Чтение онлайн

С Лизой — Артём познакомился месяца четыре назад, когда зашёл в крошечное кафе "Бриз" сожрать что ни будь и выпить чашку — другую кофе. Вопреки ожиданиям кафе — оказалось очень приличным и майор решил в нем задержаться. Выходить на холодный и влажный ветер В этот момент он увидел Лизу. Та, вихляя попкой направляясь к его столику, неся меню и лучезарно улыбаясь. Как там пел Шнур — " Вот она блестит лучами, освещая корд лучами…."

Женщин в жизни Артёма — было предостаточно, молодой, не женатый офицер — не пьющий и не курящий с солидной зарплатой и перспективами карьерного роста. Завидный жених. Артём — это знал и обременять себя узами брака- не торопился. Хватало коротких свиданий с последующими соитиями на съемных квартирах или гостиницах. Пылких барышень с предложениями "обустроить" его холостяцкую жизнь, Артём аккуратно отшивал, особо настырных- отправлял прямиком по известному всем на Руси — адресу. То есть нах….

Но Лиза…Лизка — была какой то другой. Слепленной из другого теста. В ней сочеталось решительность и беззащитность одновременно.

— Что заказывать будите, господин майор? Спросила девушка, кладя на скатерть перед ним раскрытое меню. Артём был в полевой форме и надо было напрягать зрение, что бы найти звёздочку цвета хаки на тёмно зелёном погоне.

— Вы разбираетесь в погонах? Спросил Артём, разглядывая девушку в упор.

— Да разбираюсь. Сама слу…Здесь Лиза стушевалась, замолчала и поджав губы — отошла от его столика.

Резкая перемена в поведении игривой официантки — удивила Артёма. Пока до него не дошло. Если она служила — а сейчас бегает с подносом, значит из спецпереселенцев. ссыльная, короче.

Кому в правительстве пришла в голову здравая идея ссылать пожизненно на Дальний Восток осужденных за экономические преступления — было Пшеничному неизвестно, но идея была правильной. После Ноябрьской Революции — дальневосточные и сибирские регионы стали оставлять у себя большую часть налогов, выяснилось, что деньги в регионах есть — работать почти некому. На верху в свою очередь, столкнувшись с вопиющей нехваткой рабочих рук на Дальнем Востоке и Сибири — осознав, наконец цену низкой эффективности бесплатного, рабского труда зеков- пошли на радикальное решение этого вопроса. Осуждённым вместо полновесных сроков — предлагали свободу, ограниченную пределами Дальнего Востока. Предлагали начать жизнь- с нуля. Подавляющее большинство — соглашались. В итоге — от Иркутска до Петропавловска- Камчатского на восток хлынул поток "бывших".Пойманные за руку Бывшие — чиновники всех уровней, налоговые, торговые, санитарные инспекторы, менты и фейсы из ОБЭПов и СЭБов, таможенники, судьи, прапорщики и тыловики, менеджеры лопнувших госкорпораций, мошенники, продавцы "палёной" водки и левых джинсов. Сотни тысяч, миллионы людей… Никакого конвоя или принудиловки — новоприбывшие, сталкивались перед простым выбором. Либо работать своими руками- либо подохнуть от голода и холода… Сладкие и хлебные места, изначально заняты местными кадрами. Отношение простого народа к небожителям, известно очень хорошо, на подаяние бывшим, тоже рассчитывать — не приходилось. Пришлось- вкалывать. Без дураков, по- настоящему. За маленькую зарплату, на очень тяжёлой работе… Девять десятых ссыльных — сразу заняли ту нишу, которую они и должны были занимать не попади они в менты или таможенники. Стали обычными, не шибко квалифицированными, но исполнительными работягами. Ибо лентяи- здесь не выживали. физически. Нет работы — кормить никто не будет… Со временем они, должны были пустить на месте ссылки корни, обзавестись семьями — и стать местными. Такая вот- "принудительная колонизация". Оставшиеся, десятая часть спецпереселенцев- была интересным материалом. Получив, совершенно неожиданно- второй шанс выбиться "в люди"- они вцепились в этот шанс бульдожьей хваткой. Работали сутками, затем пытались открыть собственное дело, прорваться обратно, наверх. Некоторые прорывались. Один полковник- гаишник, погоревший на оформлении угнанных тачек, отработав год вальщиком леса, неожиданно вспомнил, что окончил автодорожный техникум. Через год — он уже был главным механиком лесхоза, а ещё через три — заместителем директора крупной лесопромышленной компании по техническим вопросам.

Хозяин кафе "Бриз",где работала Лиза — Олег Варин, коренастый седовласый мужик, принадлежал к той же, редкой бульдожьей породы "бывших"-пробивающихся наверх несмотря на удары судьбы. Когда то, Варин, носил мундир милицейского полковника и трудился не покладая рук, в ОБЭП Кировского УВД, города Санкт-Петербурга. Наработал полковник таким образом- на четвертак с конфискацией и поменяв мундир на робу — убыл в славный Хабаровский край. На встречу новой жизни…Ему повезло- Варин, попал в первую волну спецпереселенцев и урвал свой кусок. Отработав три года в тайге, на промысле грибов и ягод — он открыл кафе. Денег скопил, буквально перебиваясь на хлеб и воду, но кафе "Бриз"-тут же стало лучшим в округе. Как никак- Варин, по питерским кабакам походил изрядно и попытался сделать "Бриз" — приличным местом, несмотря на глушь. Тогда же, Варин встретил Лизу Корзун- бывшую работницу псковской таможни, попавшейся на взятках вместе со всем отделом. К моменту встречи с Вариным, Лиза работала на ферме — убирала навоз, за коровами и свиньями местного олигарха Угольникова. Как бывший мент, разглядел красавицу в чумазой замухрышке — одному Богу известно. Но через неделю- Лиза уже работала администратором в его кафе. Ну и спала с ним, конечно. Законная супруга Варина- едва узнав о сроке и пожизненной ссылке, тут же разорвала с ним все отношения и запретила общаться с детьми.

