Чтение онлайн

– Вот вы под руку сказали, что мы громко кричали в раздевалке, и я, когда шла с подругами к платформе, поскользнулась и упала в лужу.

Нещадимов увидел, что у нее пальто действительно было мокрое.

– Поверьте, я меньше всего хотел вашего падения в лужу.

В этот момент подруги отвлекли ее, и продолжить разговор у него не получилось. Через несколько минут электричка прибыла к вокзалу, и все вышли из вагона. В толпе он неожиданно потерял ее из виду. Сбежав в метро по эскалатору, увидел на платформе голубоглазую девушку и подошел к ней. Они познакомились, и Нещадимов проводил ее домой. Случайная встреча стала судьбоносной для них обоих.

Группировки, занимавшиеся валютными преступлениями, имели сложное структурное построение с разделением функциональных обязанностей. Некоторые члены подобных формирований были вооружены огнестрельным оружием. В процессе скупки валюты у иностранных туристов вели контрнаблюдение. Располагали разветвленными связями с туристическими организациями, пунктами обмена валют, администрацией гостиниц, где останавливались иностранцы, продавцами сети магазинов «Березка». Гиды сообщали «валютчикам», когда и где будут проводиться экскурсии с группами туристов. Для этой публики в основном интерес представляли граждане Западной Европы, США. С японцам старались не связываться по причине традиционной правопослушности.

Официальный курс доллара США в Советском Союзе составлял 65–75 копеек. Наибольший интерес для фарцовщиков представляли доллары, фунты стерлингов, немецкие марки. К примеру, доллары они скупали из расчета один к двум с половиной – трем рублям. Поэтому иностранцам было выгодно продавать валюту нелегально. Затем сбывали ее в основном через туристические агентства гражданам, выезжающим за границу либо желающим приобрести импортные вещи в магазинах «Березка» по цене один доллар США за пять рублей. По информации работников гостиниц, «валютчики» приходили в номера, где проживали состоятельные граждане США, Англии, Франции, Италии, и покупали валюту, как правило, в крупных суммах.

Для усиления борьбы с данными правонарушениями в структуре МУР ГУВД города Москвы, а затем и в управлении уголовного розыска Ленинграда создается спецслужба. Чаще всего фарцовщики скупали валюту у иностранных граждан, прибывавших большими группами в места осмотра достопримечательностей. Оперативники в основном старались задерживать подозреваемых в момент ее приобретения.

В целях обеспечения своей безопасности они осуществляли контрнаблюдение за происходящей ситуацией. Чтобы избежать задержания с поличным, в карманах делали дырки. При этом руку с зажатой в кулаке валютой держали в кармане. Если к фарцовщику подходили оперативники или люди, вызывающие у него какое-либо сомнение, он разжимал кулак, и доллары либо фунты или марки падали на землю. Доказать причастность подозреваемого к выброшенной валюте было практически невозможно. В таких случаях составлялись соответствующие протоколы, и иностранные денежные средства как бесхозные сдавались в доход государства.

Иногда со стороны отдельных сотрудников в подобных ситуациях допускались злоупотребления. Найденная таким образом валюта могла не в полной сумме сдаваться в бухгалтерию управления либо вообще не сдаваться. В основном по причине отсутствия учета данной работы как показателя оценки деятельности оперативников. В то же время для составления необходимых документов требовалась определенная затрата времени. При обнаружении у фарцовщиков небольшой суммы, не подпадающей под уголовную ответственность, если кто-либо произносил фразу «давайте разойдемся красиво» и противоположная сторона не возражала, валюта изымалась без оформления протоколов. Однако не было установлено ни одного факта коррумпированных связей фарцовщиков с работниками правоохранительных органов. В этом и заключается одно из основных отличий ранее действовавших преступных группировок от появившихся впоследствии организованных формирований.

Лица, занимавшиеся спекуляцией промышленными товарами чаще всего иностранного производства, имели связи с работниками торговых сетей, спортсменами, артистами, часто бывавшими за границей, гражданами, работавшими за рубежом. Артисты цирков, выезжавшие на гастроли в зарубежные страны со своим хозяйством на грузовых автомобилях, купленные вещи прятали между двойными стенками бортов прицепов и перевозили через границу. Спекулянты данную категорию граждан встречали в аэропортах, вокзалах, на таможенных постах и сопровождали до места прибытия, где скупали товары, в том числе ранее заказанные. Другие участники группировок осуществляли продажу купленных вещей чаще всего около комиссионных, валютных магазинов, в гостиницах. Цена на товары у спекулянтов, как правило, превышала в два-три раза реальную их стоимость.

