Чтение онлайн

Кроме всего прочего, Реввоенсовет фронта оказался втянутым в конфликт полномочий с Астраханским губкомом партии. Губком требовал полной подотчетности политорганов фронта и пытался контролировать оперативную и политическую деятельность РВС Каспийско-Кавказского фронта. В итоге потребовалось личное вмешательство Ленина, с которым я немедленно после получения этой информации связался, так как уговоры ЦК партии и увещевания ВЦИКа не помогали решить эту проблему.

Конфликт уладили, и руководство армиями вновь сосредоточилось в руках командования фронтом. Тем не менее, я снял с должности увязшего в дрязгах председателя РВС Каспийско-Кавказского фронта Александра Шляпникова и на его место назначил проявившего хорошие организаторские способности Константина Александровича Мехоношина. В самой Одиннадцатой армии тоже произошли изменения. Командующим стал Михаил Карлович Левандовский. Его кандидатуру выдвинул Орджоникидзе, с которым я связался для выяснения всех аспектов дела. Григорий Константинович в это время занимал пост председателя Совета обороны Северного Кавказа и был в достаточной мере осведомлен о происходящем и лично знал многих красных командиров на Кавказе. Это улучшило руководство и, в какой-то мере, тоже помогло решить проблему снабжения фронта.

Разбираясь с положением на Северном Кавказе, я отменил директивы и приказы о наступлении на Ставрополь, Новороссийск и Ростов-на-Дону, в помощь Южному фронту, изданные в первых числах декабря Восемнадцатого года, и во второй половине декабря отдал приказ об отходе Одиннадцатой армии из района эпидемии тифа, закреплении на рубеже Маныч — Арзгир — Благодарное — Минеральные воды — Моздок — Кизляр и переходе к обороне. В задачу Двенадцатой армии входила оборона участка Кизляр — Нальчик, с целью обеспечения снабжения Одиннадцатой. Других вариантов особо не было.

Во-первых, можно оставить все как есть и спокойно ожидать удара Первого конного корпуса генерала Врангеля по растянутым в линию частям Одиннадцатой армии. Я не помнил, на стыке каких частей белогвардейцы нанесли этот удар в прошлой истории, но в данном случае это представлялось не столь важным. Растянутая в линию, больная тифом, без боеприпасов, обмундирования и продовольствия Одиннадцатая армия не сумеет организовать оборону. Если так поступить, то Деникин будет громить Каспийско-Кавказский фронт по частям, что, конечно, задержит его, но ненадолго. Потерять сто тысяч бойцов — большая ошибка.

Второй вариант представлялся много интереснее. Закрепившись на указанном рубеже, Одиннадцатая армия уйдет из района эпидемии, через который придется двигаться частям Деникина, сократит линию фронта, что позволит создать резервы, и заставит Добровольческую армию приложить громадные усилия для уничтожения группировки сил фронта. Деникин не бросит на Царицын и в Донбасс свои основные силы до тех пор, пока на Северном Кавказе находится стотысячная группировка Красной армии, которая в любой момент сможет ударить по его флангам и в тыл. В любом случае, хоть как-то организованная оборона фронта задержит Добровольческую армию и позволит осуществить операции по уничтожению Краснова.

