Чтение онлайн

Весьма показательно (как возможная корректировка гипотезы К. Шмидта в сторону "двуглавости Т-образных колонн (и у каждой из голов своё лицо), то, что в Малой Азии в VII тыс. до н.э., и в Румынии в VI-V тыс. до н.э. (А. Голан "Миф и символ". 1994) изготов-лялись антропоморфные двуглавые (две головы на общем туловище (как сиамские близ-нецы)) статуэтки, которые, как представляется ("Древний человек и божество". Том 1. 2017), отображали Двуединое божество (слитность амбивалентных ипостасей Единого бога). Так (Ариэль Голан, Рис.293-4), у статуэтки божества (VI-V тыс. до н.э., культура "винча"), изображённого с двумя головами (на общем туловище) и одной парой грудей, правая из голов (очевидно, мужская) заметно крупнее левой. При этом (соответственно) под правой грудью изображены прямоугольники (символика бога-отца), а под левой - уголки (символика богини Неба, порождающей высокую, небесную воду). В Ханаане, в поселении Айн Гхасаль (докерамический неолит), "археологическом брате" Иерихона (по Гарри О. Роллефсону), в одной из ям найдены 11 статуй и бюстов, "из которых минимум две статуи и один бюст имели по две головы... Функция этих (двуглавых)... фигур, - по общему мнению, ритуального свойства; - полагает Клаус Шмидт (стр. 40), - но не вполне понятна".

Заметим, что у неандертальцев слитность Единого бога демонстрировалась тем, что в их святилищах овал (круг) - лоно богини матери, сооружался из множества фаллосов, а также и, видимо, позднее, - его андрогинностью. Вместе с тем, каждая из ипостасей Дву-единого божества была персонифицирована, как представляется, ещё в мустье, но не ам-бивалентна (как, к примеру, китайские "инь" и "янь"). Так, каковыми же они (ипостаси Единого бога и их проявления) представлялись в мезолите? Быть может, Т-образность навершия (двойная "голова") и символизировала амбивалентность божества?

В результате раскопок выявлено, что в Гёбекли Тепе внутренние (серединные) Т-образные колонны ориентированы навершиями на юго-запад (входы же в святилища - на юго-востоке), и "сплошь покрыты" вырезанными изображениями: обнаженной женщины в окружении змей; рельефом получеловека-полульвицы; птиц - цапель, уток, грифов (один гриф изображён со стилизованными крыльями, в каждом из которых по четыре зигзагообразных "пера"); пчелы, газели, рыбы, скорпиона (всё выше перечисленное - традиционная символика Великой богини-матери); лисицы; а также быка, льва, змеи и кабана (символика культа бога-отца), т.е. амбивалентность Единого Бога засвидетельствована графически (найдены и рельефы осла). На некоторых мегалитах (колоннах) сохранилась краска цвета красной охры (которая может быть связана с проведением обрядов возрождения (погребений в храме не найдено)). Обнаружены также абстрактные пиктограммы священных символов и изображения "странных" человекообразных существ.

Обратимся к знакам и эмблемам, которыми столь богаты колонны (столбы) храма в Гёбекли Тепе. Представляется, что по характеру росписи внутренних Т-образных колонн отдельных святилищ и их (столбов) конфигурации можно попытаться идентифицировать, к какому началу (проявлению Единого ога) они (конкретные колонны) соответствуют.

Так, из представленного выше рисунка (центральный столб 2, "Сооружение А"), яв-ствует, что эта срединная колонна плавно сужается к низу, а её навершие, выполненное в виде шляпки гриба, несомненно, изображает только одну голову (колонна фаллическая). Показано, что на одной из её широких сторон изображён лев (на иных сторонах колонны (см. ниже) также представлена исключительно "мужская" символика). Таким образом, данная колонна может отображать образ только бога-отца.

Приведём (частично) сакральную символику другой из срединных колонн, - пред-ставим переднюю сторону (под навершием) центрального "Столба 33", (К. Шмидт "Они строили первые храмы". 2011. Рис. 91; 92). Здесь показаны два "бордюра" (ширина каждого - четверть всей ширины колонны), идущие по её краям сверху вниз вдоль всей передней щирокой стороны. Между "бордюрами", на слегка заглублённой поверхности, изображены (первые, визуально отчётливо различимые) ползущие сверху вниз 2, а ниже - 4 змеи (показано 3 головы), под ними помещён знак "Н" (с широкими боковинами), а ниже изображёно насекомое, двигающееся вверх, по мнению археолога-первооткрывателя К. Шмидта, - паук.