Советским гражданам, работавшим за границей, платили зарплату чеками Внешпосылторга (ВПТ), за которые в сети фирменных магазинов «Березка» можно было купить импортные товары. Спекулянты скупали чеки ВПТ один к двум – двум с половиной рублям и на них приобретали различные товары для перепродажи по завышенным ценам. Особым спросом пользовалась импортная радиоаппаратура.

С целью повышения эффективности противодействия спекуляции, приобретавшей масштабный характер, в феврале 1981 года в Уголовный кодекс РСФСР вводится статья 156-3 – нарушение правил торговли. Она предусматривала за продажу товара со складов, из подсобных помещений предприятий торговли, наказание в виде лишения свободы сроком до одного года. За подобные действия, совершенные в крупных или особо крупных размерах, наказание было более суровым. Виновный мог лишиться свободы до десяти лет с конфискацией имущества. Принятая правовая норма перекрыла возможности спекулянтам скупать товары, минуя торговую сеть, через склады и подсобные помещения.

Однако эта публика сразу переориентировалась и начала действовать по-другому. Через работников торговли узнавали о продаже дефицитного товара, заранее подъезжали к таким магазинам, занимали в числе первых очередь, а затем скупали его по возможности в больших количествах.

В то время в Москве повышенным спросом стала пользоваться импортная видеотехника, которая реализовывалась в основном через сеть специализированных магазинов. Директор универмага «Березка», расположенного на Сиреневом бульваре, осуществлявшего торговлю на чеки ВПТ, сообщил Нещадимову, курировавшему торговые предприятия этой фирмы:

– Валерий Михайлович, добрый день. Это Степанкович из «Березки».

– Здравствуйте, Борис Маркович.

– Нам завезли большую партию различной радиоаппаратуры японского производства, и в субботу утром начнется реализация. Вы приедете?

– Пока не знаю. Но, скорее всего, что нет.

– Если приедете заходите ко мне, я буду с утра на работе. До свидания.

– Всего хорошего.

За полчаса до начала торговли группа оперативников управления БХСС Москвы прибыла на место. Оставив машины на некотором расстоянии от универмага, сотрудники, изображая гуляющих людей, направились в сторону «Березки». Еще издали они увидели перед входом в магазин очередь примерно из сорока человек. В толпе трудно было разобрать, кто из присутствующих спекулянт, а кто обычный покупатель. По опыту оперативники знали, что в числе первой десятки, как и положено, находились их клиенты. В отличие от других граждан они покупали каждый вид аппаратуры, пользующейся наибольшим спросом, по максимуму. То есть по два экземпляра. Затем некоторые из них снова становились в ранее занятую очередь. За взятки заведующий секцией знакомым перекупщикам продавал аппаратуру свыше установленной нормы.

Когда открылся универмаг, заблаговременно прибывшие сотрудники седьмой службы начали проводить негласную фотосъемку процесса скупки товара первой десяткой покупателей. По причине соблюдения конспирации оперативники, как правило, поддерживают связь только с бригадиром разведчиков. При этом весьма редко знают в лицо сотрудников, осуществляющих скрытое наблюдение.

Высоким уровнем профессиональных качеств разведчика обладала одна из сотрудниц службы, работавшая в этот день. Было ей около сорока лет, одевалась она всегда неброско, даже простовато. Всем своим видом давала понять окружающим, что ее внимание сосредоточено не на интересующем объекте, в данном случае – ажиотаже вокруг радиоаппаратуры, а на ассортименте товаров магазина либо чем-то другом. Движения ее были спокойными, как бы усталыми. Никакого подозрения о причастности к спецслужбе она не вызывала. Со стороны казалось, что дама случайно зашла в магазин и разглядывает товары, не обращая никакого внимания на происходящее. Тем временем она мастерски вела скрытое фотографирование объектов, представляющих оперативный интерес, двумя фотоаппаратами. Один, как обычно, у женщин-разведчиц находился в сумочке, второй был замаскирован под пряжку пояса на платье.

Примерно через три часа работы напарник спросил у Нещадимова:

– А что, «седьмой флот» уже закончил свою работу?

– Да нет, еще продолжает трудиться.

И он кивком головы показал на даму, безучастно стоявшую с безразличным видом рядом с толпой.

– Кончай прикалывать. Она просто зашла сюда поглазеть, увидев очередь на входе.

После окончания мероприятия в кабинете напарник все же вернулся к этому вопросу.

– Валерий Михайлович, та дама, которую ты мне показывал, была действительно из «наружки»?