Возникло несколько проблем, настоятельно требовавших решения для обеспечения флангов Одиннадцатой армии Каспийско-Кавказского и Десятой армии Южного фронтов на их стыке. Отданный в середине декабря приказ о создании Особой Степной группы войск решал вопрос прикрытия пространства на протяжении около трехсот верст, в середине которого, примерно в районе Большого Лимана, находится условный стык между Десятой и Одиннадцатой армиями. Существовала опасность, что противник, нанеся удар на Элисту, сумеет выйти по прямой линии Элиста — Яшкуль на Астрахань. Кроме того, в этом случае Деникин получал возможность прервать сообщение Астрахани со Святым Крестом по степной дороге через Яшкуль и Арзгир. Командующим группы прикрытия стал опальный Дмитрий Петрович Жлоба, бывший командир легендарной Стальной дивизии. Он прекрасно знал театр боевых действий на Кавказе, Кубани и на Дону. Красная Стальная дивизия под его командованием в середине осени совершила восьмисоткилометровый поход от станицы Невинномысской до Царицына и нанесла 15 октября удар по тылам войск генерала Краснова, оказав решающую помощь защитникам Царицына и сохранив город от сдачи. В конце ноября Жлоба был отправлен в двухнедельный отпуск в Саратов, откуда его и вызвали в Астрахань. В распоряжение Дмитрия Петровича выделили часть резервов Каспийско-Кавказского фронта, которые все равно находились в Астрахани. Кроме того, командующий фронтом Свечников отдал приказ по войскам гарнизона Астрахани: оказывать всестороннюю помощь Жлобе и не чинить препятствий бойцам и командирам, изъявившим желание служить в Особой Степной группе войск. Для формирования отряда Дмитрию Петровичу потребовалось всего две недели. Удалось набрать два пехотных полка, три конные сотни, пулеметную команду и две четырехорудийные батареи. Жлоба сумел организовать Степную группу в кратчайшие сроки и 1 января 1919 года уже выступил в направлении на Элисту. Базой действия группы назначен яшкульский продовольственный и вещевой магазин. Снаряды и патроны отряд Жлобы также получал со склада в поселке Яшкуль. Эти меры позволили создать подвижную боевую группу во главе с опытным командиром, которая действовала в целях прикрытия прежде всего правого фланга Одиннадцатой армии на направлении Элиста-Астрахань, что позволило укрепить оборону Каспийско-Кавказского фронта в конце декабря. Для подкрепления левого фланга Десятой армии Южного фронта в районе Черного Яра командование создало резерв из двух пехотных Саратовский полков, с артиллерией и конницей, усиленных батальоном моряков.

Отход и перегруппировка войск Каспийско-Кавказского фронта осуществлялись под постоянным давлением со стороны противника. Однако, когда Первый конный корпус Врангеля 3 января нанес удар на стыке Третьей Таманской стрелковой и Четвертой стрелковой дивизий, Одиннадцатая армия оказалась более-менее готова к отражению атаки. Командование правого боевого участка, по которому пришелся удар Врангеля, смогло сориентироваться в обстановке и ликвидировать прорыв деникинской кавалерии. Политический комиссар участка Ивницкий лично повел в бой Третью кубанскую стрелковую бригаду, действия которой остановили кавалеристов Врангеля. Начиная с первых чисел января деникинцы последовательно нанесли ряд ударов по оборонительным позициям Одиннадцатой армии, но решающего успеха добиться не смогли. Таким образом, оставалась надежда, что войска Каспийско-Кавказского фронта сумеют задержать Добровольческую армию Деникина на срок, достаточный для проведения операции по уничтожению Донской армии Краснова. Войска несли серьезные потери, но и урон наносили достаточный для отказа Деникина от помощи казакам. К слову, Владимир Ильич принимал живейшее участие в организации фронта. Именно благодаря его вмешательству, хотя и по моей просьбе, оборудование линии снабжения Астрахань — Кизляр пошло хорошим темпом, а в распоряжение командования Одиннадцатой и Двенадцатой армий были переданы суммы средств, достаточные для снабжения войск провизией, избегая реквизиций продовольствия у местных жителей, что также позволило улучшить положение Красной армии на Северном Кавказе. Эпидемия тифа в войсках не прекратилась, но количество вновь заболевших уже снизилось. На Кавказ всеми силами перебрасывались не только военные припасы, но и медикаменты.

Я отложил карандаш, снял пенсне и потер лоб. Посидев немного, невидящим взглядом уставившись в заиндевевшее окно вагона, позвал ординарца и попросил принести чай. Немного отдохнув, опять занялся положением на фронтах. Еще одним важным направлением, требовавшим повышенного внимания, был север страны. Рассматривая карту Северного фронта, я обратил внимание, что на северо-восточном и северном участках сплошная линия обороны отсутствовала. Природные условия (тундра, заболоченные леса и болота, суровая и снежная зима) на этих направлениях определили методы и формы боевых действий, которые в основном велись вдоль основных транспортных коммуникаций (рек и дорог).

В полосе Шестой армии войска осуществляли активную оборону на направлениях Вологда-Архангельск и Котлас-Архангельск (по Северной Двине). Стратегическая задача армии состояла в недопущении соединения вооруженных сил Белого движения на Севере и Востоке России.