Приведённые слева направо упомянутые выше изображения, адекватны их располо-жению на колонне сверху вниз.

Представленные здесь ("Столб 33") эмблемы, согласно архаичной сакральной сим-волике, соотносятся исключительно с культом Великой матери, богини Неба (см. ниже); а знак "Н" - эмблема перманентности "священного брака" Матери и Отца.

На центральных колоннах иных святилищ также обнаружены разнообразные наборы символики. Заметим, что в этих сочетаниях знаков, вырезанных на камне, несомненно, приведённых и расположенных намеренно (и навечно), даже усматривается протописьмо (как представляется, эти наборы знаков (графемы) - моления человека мезолита о чём-то непреходящем).

Отметим, что здесь символика нижнего рядя (центральный "столб 1 Сооружения А") также соотносится только с культом Великой матери и содержит две эмблемы "священного брака". И поскольку центральный столб (колонна) 2 ("Сооружение А") представляет бога-отца, то центральные столбы святилища "А" должны изображать богиню-мать и бога-отца (не амбивалентных).

Так, графема (совокупность знаков и эмблем нижнего ряда) может быть прочтена как моление, возносимое к Великой матери, богине Неба, с тем, чтобы в сезон (в период), когда она превращается из молодой "пчелы" (три крыла) в старую, более крупную и четырёхкрылую (аналогия: кельтские Великая богиня Бригит и умирающий бог плодородия Эзус молоды весной и стары глубокой осенью (а Эзус даже умирает)), она сама бы (Небо) не только инициировала перманентный священный брак (знак "Н" с коль-цом), но и бог-отец, бог Земли (знак "Н" со "стержнем"-фаллосом) жаждал того же, дабы безграничное небо-лоно богини-матери (широкое кольцо) породило (змеи выходят из кольца) неисчерпаемый запас высокой, небесной, воды (дождь и роса) на небосводе ("решётка"), постоянно возобновляемый порождающей воду ("небесное молоко") богиней-матерью (и тогда охотники-собиратели будут сыты и счастливы).

Продолжая вышеизложенное, отметим, что верхний ряд (из двух приведённых) со-держит символику и бога-отца, и богини-матери, а также знак "Н" и эмблему амбивалент-ной Луны. Следовательно, данная центральная колона святилища должна отображать ам-бивалентных либо бога-отца, либо богиню-мать. Вторая центральная колонна этого свя-тилища должна быть адекватна первой.

Изображения же на обоих "бордюрах" (центральный "Столб 33"), практически, идентичны. В их самом верху изображено нечто плохо распознаваемое (что-то в вроде сетки). Ниже же на "бордюрах" (с обоих краёв рассматриваемой стороны колонны) пока-заны вертикальные столбцы компактно (плотно) уложенных уголков (по 14 шт. (как 2 по 7) в каждом "бордюре"), вершинами вверх; а под ними (на уровне основания Н-образного символа в середине) - расположены вертикальные ряды расположенных горизонтально и параллельно 10 голов больших змей (на левом "бордюре" головы заметно крупнее). Та-ким образом, "бордюр" Столба 33 демонстрирует исключительно хтоническую символику, вероятно, связанную с сезонными губительными ливнями (см. ниже). Уместно отметить, что хтоническая символика представлена и на центральном столе 1 "Сооружения А", - на его передней стороне изображено (в общей сложности) 5 змей. В "Сооружении С", на столбе 12 стены, показано пять птиц, а на верхней грани навершия, к примеру, столба 10, сделано 5 "чашечных" углублений (символика богини-матери).

Итак, несомненно ("Древний человек и божество". Том 1), что все изображённые на объектах храма Гёбекли Тепе животные, рептилии и насекомые соотносятся с мезолити-ческим видением образа Двуединого божества и его ипостасей. Однако, насколько из-вестно, с неолитичеким образом бога-отца (и его эпифаниями) насекомые не соотносились (сопоставлений не выявлено (в эпоху же постнеолита у египтян только жук-скарабей символизировал бога Хепри)), а в качестве неолитических эмблем некоторых определённых эпифаний Великой богини употреблялись только скорпион и пчела. У изображённого же на "Столбе 33" насекомого ("паука") усики (рожки) пчелы, да и обнаруженные на центральном "столбе 1 Сооружения А" (см. выше) насекомые - однозначно пчелы, но не пауки (пчелы с тремя и с четырьмя (первая пчела) парами крыльев в виде уголков).

