Чтение онлайн

Отдав необходимые распоряжения генералам И. Ф. Кириченко и В. И. Полозкову, вступившему в командование 18-м танковым корпусом 23 декабря, я тотчас же на своем танке выехал на НП.

– Как идут дела?
– встретил меня Г. К. Жуков обычным вопросом.

– Теперь, можно сказать, хорошо.

Маршал внимательно слушал мой доклад, рассматривая положение войск, отмеченное на оперативной карте. Я доложил ему, что с первых же минут боя противник оказал 7-й гвардейской армии яростное сопротивление и поэтому пришлось усилить пехоту двумя танковыми бригадами, а затем вводить в сражение и оба танковых корпуса.

Г. К. Жуков оторвал взгляд от карты:

– А вам известно, что Конев передает восьмой мехкорпус Хасина в армию Жадова?

– Да, мне доложил об этом начальник штаба. Только не понимаю, для чего отбирать у меня второй эшелон, предназначенный для развития успеха и, главным образом, для отражения контратак противника при обходе Кировограда.

Жуков лукаво улыбнулся:

– Вот и докажите, что ваша армия справится с задачей и без восьмого мехкорпуса. Кстати, решительное наступление армии Жадова будет содействовать вашему успеху, поскольку противник так или иначе должен оттянуть часть своих сил с южного и юго-западного участков на северо-запад.
– Маршал доброжелательно посмотрел на меня. Суровые черты его лица смягчились и снова озарились улыбкой.
– Плохой тот командир или солдат, который не стремится добиться победы первым. Мне нравится это здоровое честолюбие.

Проводив маршала, мы с начальником штаба армии В. Н. Баскаковым и членом Военного совета П. Г. Гришиным проанализировали последние донесения. Наступление развивалось успешно. День был на исходе. Главные силы танковых корпусов вышли на рубеж северо-западнее и западнее Плавней. За ними продвигался 25-й гвардейский стрелковый корпус 7-й гвардейской армии. Особенно нас порадовал разгром очень сильного противотанкового узла противника между Червоным Яром и Плавнями, где фашисты имели до семи дивизионов противотанковой и зенитной артиллерии.

Решили продолжать наступление ночью.

Группа офицеров-операторов выехала в 8-й механизированный корпус, чтобы повернуть его части на новое направление в полосе 5-й гвардейской армии.

– С перегруппировкой этого корпуса, - заметил я, - у нас открывается левый фланг армии, и не исключена контратака противника со стороны Ингуло-Каменки.

– Думали об этом, товарищ командующий, - ответил генерал Баскаков.
– У командующего артиллерией есть в резерве истребительно-противотанковый полк.

– Хорошо. Ориентируйте его к левому флангу.

К тому времени уже было получено расшифрованное распоряжение командующего 2-м Украинским фронтом командующему 5-й гвардейской армией, которому ставилась задача с утра 6 января "развить энергичное наступление 7-м и 8-м механизированными корпусами в обход Кировограда с северо-запада в общем направлении на Грузкое, разъезд Лелековка с целью перерезать пути, ведущие из Кировограда на запад и северо-запад, и во взаимодействии с войсками 5-й гвардейской танковой армии овладеть Кировоградом".

Наступившая ночь на 6 января снова наполнилась гулом моторов и грохотом выстрелов: в двадцать три часа 18-й и 29-й танковые корпуса напористо начали бой. Разгромив остатки противотанкового узла немцев в Плавнях, части корпусов продвинулись на 10 километров и к утру 6 января вышли на рубеж Покровское, Рыбчино.

При подходе к Покровскому наступавшая на правом фланге 29-го корпуса 31-я танковая бригада встретила сильное сопротивление. Пробиваясь вперед, командир бригады полковник А. М. Попов направил танковый батальон майора Н. И. Самойлова в обход вражеских позиций. Под покровом тумана подразделение незаметно подошло к северной окраине села и с ходу атаковало противника. Стремительно атакуя, танк младшего лейтенанта Е. Н. Кобяка, ворвавшись в Покровское одним из первых, сразу же наткнулся на противотанковое орудие, которое немцы торопились развернуть в его сторону. Но не успели. Резкий рывок - и танк подмял под себя пушку и его прислугу. Тут же Кобяк заметил, что из-за дома выползает Т-IV. Стрелять было поздно, он успел только скомандовать: "Тарань..." Удар в борт - и вражеская машина свалилась в кювет.

