Чтение онлайн

Естественно, частичный отход на практике от российского образца не означал отказа от бюрократического централизма. Все это наглядно проявилось в процессе создания Закавказской федерации, а затем Союза ССР. Различие экономических возможностей республик, входивших в федерацию, различие ролей в ней с естественной закономерностью вызывали конфликты, которые уже летом 1922 года дали о себе знать.

Отдельные руководители Компартии Грузии, главным образом Мдивани и Махарадзе, возражали против сталинского предложения, то есть вступления в РСФСР. Ленин, несмотря на свою тяжелую болезнь, обращал большое внимание на работу по созданию государства. По его мнению, необходимо было создать федерацию равноправных республик, а не какую-то автономизированную федерацию, отличавшуюся чрезмерной централизацией, игнорирующую различия между республиками.

В сентябре 1922 года в письме Л. Б. Каменеву для членов Политбюро, а затем в продиктованных им 30 и 31 декабря записках «К вопросу о национальностях или об „автономизации“ он изложил свои мысли по этому вопросу. В записках Ленин подчеркивает, что отклоняет сталинский план „автономизации“, опасаясь усиления бюрократического централизма. На основе пятилетнего опыта Советской власти Ленин пришел к убеждению, что еще ранее надо было обратить больше внимания на аппарат, который Советская власть унаследовала от царских времен. Этот аппарат, зараженный великорусским шовинизмом, является питательной средой для бюрократических идей централистской автономизации, направленных против федерации.

Ленин считал врагом № 1 по отношению к федерации республик великорусский шовинизм, общественную базу которого составляла бюрократия, великорусский чиновничий аппарат, унаследованный от царизма. К малейшим уступкам великорусскому шовинизму он подходил как к созданию живительной среды для местного национализма, потому что русский шовинизм отчуждал национальные слои республик не только от федерации, но и от самой Советской власти.

В последних статьях Ленина — в так называемом «политическом завещании» — выражены многие основополагающие идеи, имеющие методологическое значение, в том числе и по национальному вопросу. Например, он формулирует основной принцип вопроса о федерации равноправных республик и вообще идеологической борьбы с национализмом, говоря о том, что коммунистам на первое место нужно ставить борьбу против национализма собственной нации.

С точки зрения нейтрализации различных оттенков национализма в общественно-политической жизни значительным является и ленинское утверждение о том, что «интернационализм со стороны угнетающей или так называемой „великой“ нации… должен состоять не только в соблюдении формального равенства наций, но и в таком неравенстве, которое возмещало бы со стороны нации угнетающей, нации большой, то неравенство, которое складывается в жизни фактически. Кто не понял этого, тот не понял действительно пролетарского отношения к национальному вопросу, тот остался, в сущности, на точке зрения мелкобуржуазной и поэтому не может не скатываться ежеминутно к буржуазной точке зрения» [45] .

Политические действия Ленина в связи с планом создания федерации советских республик не были безуспешными. 26 сентября 1922 года в уже упоминавшемся письме Каменеву в связи с образованием СССР он писал: «т. Каменев! Вы, наверное, получили уже от Сталина резолюцию его комиссии о вхождении независимых республик в РСФСР.

Если не получили, возьмите у секретаря и прочтите, пожалуйста, немедленно. Я беседовал об этом вчера с Сокольниковым, сегодня со Сталиным. Завтра буду видеть Мдивани (грузинский коммунист, подозреваемый в «независимстве»).

По-моему, вопрос архиважный. Сталин немного имеет устремление торопиться. Надо Вам (Вы когда-то имели намерение заняться этим и даже немного занимались) подумать хорошенько; Зиновьеву тоже.

Одну уступку Сталин уже согласился сделать. В § 1 сказать вместо «вступления» в РСФСР — «Формальное объединение вместе с РСФСР в союз советских республик Европы и Азии».

Дух этой уступки, надеюсь, понятен: мы признаем себя равноправными с Украинской ССР и др. и вместе и наравне с ними входим в новый союз, новую федерацию, «Союз Советских Республик Европы и Азии» [46] .

Ленин затем излагал другие поправки к плану создания на основе равноправия федерации республик. Однако, несмотря на это, как мы уже указывали, не все произошло, как того хотел Ленин.