Далее (ниже пчелы) на колонне ("Столб 33") показаны ползущие вниз 3 довольно длинные и большие (во всю ширину поверхности между "бордюрами") змеи (изгибаю-щиеся синфазно). Ещё ниже, под змеиными головами (в плане - как усеченные конуса) показано "миниатюрное, смотрящее влево четвероногое животное", предположительно (К. Шмидт) овца (жертвенная), под которой вновь показана пчела (с четырьмя парами крыльев), летящая вверх.

О том, что в эпоху мезолита змея являла собой также и эмблему женского проявления Двуединого божества, свидетельствует центральный "столб 1 Сооружения А" (святили-ща). Здесь вверху столба изображена сетка (решётка) из переплетённых змей (см. выше): верху "сетки" показано 8, а внизу (на нижнем крае сетки) 9 (как 3 по 3) змеиных голов (т.е. данная "сетка" - атрибут культа исключительно Великой богини (как известно, змеи размножаются и откладывая яйца, и как живородящие, - быть может, поэтому богиня-мать и соотносилась со змеёй)). Так, на Кавказе (и, вероятно, в Анатолии) ещё в эпоху бронзы (III-II тыс. до н.э.) земная вода и зародыши растительности вдоль неё (вдоль текущей воды) символизировались "волнистым" (ползущим) змеем и точками (маленькими кружками) с двух сторон его тела (на графеме (Ариэль Голан; Рис. 133-1) показана ползущая (справа налево в плоскости рисунка) змея в виде плавной "ленточной" синусоиды с шестью (как 2 по 3) закруглёнными mах (максимами) и шестью min (минимами)), Вдоль тела змеи, сверху и снизу (между экстремумами волны) расположено по 5 маленьких кружочков/колец (всего 10). Подобная же картина изображена и на сосуде Рис. 133-6. Заметим, что на более раннем (Малая Азия, VI тыс. до н.э.) круглом сосуде (Ариэль Голан, Рис. 133-8) показана замкнутая зигзагообразная (из равных уголков) горизонтальная "ленточная" линия с подобным же (как на Рис. 133-1,6) образом расположенными маленькими дисками с точкой в центре каждого (графема символизирует дождевые тучи, покрывшие (затянувшие) всё небо (беспредельную "грудь" Великой матери) и зародыши растительности, порождённые на небосводе (под уголковой линией показаны горизонтальная и волнистая линии (полосы-ленты) - высокая, небесная вода)). Таким образом, волнистая решётка (сетка) из змей (здесь 8х9), может символизировать неисчерпаемый запас высокой, небесной, воды (дождя и росы) на небосводе, постоянно возобновляемый порождающей (вследствие регулярного священного брака) воду ("молоко небес") богиней-матерью.

Позднее же змея обычно соотносилась преимущественно с эпифаниями бога-отца (хотя и связь с водой сохранилась). Так, китайский дракон ("небесный" Змей) - владыка водной стихии. В Индонезии рогатый змей - хозяин земли и водной стихии. Речной др.-греч. бог Ахелай в поединке с Гераклом оборачивался змеёй. Шумеро-аккадский бог - Змей Энки (одно из проявлений этого великого бога), - владыка пресных вод.

Следует отметить, что о лисе, как о сакральной эмблеме, известно довольно мало. Так, на кудурру (убейдских межевых камнях), соотносимых с богом-отцом как с богом Земли (см. выше), изображались лисы (К. Шмидт). В одном шумерском мифе лиса играет роль посланницы бога Неба Ану к рассерженной супруге, т.е. лиса "близка" богине, и по-этому та примет и выслушает лису. Весьма информативна печать (Клаус Шмидт. Рис. 98) из Тепе Гияна (южнее Хамадана). Здесь на одной стороне печати (позднехалафский период) изображены козёл (есть признак пола) и коза (слева), стоящие (вид сбоку) близко мордами друг к другу. Примечательно, что над козой (с левой стороны) показана лиса (схематически, но узнаваема). На другой стороне этой печати показаны (схематически) в зооантропоморфном виде (с руками, ногами и туловищем): справа - человеческая фигура с фаллосом и головой козла - бог-отец; показано, что он уходит (вправо) от богини-матери, изображённой слева (такая же как и у бога-отца фигура, но без фаллоса), вокруг же её козлиной головы "порхают" две бабочки (она - богиня Неба), а за её спиной (в левой части рисунка) находится всё та же лиса. Очевидно, что "священный брак уже состоялся": между фигурами расстающихся богов, посредине, помещена рептилия, лапы которой раздвинуты в стороны, - весьма напоминает распластанную ящерицу (эмблема плодовитости), т.е. графема повествует, что богиня-мать "понесла". Итак, на данной печати лиса явно соотносится с культом Великой матери.