Артёму — Лиза то же запала в душу. Крепко запала. А пластуны — не те люди, что бы откладывать дела на потом — если можно их сделать сейчас.

— Ты во сколько заканчиваешь, Лиза? Я — тебя встречу. Утвердительно сказал Артём, заранее понимая, что девушка начнёт артачится.

— Нет, что вы, господин майор …Громко сказала девушка и отрицательно покачала головой. А в васильковых глазах, прыгали дикие, озорные чёртики…Мол майор — рискни.

Пшеничный — рискнул. Навел кое какие справки о месте, где она работает с кем живёт и через неделю подкатил на своём праворуком дизельном рыдване ISUZU BIGHORN.Этот внедорожник он купил здесь, на Дальнем Востоке — взял старичка, эксплуатировал его нещадно, в надежде его добить раньше, чем его отзовут обратно, на Северный Кавказ.

Открыл дверь, в руках букет роз, купленных в Хабаровске, подвалил к Лизе, взял за локоток и сказал

— Прыгай в машину. Вещи собирать не надо, я тебе новые куплю.

— Ааааа…работа??? Отвесив челюсть, спросила Лиза???Жить на что буду???

— Не боись. Всё схвачено. Будешь у нас работать. На территории части — вольнонаёмной. Я уже всё обкашлял…

Так в его холостяцком жилом блоке, появилась королева. Жизнь потекла в другом ритме — но Артём чувствовал, что опрокинутый через хрен, Варин — это дело так не оставит.

Встретили его сегодня, спустя четыре месяца после того, как Лиза стала жить у него. На выезде из Князь- Волконского, джипу Пшеничного перегородили дорогу, два "сотых" "Круизёра". На дорогу вышло шесть человек. Депутат Угольников и пятеро подручных. Варина- естественно не было. За него вписался колхозный олигарх….

— Майор, ты не хорошо поступил. Так дела не делают. Ладно Варин- тварь бессловесная, но Лиза и у меня работала. Ты её просто забрал — мне Варин, за неё денег должен…Две штуки баксов..

— Ты не офуел часом- бродяга? спросил Пшеничный вылезая из машины. — Куда лезешь, болезный? Не твое собачье дело, кто с кем живёт..

— Это тебе так кажется, майор. Злобно оскалился Угольников. Интересно, что скажет прокуратура, узнав о похищении человека — военнослужащим? Вот…Угольников помахал какой-то бумажкой.

— Заявление, о похищении. Она хоть и ссыльная — а права у ней есть…Прикинь майор, что тебе твоё начальство скажет. Ведь проверка прискочит- всю бригаду раком поставят…И никто не обратит внимание — что это заявление, полная лажа…Пока разбираться будут. Да и зачем она тебе- чего карьеру ломать?

Здесь Угольников, как в воду глядел. Едва Лизавета, стала с ним жить- так майора вызвали в отдел контрразведки бригады. Бригадный особист — майор Игорь Панкратьев, хоть и был свой в доску парень, тоже из "кавказцев",не раз ходивших с терскими пластунами "за речку",но службу свою знал туго.

— Ты Артём, на фиг сюда, в бригаду, ссыльную приволок? Гостиниц мало?

Пшеничный набычился и веско ответил

— Тебе что? Есть что-то конкретное, предъявляй. А так, чего лясы точить?

— Артём, если контрразведка — тебе что то предъявит. в другом месте говорить будем…

— Ну раз нечего…Тогда я пойду…Ага…И вышел из кабинета особиста.

Пшеничный сплюнул на обочину и сделал шаг, в сторону перекрывших дорогу крепышей.

— Не дури, майор. Она того не стоит…Миролюбиво попросил Угольников. Мужик он здоровый и не из трусливых. Стоит на ногах крепко, с одного удара не сшибёшь.

Ещё один шаг, ещё полшага, вот уже вся кодла, на расстоянии вытянутой руки. Где ни будь на Юге Руси или в Центре, никто не посмел бы "забить стрелку" армейскому офицеру и угрожать. Но здесь — восточная окраина Руси, закон-тайга, прокурор- медведь и люди соответствующие.

Хрясь! Угольников прервал свою речь, запрокинул голову и стал валится на руки своих шестёрок

Что то взорвалось в боку, здорово пнули…Больно как, сука!!!

Руку в карман, блеснула остро отточенная сталь, "последний рубеж обороны"- немецкий складной нож, отличный "золингеновский". Секущий удар по ляжке ближайшему бычку в спортивном костюме — попрыгай на одной ножке, урод.

Тут Артём пропустил прямой удар в переносицу- аж искры из глаз. Отмахнулся ножом, вслепую, зацепил что-то мягкое. Противник взвизгнул.