Осенью конфликт приобрел еще более острые формы. Новый Генеральный секретарь ЦК партии Сталин и другие товарищи, придерживавшиеся одинаковых с ним взглядов на проблему федерации, продолжали политику принуждения, нажимая на грузинских коммунистов, которые ориентировались на менее жесткие планы создания федерации, скорее даже конфедерации. Сталин же противопоставлял местному национализму самые плохие формы бюрократического централизма,

Вместо комиссии Дзержинского, чья поездка для улаживания конфликта окончилась неудачей (как говорил Ленин, Дзержинский «отличился тут тоже только своим истинно русским настроением» [47] ), Владимир Ильич направил в Грузию Куйбышева, для того чтобы он взял все это дело в свои руки. Дискуссия настолько обострилась, что в пылу словесной перепалки в присутствии Рыкова дело дошло до рукоприкладства. Орджоникидзе ударил одного из грузинских коммунистов. Ленин, который в тот момент был тяжело болен, не сразу узнал об этом инциденте. В день образования СССР 30 декабря он начал диктовать письмо «К вопросу о национальностях или об „автономизации“. Оно стало как бы одной из частей его политического завещания. В бюрократическом централизме и проявлениях великодержавного шовинизма он усматривал факторы, которые больше всего могут тормозить будущее развитие Советского Союза. Источник этих двух явлений, по его мнению, был один. „Видимо, вся эта затея «автономизации“ в корне была неверна и несвоевременна.

Говорят, что требовалось единство аппарата. Но откуда исходили эти уверения? Не от того ли самого российского аппарата, который… заимствован нами от царизма… мы называем своим аппарат, который на самом деле насквозь еще чужд нам и представляет из себя буржуазную и царскую мешанину, переделать которую в пять лет при отсутствии помощи от других стран и при преобладании «занятий» военных и борьбы с голодом не было никакой возможности» [48] .

Говорят, продолжал В. И. Ленин, что выделили наркоматы, касающиеся непосредственно национальной психологии, национального просвещения. Но тут является вопрос, можно ли выделить эти наркоматы полностью, и второй вопрос, приняты ли с достаточной заботливостью меры, чтобы действительно защитить инородцев от нарушения их прав. По мнению Ленина, эти меры не были приняты: «Я думаю, что тут сыграли роковую роль торопливость и администраторское увлечение Сталина, а также его озлобление против пресловутого „социал-национализма“. Озлобление вообще играет в политике обычно самую худую роль» [49] ,

В борьбе с великорусским шовинизмом Ленин обращался за помощью не только к Каменеву. Незадолго до XII съезда партии 5 марта 1923 года он направил письмо Троцкому, прося того взять под защиту «грузинское дело». На важность этой проблемы указывает то, что в связи с «грузинским конфликтом» Ленин в «Письме к съезду» внес предложение сместить Сталина с поста Генерального секретаря. Однако намерение Ленина обсудить этот вопрос на очередном, XII съезде партии в апреле 1923 года не осуществилось. Наряду с Троцким Каменев и Зиновьев, исходя из тактических соображений и своих личных мотивов в борьбе за власть, в конце концов не включили в повестку дня съезда обсуждение «грузинского конфликта». На съезде не был поднят вопрос о привлечении Сталина к ответственности. Несмотря на то что на съезде не прозвучала критика ошибок Сталина и он не был перемещен с поста Генсека, Сталин все-таки был вынужден на данном этапе развития Советского Союза, по крайней мере на словах, признать главной опасностью великорусский шовинизм, а не национализм малых наций.

В конце концов в борьбе идеи федерации против бюрократического централизма и «автономизации» победила, по крайней мере, формально, точка зрения Ленина. На открывшемся 30 декабря 1922 года в Большом театре в Москве I Всесоюзном съезде Советов РСФСР, Украинская ССР, Белорусская ССР и Закавказская федерация образовали Союз Советских Социалистических Республик.

Следует сказать, что Сталин, принимавший участие в разработке резолюции XII партсъезда по национальному вопросу в качестве Генерального секретаря ЦК, сыграл большую роль в решений этого чрезвычайно важного вопроса. Резолюция XII съезда указывала, что создание федерации не означает окончательного решения национального вопроса. Более того, в преодолении исторического наследия самое важное место отводилось борьбе против великорусского шовинизма, который оказывает сильное влияние на местные Советы, где великорусская бюрократия использует его для защиты своих позиций.