Назначив Александра Александровича Самойло заместителем Главкома, я столкнулся с решительным протестом Вацетиса, у которого, оказывается, тоже были виды на товарища Самойло, но в качестве командующего Шестой армией. Кроме Иоакима Иоакимовича протест выразил также командовавший фронтом Дмитрий Николаевич Надежный. В течение декабря 1918 года Вацетис требовал от командования фронта активных действий по захвату Архангельска. В свою очередь, бывший генерал-лейтенант Надежный и Александр Александрович Самойло, который и командовал Шестой армией до вызова в Бугульму 16 декабря, уже начали прорабатывать план наступательной операции по захвату Шенкурска и ликвидации так называемого Шенкурского выступа, использовавшегося интервентами для наступления через Котлас и Вятку навстречу колчаковцам. У противника плохо получалось наступать, но это не являлось поводом для пассивной обороны на севере. По этой причине Главком и Комфронта протестовали против смены командующего до окончания разработанной операции. Я согласился с Иоакимом Иоакимовичем и не смог отказать Надежному. Дмитрий Николаевич в 1940 году еще станет генерал-лейтенантом Красной армии. Таким образом Самойло продолжил работу на посту командующего Шестой армией. Александр Александрович прекрасно справился с планированием предстоящей операции. Командование Северным фронтом и Главком сумели выделить достаточно большие силы для проведения наступления. Для подкрепления Шестой армии выделены два полка из резерва Северного фронта, Уральский морской батальон, батальон лыжников. Кроме того, в распоряжение Самойло прибыли: две бригады Седьмой армии, один полк железнодорожной охраны, один полк ВЧК, Пятый полк Первой дивизии. В резерве сосредотачивались полки Четвертой Петроградской дивизии и Либавский латышский полк. Предстоящая операция, в случае успеха, давала возможность нанести серьезное поражение белогвардейцам и войскам интервентов на севере, и создать опасность Архангельску.

Город Шенкурск расположен между двумя важными оперативными направлениями — на Москву и Котлас. Владея городом, интервенты угрожают флангам наших позиций и имеют возможность развивать наступление на обоих направлениях. Шенкурск сильно укреплен и служит основой для действий противника на одноименном выступе. Кроме того, захват города не только позволял ликвидировать выступ, но и давал возможность выйти через устье Ваги на Двину, а по ней спуститься вниз к Архангельску в обход сильно укрепленных позиций интервентов на железной дороге Архангельск-Вологда. В расчет также приняли разницу во времени между освобождением Двины ото льда в ее верховьях и низовьях. Это позволяло рассчитывать с наступлением весны на содействие нашей военной флотилии на Двине и бездействие более сильной флотилии противника. Подготовка к операции велась полным ходом.

В декабре в районе Печоры ненадолго появился отряд чехословаков под командованием князя Вяземского, который явно стремился обойти позиции Красной армии под Пермью и части Северного фронта для соединения с войсками Антанты в Архангельске. В случае удачи, Вяземский мог серьезно содействовать созданию сплошного фронта Пермь-Архангельск. События на Востоке страны начала Девятнадцатого года сделали пребывание отряда чехословаков в районе Печоры бессмысленным, и князю Вяземскому пришлось в начале января увести своих людей на соединение с основными силами колчаковцев.

На Мурманском направлении относительно спокойно. Фронт стабилизировался и до начала весны, наступающей в апреле, активных действий противника можно не ждать. Тем не менее, уже сейчас необходимо задумываться о противодействии войскам Маннергейма.

Финны активизировались в Карелии и Прибалтике прошлой осенью. Еще 15 октября они оккупировали Ребольскую волость, а 13 декабря высадили войска под командованием генерала Ветцера в Эстонии, для оказания помощи эстонскому правительству в борьбе с частями Красной армии. В данный момент финское командование ведет переговоры с командованием белогвардейской Северо-Западной армией Юденича о совместных боевых действиях против большевиков. Кроме того, в первых числах января наступившего года финны явочным порядком захватили Поросозерскую волость, соседнюю с Ребольской. Военные столкновения в Карелии пока приостановились, так как никакой возможности вести боевые действия в суровых условиях севера не представлялось. Очевидно, что Финляндия на этом не успокоится, так как исчез фактор, сдерживавший их притязания на территорию РСФСР, в лице немецкого командования, заинтересованного в использовании финнов для борьбы с войсками англичан на Севере. До момента проигрыша Германией войны и заключения Версальского мирного договора Финляндия находилась в сфере немецкого влияния и немцы рекомендовали финнам не создавать угрозу Петрограду, чтобы Советское правительство могло снять войска из-под Петрограда и направить их против чехословаков и англичан на Север. Теперь обстоятельства изменились.