Чтение онлайн

Несмотря на то, что в 1931 году было собрано зерна на 16% меньше чем в предыдущем году, но в 1931 году доля хлебозаготовок по сравнению с предыдущим годом значительно возросла и составила 32,9% от валового сбора (в 1930 г. была - 26,5%). Падение цен на сельхозпродукцию на мировых рынках Сталин пытался компенсировать увеличением количества экспортного зерна. То есть, несмотря на падение урожая, Советская власть старалась собрать зерна в количественном выражении столько же, как и в предыдущем году, и в 1931 году продала за границу зерна больше, чем в предыдущем году - 5,2 млн. тонн. То есть колхозам власти оставили зерна намного меньше, чем в предыдущем году. Учитывая, что в колхозах семенной фонд является «священным», неприкасаемым, то в результате получилось, что Советская власть уменьшила долю зерна крестьянам, снизила количественное наполнение зерном их трудодня, и отоваренных осенью трудодней может не хватить на пропитание до следующего лета... И мы наблюдаем, как ещё с одной стороны ситуация приближалась к голоду. На этом этапе уже было понятно, что если подобные тенденции сохранятся или даже будут усугубляться, то это может привести в ближайшие годы к ужасной трагедии - к массовым голодным смертям.

В конце 1931 года Сталин решил ужесточить режим для спецпереселенцев, чтобы получить от них больше пользы, увеличить их производительность труда - 29 декабря 1931 года был издан циркуляр замначальника ГУЛАГА Б. Д. Бермана, который запрещал спецпереселенцам отсылать к родным на волю своих детей. Советские власти опасались, что без детей спецпереселенцам будет легче устраивать побеги, к тому же - измотанные, затретированные спецпереселенцы, потерявшие смысл жизни, будут плохо работать, не с полной отдачей или могут прибегнуть к одной из крайних форм протеста - отрешенно махнуть на всё рукой и «забить на всё...».

Как это мрачное пагубное настроение потери смысла жизни и молчаливого сопротивления властям будет распространяться не только на спецпереселенцев, но и на крестьян и колхозников, мы будем наблюдать в следующей главе.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

1932 год. Начало голода. Глубинные движения троцкистов

В 1932 году нормы продовольствия были ещё больше урезаны. В некоторых городах норма хлеба для работников доходила до 200 грамм в день на человека. Дефицит продовольствия усугубился до такой степени, что в 1932 году были введены карточки даже на картофель. Если в начале этого года на 16 % были снижены поставки продовольствия для Красной армии, то это уже говорило о серьёзности ситуация, опасности, и даже возникал вопрос - в самом ли деле осенью 1931 года был собран урожай зерна в 69 млн. тонн или всё-таки меньше?.. Не присутствует ли в озвученной цифре пропагандистская политесная составляющая?.. Наступил самый тяжелый период коллективизации.

Спрос на продовольствие в городах стремительно увеличивался, потому что огромное количество крестьян с семьями убежали в города, и вместо того, чтобы производить хлеб себе и рабочим, стали его потреблять. За период 1929-1932 гг. городское население в СССР увеличилось на 12,4 миллиона человек. Это значит, что с учетом новорожденных в городе, - как минимум 11 миллионов человек перестали производить продовольствие и стали его только потреблять. В результате этого возрастающего спроса и низкого урожая 1931 года Сталин был вынужден снизить экспорт зерна с 5,2 млн. тонн (в 1931 году) до 1,73 млн. тонн в 1932 году, то есть - в три раза, и усилить, ужесточить продзаготовки в деревнях. В январе 1932 г. Сталин и Молотов в телеграмме С. Косиору и членам Политбюро ЦК КП(б) Украины потребовали обязательного выполнения планов хлебозаготовок:

«Положение с хлебозаготовками на Украине считаем тревожным. На основании имеющихся в ЦК ВКП(б) данных работники Украины стихийно ориентируются на невыполнение плана на 70-80 млн пудов. Такую перспективу считаем неприемлемой и нетерпимой».

26 января 1932 года состоялся суд над арестованным 21 июня 1930 г. ученым-аграрником Александром Васильевичем Чаяновым по сфабрикованному делу так называемой «Трудовой крестьянской партии», который в 1917 году в ранге доцента написал понравившуюся большевикам брошюру «Что такое аграрный вопрос?», а в 1922 году основал Институт сельскохозяйственной экономики и был его директором до 1928 года. Коллегия ОГПУ осудила Чаянова к 5 года лагерей, а в1937 году Советская власть передумала - и учёного расстреляли.

