закрыв рот ладонью осваивал принятый внутрь огненный напиток, а потом заплетающимся языком продолжил:

– Все в порядке, а будет еще лучше. Я эту сучку все-таки нашел.

– Кого нашел? Как будто не понял Савелий и опять долил в кружку.

– Ты не знаешь – взглянул Клюев мутными глазами на Савелия и покачнулся на валуне – И знать не должен. Он принял кружку и говорил как бы сам с собой- Она думает я в милицию побегу сразу. Нет не сразу. Я над ней сучкой поизгаляюсь. Она сначала под меня ляжет, а уж потом в милицию со всеми кто ее укрывал.

Клюев почти не морщась опрокинул остатки водки в себя, уставился ничего невидящими глазами, на Савелия и медленно сполз с валуна на гальку.

У Савелия на скулах заходили желваки. В голове все поплыло и он тяжело опустился на землю рядом с Клюевым, брезгливо откинув его согнутую в локте руку.

– Все пропало – пульсировало в голове мысль – Все кончено. Что же делать.

Но он уже знал, что делать. Решение уже созревало где-то в подсознании. Савелий внутренне сопротивлялся, но другого выхода не было. И дело не только в нем. Под угрозой было несколько близких ему людей.

Савелий медленно собрал остатки еды в тряпицу и положил в котомку. Туда же положил кружку. Пустую бутылку протер полой пиджака и засунул ее в карман Клюеву. Затем он внимательно осмотрел место где они с Клюевым сидели. Никаких видимых следов на прибрежной гальке не было видно. Окурки Клюева он не стал трогать. Савелий поднялся, прислушался и огляделся. Кругом было тихо. Пристань скрывалась за поворотом. Домов поселка не было видно из-за крутого косогора. Савелий закинул котомку себе за плечи, приподнял Клюева, подхватил его за пояс и поволок к мосту. Клюев что-то бессвязно бормотал и Савелий уловил только одну фразу:»Я ей суке покажу» «Как же, покажешь гаденыш вонючий»-зло дернулся Савелий – сволочь поганая» – он распалял себя- Парня сгубил и все тебе еще мало? – Савелий представил себе сжавшихся в углу в комнате Никиту, Анну, Клаву в ожидании своей участи и скрипнул зубами. Он подтащил Клюева к воде под мостом и сбросил его на землю. Клюев даже не открыл глаза. Только икнул. Выпустил слюну. Савелий вытащил у него из кармана бутылку еще раз протер ее и осторожно держась только за горлышко, сунул ее в руку Клюева и сжал его пальцы, оставляя отпечатки. Затем Савелий вернулся к валуну, взял клюшку Клюева и поднялся на мост. Здесь он еще раз осмотрелся и прислушался. Все было тихо. Над рекой стелился легкий туман. Кромка леса обозначилась узкой светлой полоской. Вот-вот должно показаться солнце. Хотя ночь была глубокой. Если ночью можно было назвать бледно-серые сумерки. А через час вообще будет светло.

Савелий прислонил клюшку Клюева к перилам моста и рядом поставил пустую бутылку водки. Потом он спустился вниз к лежащему Клюеву, приподнял его и потащил к воде. «Господи, прости меня грешного – шевелил губами Савелий – не корысти ради, ради спасения людей совершаю это».

Клюев вдруг зашевелился и задергал ногами,

– Ах, ты гнида – разозлился Савелий. Он забрел в воду почти по пояс и перехватив дергающегося и мычащего Клюева за ворот погрузил его в воду. Тело Клюева забилось, ноги заколотились поверх воды и поднятые брызги вымочили Савелия с ног до головы. Он стиснул зубы и погружал Клюева глубже и глубже в воду. Тот медленно утихал не в силах сопротивляться медвежьей силе Савелия. Пошли пузыри. Тело Клюева обмякло и затихло. Савелий с трудом разжал занемевшие пальцы и оттолкнул тело Клюева на середку речушки под мост. Здесь речка подпиралась Вычегдой и течения не было.

– Быстро найдут – подумал Савелий и тяжело дыша по воде прошел под мостом и вышел на берег на его другую сторону. Здесь он сел на траву и обессилено уронил руки на колени. Он безучастно смотрел на эти руки в сырых рукавах и у него возникло острое желание вымыть их. Савелий опять спустился к воде и стал мыть руки. Он мыл их долго, с песком, с галькой, как будто стараясь стереть с них кожу, только что касавшегося тела Клюева. Наконец нервное напряжение стало спадать. Савелий ополоснул лицо, тяжело вздохнул и направился березняком к бричке. Жеребец встретил его легким всхрапыванием. Савелий снял котомку, развязал ее, достал бутылку водки и вскрыв ее опрокинул в себя. В бутылке булькало, жидкость стекала по краям губ. Опорожнив добрую половину, Савелий вздохнул и прикрыл глаза, прислушиваясь, как внутри его растекался жар. Потом он достал краюху ржаного хлеба приготовленного Марией и разломив ее, стал кормить жеребца. Тот принимал хлеб толстыми мягкими губами и его большие карие глаза внимательно наблюдали за своим временным хозяином. Савелий погладил его за шею. – Ничего брат. Все образуется. Все пройдет- но Савелий понимал, что это не пройдет, что он еще долго будет ощущать в руках дергающееся тело Клюева и в глазах будет вставать и этот мост и эта речка. Савелий истово перекрестился на восходящее солнце, отвязал жеребца, забрался в бричку и направился в обратную сторону. Жеребца подгонять не стал. Тот и так застоявшись, бежал легкой рысью. «Подсушиться бы где-то надо – подумал немного захмелевший Савелий – А то и заболеть можно». Проехав километров пять он свернул в ближайший перелесок, нашел там небольшую полянку с густой травой и пустил жеребца попастись. Костер запалить не составило большого труда и скоро, раздевшись догола, Савелий сушил сырую одежду. «Как они там – думал он об оставшихся в Сольвычегодске – Извелись поди все».