Развивая наступление, к полудню 6 января 31-я танковая бригада полковника А. М. Попова завязала бой на восточной окраине Клинцов. Вскоре сюда подошли и остальные соединения 29-го танкового корпуса. Южнее наступал 18-й танковый корпус. 170-я бригада полковника Н. П. Чунихина, сбив заслоны врага, овладела деревней Ольговка, а батальоны 110-й танковой бригады полковника И. Ф. Решетникова освободили Козыревку и к тринадцати часам, переправившись через реку, начали стремительно продвигаться на северо-запад.

Гитлеровцы лихорадочно принимали меры, чтобы задержать продвижение наших войск. Они повсюду минировали дороги, выдвигали на танкоопасные направления противотанковую, зенитную и даже гаубичную артиллерию, поставленную на стрельбу прямой наводкой. Но ничто не могло остановить советские войска.

С ходу преодолев второй оборонительный рубеж фашистов, созданный по реке Аджамка, части 29-го танкового корпуса в ночь на 7 января прорвались к юго-восточной окраине Кировограда. 18-й танковый корпус овладел Федоровной и, прикрыв свой южный фланг, главными силами двинулся на Ново-Павловку, обходя Кировоград с юго-запада. К утру корпусу удалось выйти в район этого села и перерезать шоссейную дорогу Кировоград - Ровное.

В это время передовые части 7-го и 8-го механизированных корпусов, развивая наступление на Грузкое, перехватили железную и шоссейную дороги Кировоград-Ново-Украинка в районе разъезда Лелековка, завершив оперативное окружение противника в Кировограде.

Вечер и всю ночь танкисты 29-го танкового корпуса вели ожесточенный бой на подступах к городу, а на рассвете, переправившись через реку Сугоклея, при поддержке 1543-го самоходно-артиллерийского и 678-го гаубичного артиллерийского полков ворвались в Кировоград. Вслед за ними завязали уличные бои части 9-й гвардейской воздушно-десантной дивизии, а затем всего 33-го гвардейского стрелкового корпуса 5-й гвардейской армии.

Город горел и сотрясался от взрывов. Гитлеровцы, по обыкновению, стремились варварски разрушить и сжечь все, что могли, - жилые дома, школы, больницы, предприятия.

В десять часов 8 января после упорных двухдневных боев войск 5-й гвардейской танковой, 5-й и 7-й гвардейских общевойсковых армий крупнейший промышленный и культурный центр Южной Украины город Кировоград был освобожден от немецко-фашистских захватчиков.

Столица нашей Родины - Москва громом артиллерийского салюта возвестила о новой замечательной победе доблестных советских войск. В ознаменование одержанной победы частям и соединениям 2-го Украинского фронта, отличившимся в боях за Кировоград, приказом Верховного Главнокомандующего от 8 января 1944 года было присвоено почетное наименование Кировоградских. В 5-й гвардейской танковой армии его получили 25, 31 и 170-я танковые бригады, 1000-й истребительно-противотанковый артиллерийский, 678-й гаубичный артиллерийский, 1543-й, 1694-й самоходно-артиллерийские, 292-й минометный полки, 29-й и 18-й танковые корпуса были награждены орденом Красного Знамени.

После Кировоградской операции

Внезапная кончина главного маршала бронетанковых войск Павла Алексеевича Ротмистрова не дала ему возможность завершить свои воспоминания. Ветераны-танкисты, кто хорошо знает биографию этого человека, огорчены тем, что не смогут из его мемуаров узнать, что было после Кировоградской операции.

Между тем командирский талант П. А. Ротмистрова, одного из видных советских танковых военачальников, ярко проявился в сражениях, которые проводились и после Кировоградской операции.