Стамбул-Москва. Я тебя не отпускал
Шрифт:
Так только один человек может названивать.
Раздраженно иду к двери, уже готовая ему высказать все.
Ни минуты покоя. Мы ведь договорились!
Какой-то турецкий плен!
Даже забываю, что я в одной комбинашке!
Распахиваю дверь и обмираю.
На пороге бывший муж.
На его лице ни грамма приветливости или стеснения, зато море раздражения и решимости.
– Дай пройти,- грубо говорит мне и не дожидаясь приглашения, заскакивает внутрь.
27.Сатисфакция
27.Сатисфакция
– Что тебе здесь надо?- даже теряюсь от такой наглости.
Внутри клокочет смесь шока, неожиданности, гнева.
Была уверена, что он больше не осмелится здесь появляться.
Пашка по-хозяйски оглядывает квартиру. Нагло прямо в обуви проходит на кухню. Если бы это сделал Серкан, я бы может тоже психанула, но по-другому. А сейчас в груди прямо-таки клокочет от ярости и раздражения.
– Все-таки зачетную хату я тебе оставил.
– Оставил,- хмыкаю я,- знаю я, как ты мне ее оставил.
– А ничего удивительного,- хмыкает,- бизнес есть бизнес, милочка. Ты сама не захотела к нам с Иришкой на встречу идти. Я предлагал тебе выкупить ее.
– Выкупить по цене в три раза ниже рыночной?! Я за эти деньги даже комнату в коммуналке бы не приобрела!
– Зажравшаяся!- орет и слюни брызгают. Как я с ним жить могла?- паразитка!
– Ты меня ни с кем не перепутал?! Я вообще-то на все тут заработала побольше твоего! Это Иришка твоя всю жизнь привыкла к мужикам присасываться!
– И хорошо присасывается, знаешь! Получше твоего!
– Избавь меня от этих подробностей!
Он фыркает.
– Кофе бы сделала бывшему мужу.
– Перебьешься,- губа аж дергается от раздражения. И вот опять же, отвратительное чувство. И мне еще Серкан казался хамом… А ведь Пашка вот так по-хамски часто себя вел. Нагло, дерзко, подленько… Только сейчас глаза открылись и я все это увидела. Тошно…
– Ну, я не удивлен. Как была сукой, так и осталась…- цедит он,- знаешь, с таким подходом так и останешься никому не нужной стервой. Остатки молодости схлынут, и что тебя ждет?
– Займись своей личной жизнью лучше. Я тебя сюда не звала, Паша. Говори, что нужно- и проваливай. А то полицию позову.
Он нагло кривит морду.
– Я вообще-то тоже собственник.
– Бывший…
Морщится.
– В этом и проблема,- глазки начинают бегать по столу,- этот турок, которому я квартиру продал, какие-то там адвокатские проверки устроил. Короче, при продаже, оказывается, нужно закрыть все долги перед коммуналкой. С моей части.
– А я тут при чем? Мы как развелись, это меня уже не касалось. Мне счета приходят по моей доле.
– Ничего я платить не буду!- заорал он так, что люстра начала качаться на потолке,- ты тут жила! В душе купалась, в сортир ходила, мыльные оперы смотрела и чаи себе разогревала! Вот ты и плати! У тебя срок три дня!
Достает смятый листок из кармана. Квитанция.
Глаза сами цепляются за сумму.
– Пятнадцать тысяч восемьсот тридцать четыре рубля пять копеек.
– Заплатишь- и мы в расчете. А то мне сделку до конца не одобряют.
Я смотрю на него какое-то время не моргая, а потом начинаю смеяться. Истошно так…
– Ты серьезно сейчас?- это смех-истерика. И сарказм. Над своей жизнью. И вот это существо я считала своим мужем. Мужчиной. Защитником. Замужем, блин. Вот за таким. Пятнадцать тысяч восемьсот тридцать четыре рубля пять копеек…
– Паш, ты серьезно сейчас? Пришел за пятнадцать тысяч ко мне ультиматумы кидать? Счет покрыть из твоей доли, чтобы ты в обход моего согласия завершил сделку по квартире, по факту поставив меня в ситуацию ахтунг? Ты ж не знаешь, что новый владелец будет делать с этой частью.
– Это уже твои проблемы,- поджимает челюсть,- пятнадцать тысяч, знаешь ли, для каких-то людей большие деньги.
– Но ты-то не прибедняйся! Ты не олигарх, конечно, но и не бедняга побирающийся…
– Не будь такой мелочной! Что у тебя все сводится к бабкам?!
– У меня?!
Встает, одергивая смятый костюм. Что ж Иришка не погладит?
– Короче, что с тобой разговаривать. И так все понятно. Ты невменяемая. Счет закроешь. Иначе я тебе еще тех проблем устрою, поняла?!
– Ты тварь, знаешь?- в горле собирается такая обида. Нет, не за эти пятнадцать тысяч рублей с копейками. За то, что вот это чмо я пыталась уважать и даже грешным делом хотела о него детей родить…
В дверь снова звонят.
Я разворачиваюсь и иду на выход.
Распахиваю, потому что знаю, кто там.
Серкан.
Злой, как черт. Глаза горят.
Оглядывает меня с ног до головы. Видит комбинацию, декольте, вырез.
Сейчас устроит…
Со стороны кухни появляется герой моего романа Павел. Мужчина, которого я считала себе достойным. Равный мне…
Господи, если сейчас Серкан все неправильно поймет, я…
Я просто уже не выдержу.
Нервы сдадут…
– Оооо,- видит бывший турка и растекается в подобострастии,- господи Серкан… А Вы тут какими судьбами? Я тут заехал ко второй собственнице решить пару проволочек, которые сделку осложняют…
Серкан проходит в квартиру. Тоже не разувается. Но меня это не бесит совсем.
Подходит и со всей силы бьет в морду Паше.
А я чувствую какую-то дикую, агонизирующую сатисфакцию. И не за то, что было сейчас. За всю свою жизнь…
28. Без масок
28. Без масок
Под крики «чурка! Я найду на тебя управу!» Павлуша был спущен Серканом по лестнице, но мое торжествующее облегчение тут же сменилось напряженностью, стоило только мужчине снова зайти в квартиру и опустить на меня свой свинцовый взгляд, который особенной тяжестью лег в ложбинку моих грудей, щедро открытых комбинацией.
– Я думала, что это ты звонишь в дверь,- сама не поняла, как начала оправдываться..
Сейчас… Сейчас не хотелось с ним ругаться.
Я хотела сейчас одного- выдохнуть…
Меня все еще трясет от унижения и дикой ярости на бывшего муженька…
Он ведь и мое лицо.
Вот такого мужчину я выбрала.
Вот с таким бы ведь и дальше жила, если бы он сам не погулял с моей подругой на моей же постели… Купленной мною!
И я ведь уверена, что это Иришка его настропалила и сюда притащила! Уверена! В ее стиле вот такая мелочность!