Чтение онлайн

Президент Ферраро, холостяк, обедал.

Это позволило мне без помех обследовать его кабинет.

Там не было абсолютно ничего, связанного с войнами или военными кораблями.

Вот если бы я был шантажистом, то это другое дело. Здесь можно было найти кое–что похуже политической коррупции.

Когда Ферраро вернулся после обеда в кабинет, там было темно. Я слышал, как он пробормотал что–то о слугах и начал нащупывать выключатель. До того, как он нашел его, робот закрыл дверь и включил свет. Я сидел за его столом, передо мной лежали все его личные бумаги, придавленные сверху пистолетом. На лице я постарался изобразить жуткую свирепость. Пока он не оправился от шока, я скомандовал:

– Подойдите и сядьте. Б ы с т р о!

В тот же момент робот подтолкнул его, так что у него не оставалось выбора, кроме как повиноваться. Когда он увидел на столе бумаги, глаза его выпучились, а в горле забулькало. Не давая ему опомниться, я сунул ему под нос свою книжечку.

– Я адмирал Тар Великого Флота Лиги. Вот мои полномочия. Можете их проверить.

Они были неотличимы от настоящих, поэтому я не беспокоился. Ферраро начал не спеша, тщательно изучать книжечку, затем проверил печати ультрафиолетом. Это дало ему время взять себя в руки и перейти в наступление.

– Что означает ваше поведение? Вы ворвались в мои личные покои, совершили кражу со взломом…

– Ваше положение ужасно, – сказал я самым загробным голосом.

От моих слов по лицу Ферраро прошла тень. Я продолжал:

– Я арестую вас за заговор, вымогательство, воровство и за многое другое, что окончательно станет ясно после тщательного изучения этих документов. Взять его!

Этот последний приказ был адресован роботу, который отлично сыграл свою роль.

Он поддался вперед и обхватил президента за поясницу.

– Я могу объяснить, – взмолился тот. – Я все могу объяснить. Не нужно обвинять меня во всем. Я не знаю, что у вас здесь за бумаги, поэтому не буду утверждать, что они фальшивые. Но вы знаете, что у меня много врагов. Если бы Лига знала, как трудно управлять такой отсталой планетой, как эта…

– Ну ладно, пока хватит, – прервал я его взмахом руки. – На все вопросы вы будете отвечать в свое время перед судом. А сейчас ответьте на один вопрос. Зачем вы строите военный корабль?

Этот человек был великий актер. Глаза его широко раскрылись, челюсть отвисла, и он рухнул в кресло, как если бы его стукнули молотком. Когда он смог говорить, слова уже были не нужны. Весь его вид выражал оскорбленную невиновность.

– Какой военный корабль? – выдохнул он.

– Военный корабль Высшего Класса, который строится на стапелях Церентолы, в соответствии с этими чертежами.

Я кинул их ему на стол и указал на верхние углы.

– А вот и ваши собственноручные подписи.

Ферраро все еще не пришел в себя. Он схватил бумаги и начал их изучать. Я его не торопил. Наконец он отбросил их и тряхнул головой.

– Ничего не знаю ни о каком военном корабле. Это чертежи нового грузового лайнера. Там действительно стоит моя подпись.

Я произнес свой следующий вопрос тщательно, чтобы смысл его обязательно дошел до него.

– Итак, вы отрицаете, что вам было что–то известно о строительстве линкора Высшего Класса по этим чертежам?

– Это чертежи обычного грузопассажирского лайнера. Это все, что мне известно.

У него было выражение обиженного ребенка. Пора было выводить его на чистую воду. Я откинулся в кресле, расслабился и достал сигару.

– Послушайте кое–что о роботе, который вас держит, сказал я.

Он взглянул в недоумении, видимо даже не заметив в возбуждении, что робот держал его за талию во время беседы.

– Это не простой робот. У него в кончиках пальцев встроены очень интересные приборы: термопары, гальванометры и тому подобное. Пока мы разговаривали, он регистрировал температуру вашей кожи, давление крови, количество пота и прочее. Другими словами, перед вами эффективный и оперативный детектор лжи. Сейчас вы услышите все о том, как вы врали.

Ферраро шарахнулся от руки робота, как если бы это была ядовитая змея. Я выпустил красивое кольцо дыма.

– Говори, – сказал я роботу. – Лгал ли этот человек?

– Много, – ответил робот. – Ровно семьдесят четыре процента из всего им сказанного ложь.

– Очень хорошо.

Я кивнул, готовясь защелкнуть последний замок на моей ловушке.

– Значит, он все знает об этом линкоре?

– Субъект не знал о линкоре, – возразил робот. – Все его заявления, касавшиеся конструкции корабля, были истинны.

Сейчас пришла моя очередь таращить глаза, а Ферраро стало немного легче.

Если бы он знал, что меня вовсе не интересуют все его проделки! Я, конечно, получил удар ниже пояса, но нельзя терять голову. Я заставил свои мысли вернуться к исходной точке и обдумать положение.

Если президент Ферраро не знал о линкоре, значит, он служил просто прикрытием. Тогда кто же истинный виновник – некая милитаристская клика, желающая его сбросить и захватить власть? Я слабо разбирался в делах планеты и решил взять Ферраро себе в союзники.

Это было не трудно, не потребовалось даже угрозы опубликовать документы, которые я нашел в его бумагах. Используя эти документы, я мог бы заставить его плясать под мою дудку. Но в этом не было необходимости. Как только я показал ему два чертежа и объяснил сходство, он все понял. Ему, несомненно, было легче, чем мне, найти, кто использовал его, как орудие, в своих руках. По молчаливому согласию о документах мы забыли.

Было решено, что следующим шагом должны быть верфи Церентола. Президент уже начал обдумывать, как использовать ситуацию против своих политических оппонентов. Я дал ему понять, что Лига, особенно Лига Флота, хотят остановить строительство линкора. А уж потом пусть играет в свою политику. Договорившись об этом, мы вызвали машину, взвод охраны и отправились на верфи. Дорога занимала четыре часа, и мы обдумывали линию нашего поведения.

Начальника верфи звали Рокка. Когда мы приехали, он безмятежно спал, но не долго. Парад мундиров и пистолетов быстро поставил его на ноги и привел в чувство. Мне показалось, что он такой же воришка и плут, как и Ферраро. Невиновный не мог бы так сильно перепугаться. Воспользовавшись ситуацией, я приспособил к нему свой «ходячий» детектор лжи и начал задавать вопросы.

Еще не закончив допрос, я уже представлял себе положение вещей.

Оно было следующим: начальник верфи, строивший корабль, не имел ни малейшего представления о его истинной природе.