Чтение онлайн

— Верится с трудом! — он несет какой-то бред. Не может быть у меня отца. Я одна в этом мире. Одна!

— Это твое право верить мне или нет. Но я все-таки продолжу свой рассказ. Ты выросла и стала той, кем являешься на данный момент. Однажды ты участвовала в боях на выживание, ты беспощадно убивала своих соперников и выиграла, но по сути это был проигрыш, потому что в зале находился твой отец. Он узнал тебя, ведь ты его точная копия и возненавидел. Он хотел принцессу, а появилось чудовище.

— Хотел принцессу? Разве в детском доме может вырасти принцесса? А? Даже ты в про себя ответил «нет». Если твои слова правда, и Олег Белый мой отец, то это ничего не дает. Он мне не отец! Может все таки он чудовище? Разве любящий папочка сдаст свое чадо в детский дом.

— Его можно понять, его все ненавидят и хотят убить. А ты единственное родное, что у него появилось, и он не хотел твоей смерти.

— Я бы предпочла смерть, чем тот клоповник.

— Знаешь, я всегда восхищался Тайпан. Тайпан — неуловимая, расчетливая и очень опасная. Даже побаивался, вдруг тебе меня закажут и заказали. Ну, все сложилось для меня прекрасно, — злорадствует с ухмылкой.

Козел! Он так потешает свое самолюбие, редкостная сволочь.

— Ты — мой первый провал, Македоский. Не знаю, что в тебе такого, но тебе везет, однозначно.

— Думаешь?

— Это правда. Когда я была маленькой, то спросила у Михаила Петровича про самого лучшего киллера и он мне ответил, что такого нет, но есть человек, который лучший во всем и его зовут Алексей Романов. В тот момент, я позавидовала тебе, хотела быть лучшей. Когда тебя мне заказали, очень удивилась. А когда тебя увидела первый раз в клубе, то сразу поняла, что это мой провал.

— Ты смелая, просто попала под мое очарование.

Так и хочется зарядить по его злорадной улыбке.

— Ну, нет! — категорически отрицаю его влияние.

— Вот только не надо обманывать, я вижу твои глаза, они смотрят с вожделением, и тогда на стрелке с Беляшем, ведь могла убить, но ты это не сделала и теперь ты тут, в моей власти. И я готов поспорить, что прямо сейчас ты течешь как последняя сучка. Помнишь наш первый раз? — и с силой надавливает на рану, полученную им. Глаза увлажнились, но все же сдерживаю слезы.

— Это всего лишь симпатия к достойному противнику. И да, теперь из-за моей оплошности, я умру.

— Но не скоро. Я хочу видеть твое падение, то, как ты встанешь передо мной на колени и попросишь о милости, — он взял меня за подбородок и заставил смотреть в его страшные глаза.

Чего греха таить, я его хочу трахнуть. Таких опасных и сексуальных мужчин, как Алексей Македонский в моей жизни еще не было.

— Это из-за брата ты хочешь моего унижения?

— Нет, брат был обузой, просто ты первая, которая смогла меня провести, ведь тогда мне закрадывалась мысль, что ты Тайпан, но я отпустил тебя. Дурака свалял.

— Могу тебя огорчить, никогда и никто не сможет заставить просить меня о милости, особенно мужчина. Меня можно только убить, — говорю ему эти слова с вызовом. Он встал и собрался уходить и тут я замечаю, что его член снова в боевой готовности. — Да ты снова хочешь меня! — говорю и запрокинула голову смеясь. Мало мне было одной экзекуции членом.

Ма кедоский лишь вышел и закрыл за собой дверь. Я снова осталась одна! Ждать следующего визита! Ждать в одиночестве! Я привыкла быть одинокой даже в огромной толпе. Одинокой до боли, до крика. Я дождусь тебя Алексей Македонский!

Опять внезапно включился свет и появился Македонский, глаза горят, он двинулся ко мне.

— Ты права, я снова хочу тебя! Не насытился.

Я сглотнула, знаю, чего он хочет. Но впервые с момента нашего знакомства почувствовала, что мы на одной волне. Это было неизбежно, он неотразим, и я отчаянно нуждаюсь в нем.

Алексей медленно, но страстно завладел моими губами — чувства обострились, и уже через минуту мне казалось, что я могу в любой момент взорваться, так как мое тело горит. Он углубил поцелуй, врываясь языком в мой рот, и я, застонав, обвила тело мужчины ногами. Ощутила, как мое чувствительное местечко соприкоснулось с твердой выпуклостью Алексея, который, застонав, сделал движение навстречу. Трение было настолько же эротичным, насколько и недостаточным для удовлетворения обоих.

Он на мгновение прервал наш поцелуй, чтобы раздеть меня. Как только он снял бюстгальтер, мои соски затвердели — глаза Алексея тотчас потемнели. Я застонала, когда его большие пальцы коснулись уже возбуждённых сосков. Мое тело дёрнулось в ответ. Я терлась об его эрекцию снова и снова — с каждым разом яростнее, глубже и сильнее.

Он взял в рот сосок моей груди и стал играть с ним горячим язычком, после чего переключил своё внимание на другой сосок. Затем начал одной рукой ласкать грудь, а другой ласкать меня через трусики, которые вскоре отодвинул, открывая себе лучший доступ. Он нежно и ласково поглаживал меня вначале, играя с клитором, потом же движения его пальцев стали скользить во мне, движения становились все быстрее и жёстче. Я перестала двигаться навстречу, лишь отрывисто вдыхаю воздух, чувствуя приближение оргазма… мое сердце дико забилось в груди… уже так близко…я прикрыла глаза…

Я закричала, судорожно дергая бедрами, пока оргазм не завладел мною, превращая остальной мир в красочные осколки. Он заглушил крики глубоким поцелуем. Я едва могу дышать, когда он, наконец, слегка отстранился.

Исступленно прижалась к нему — тело стало точно ватным после оргазма.

Он разбудил во мне снова голод и желание — я всё ещё не могу свыкнуться с этим и, абсолютно очевидно, не научилась контролировать себя рядом с ним. Просто не могу противостоять сексуальной энергетики Македонского.

Его губы владеют моими губами страстно и напористо. Всё, что мне оставалось — чувствовать… чувствовать, как сильно я хочу этого. Опустила губы на его ключицу, даря мягкие поцелуи, и тут же подловила себя на мысли, что мне нравится, когда он в порыве страсти произносит мое имя — так властно, пылко и страстно. Я провела по его торсу рукой, вторая рука так и оставалась, прикована к кровати, но мне это не мешает, после чего щелкнула по соску язычком, следом подув на него и получив в награду судорожный вдох.

Я задрожала, когда он ласково обвел мой пупок языком, и испустила слабый стон, чувствую, что он опускается всё ниже и ниже, а поцелуи становятся всё интимнее. Немного вскрикнула, когда Алексей поцеловал меня самым интимным образом. Я пыталась не крутиться и не извиваться, пока он своим язычком доводил меня до кульминации. Посмотрела вниз и увидела, что он не сводит с меня глаз, вытворяя божественные вещи своим языком.

— Ты нужен мне, — отчаянно шепчу, заживо сгорая от желания — мне по-прежнему было недостаточно. Теперь, когда мы начали, я не знала, смогу ли хоть когда-нибудь насытиться им. Протянула руку, желая дотронуться до него, и с облегчением вздохнула, заметив, что он уже успел стянуть с себя штан. Обернула руку вокруг его плоти, медленно поглаживая, лишь на мгновение, остановившись, поудобнее перехватила, чтобы рука легче скользила по нему. Но он остановил меня, положив свою руку поверх моей.