В момент кризиса коллективизации взгляды Чаянова были актуальны, неприятно шли в разрез с политикой властей, и, похоже, жизнь показывала правоту Чаянова, который ратовал за национализацию земли, за сдачу её крестьянам в аренду на длительный срок, за коллективное ведение хозяйства, но в виде кооперативов, интегрированных вертикально: от земли до рынка, минуя государственные заготовительные организации.

У Чаянова была своя классификация крестьянских хозяйств в зависимости от размеров и привлечения наёмного труда: 1) капиталистические, 2) полутрудовые, 3) зажиточные или семейно-трудовые, 4) бедняцкие, 5) полупролетарские, 6) пролетарские. Последние две категории нанимались к первым двум, но к 1932 году первые две категории были уничтожены, а последние две привычно нанялись на работу к государству - в совхозы и колхозы, туда же перешла на работу без особых моральных и материальных потерь четвертая категория - бедняки. К 1931-1932гг. осталась проблемной 3-я категория - крепкие середняки или «зажиточные или семейно-трудовые», которых было большое количество и которые были теперь самые проблемные для власти, ибо они не хотели идти в колхозы и совхозы, цеплялись за свою землю, за свой труд, за свой семейно-трудовой уклад жизни и за свой смысл жизни.

Эту категорию крестьян Чаянов и имел в большей мере в виду, когда подчеркивал, что отличие наших крестьян от западноевропейских в том, что западные стремятся к прибыли, а наши к производству большего количества продукции - чтобы в первую очередь обеспечить достойный сытный уровень жизни нескольким поколениям своей родни, рода и обеспечить им перспективу перехода в вышестоящие категории крестьян и даже в городской служилый класс. Поэтому, подчеркивал Чаянов, наши крестьянские хозяйства имеют «исключительную выживаемость». Вот теперь наступили для этих крестьян самые тяжелые испытания на выживаемость.

В январе 1932 года редакция газеты «Правда» направила бригаду своих журналистов по стопам Василия Розанова - в Молдавию («Са-харну»). В. Розанов в начале 20-го века был потрясен увиденной жесткой эксплуатацией местными еврейскими дельцами молдавских крестьян;

теперь же советские журналисты из столичного «бомонда» были шокированы - увидев в деревне более горестную картину. Будучи уверены, что «на верху» не знают, что вытворяют их комиссары «в низу», вернувшись в Москву, эти журналисты 10 февраля 1932 г. направили Сталину, Кагановичу и Постышеву письмо о кошмарах хлебозаготовки в Молдавии, описав примерно ту же картину издевательств, что и Шолохов Сталину: жестокие обыски, незаконные аресты, пытки, избиения с увечьями и т.п., в результате - многие крестьяне, побросав свои хозяйства, убегали семьями в Румынию. Журналисты переживали, что если жестокие безобразия будут твориться и дальше, то сеять в молдавских деревнях будет некому.

Посевная кампания 1931 года была проведена плохо, а в 1932 году ещё хуже - незасеянными были примерно 20-25% посевных площадей, и эти площади были сильно «натянуты», потому что: 1) зерна на гектар засевалось намного ниже нормы - местами меньше на 40%; соответственно, 2) из-за нехватки хлеборобов и лошадей не только меньше площадей, но и период сева была растянуть вопреки всем аграрным законам. А как подчеркнул Сталин в отчетном докладе на 17 съезде партии (1934 г.) в 1916 году в России было 35 млн. голов лошадей, до 1929 года поголовье восстановилось до 34 млн., а к 1933 году - осталось 16 млн., а ситуация с оставшимся поголовьем коров, свиней и овец была ещё печальней: поголовье к.р.с сократилось к 1933 году с 60,1 млн. голов до 33,5 млн., свиней с 22 млн. до 9,9 млн., овец - с 97,3 млн. до 32,9 млн.

Причем наибольшее сокращение поголовья скота произошло в «богатых» зерновых районах, в которых проводилась наиболее жесткая принудительная заготовка зерна, и в Казахстане, где убой и вывоз скота в больших количествах был смертельным для населения. По данным украинских источников - уже в ноябре-декабре 1931 года на Украине от голода погибло примерно 150 тысяч крестьян, которые уже в 1931 году вырезали для пропитания тягловую силу - волов. А зимой 1932 года на территории РСФСР начали вырезать для пропитания свою тягловую силу - лошадей.

С 1931 года очень мало сохранилось документов о восстаниях крестьян и о голоде, они были засекречены и затем, как нелицеприятные для Советской власти, уничтожены, но и те немногие сохранившиеся документы говорят о многом. Вчитайтесь внимательно в письмо из Украины Косиора Сталину от 26 апреля 1932 года (отрывок):

«В степи имеется 10-15 особенно тяжелых районов, где, как теперь выясняется, были допущены серьезные ошибки в определении плана заготовок и серьезные искривления, и ни с чем несообразный нажим при проведений заготовок.