Стань моей, если осмелишься
Шрифт:
— Куда? — мысли путаются, я могу только рыться пальцами в его густых волосах и щупать пресс в щелке между пуговицами.
— Ты бежала сегодня от меня, забыла уже?
Он задирает платье и стягивает с меня лосины вместе с трусами.
— Нарвал, боже… я не… Ох…
Усадив меня на деревянный выступ в стене, он раздвигает мои ноги, его пальцы тут же безошибочно находят нужную точку, я содрогаюсь от разрядки практически сразу.
— Ты такая умничка, тебе хорошо? Моя девочка. Устала?
Он одевает меня, поправляет одежду, помогает сползти на пол, но ноги не держат меня, тогда он подхватывает меня на руки.
— Мы ещё не домой. Я для тебя приготовил сюрприз.
Нарвал приручил меня, я бессильна. Не могу ненавидеть его.
Так хочется покрепче прижаться к нему, потереться об его щетинистые щеки, облизать его сладкие губы, снова ощутить запах его тела.
Желание принадлежать ему переполняет меня, до этого вечера я глушила его всеми силами, но он прёт как танк, пробивается к моему сердцу, настолько яростно овладевает моими чувствами, что я готова забыть всю свою прошлую жизнь, отречься от всего что раньше для меня было свято, он занимает все мои мысли и бороться с этим безумием я просто больше не в силах.
Он несет меня на руках, смотрит в мои глаза, а я в его. Вокруг будто всё будто опустело, есть только он.
— Вась, — он шепчет почти одними губами.
— Что?
— Я так влип, — он смотрит на меня с таким обожанием, что если бы он не держал меня на руках, я непременно бы растеклась по полу.
— И я… — он ведёт носом по моей скуле, а потом целует в висок.
— Будь моей всегда, ты самое ценное, что у меня есть.
Он ставит меня на ноги и достаёт из кармана кулон.
— Позволишь?
Подвеска в виде сердца, в центре крупный драгоценный камень.
Киваю, он обходит меня, отодвинув волосы в сторону, ловко застёгивает цепочку из белого золота на моей шее.
Большой камень приятно холодит грудь, обхватываю двумя пальчиками драгоценность и рассматриваю её.
— Этот сюрприз очень приятный…Спасибо…Очень красиво.
— Ах…это ещё не сюрприз, это просто…Я давно ношу его с собой…
Только что я была в шаге от того чтобы сбежать, а сейчас плыву от его ухаживаний. Очень жаль, что когда бог давал людям мозги, я была в конце очереди, или мне не жаль? Я растворяюсь в своей неадекватности.
Что он приготовил для меня? Украшение за пару лямов недостаточно? У меня есть дорогие украшения, я прекрасно знаю им цену.
Нарвал обхватывает мою талию и слегка покачивается, глядя на меня.
— Можно я завяжу тебе глаза?
Не-не-не, я и так в плену, можно я буду видеть, куда меня ведут?
— Зачем?
— Хочу тебя удивить.
— Я… не думаю, что очень хочу удивляться, я очень нервная в последнее время…
— Ладно, пойдём.
Мы спускаемся на парковку, там садимся в небольшой лимузин.
— О, ну наконец-то, я уже хотел с собаками вас искать!
Виссарион сидит в объятиях каких-то девушек с бутылкой коньяка.
— Мы немного задержались, — говорит Нарвал, переплетая наши пальцы, поглаживая тыльную сторону моей ладони.
— Кровать не сломали?
Девушки противно смеются, подыгрывая Виссариону, чтобы выслужиться перед ним или отработать свои деньги?
Нарвал игнорирует вопрос.
— Мне просто нужно знать, в какой спальне гостям лучше не…
— Вис! Хватит, — Нарвал практически рычит на друга, тот кривит надутые губы и кивает, продолжая что-то обсуждать со своими однодневками.
Через часик мы оказываемся в частном аэропорту. Мы полетим куда-то? Или провожаем Виса?
— На выход! Мой пилот должен успеть на роды к жене.
Мы послушно выходим и поднимаемся в самолёт.
Я много раз летала на частных самолётах, у папы с Игнатом даже есть свой, но такой лоск я вижу впервые: стены салона обтянуты дорогой тканью, кожаные сидения блестят и приятно пахнут, на подлокотниках много разных кнопок для массажа и регулирования кресел.
Как только мы сели, дверь закрывается, самолёт набирает скорость.
— Куда мы летим? — удивлённо спрашиваю Нарвала.
Он загадочно улыбается и переводит взгляд в иллюминатор, на отдаляющуюся землю.
— Мы летим на мой остров, дорогуши! — язык у Виса заплетается, видно, что после алкоголя он из интеллигента превращается в усталого работягу.
— На остров? Но я… у меня…
— Не волнуйся, всё схвачено, просто расслабься.
Нарвал заправляет мне волосы за уши со своей стороны.
— Мы мало общаемся… — почему-то говорю я, что со мной не так?
— Что ты хочешь спросить?
— Я… Боюсь спрашивать…Последствия…Не хочу чтобы кто-то умер, есть люди, за которых я до смерти волнуюсь, — сейчас мне кажется, что я могу открыть ему душу, объяснить, что хотела бы узнать о Егоре. Жив он или нет?
— Хочешь, чтобы я угадал?
— Такое нельзя угадать…
— Я долгое время наблюдаю за тобой, для меня ты как открытая книга. Я уважаю тебя и хочу, чтобы ты позволила себе немного расслабиться. Не люблю омрачать разговорами о делах нашу поездку, но думаю тебя больше всего волнуют сведения о твоей семье?
Мои глаза округляются до размера вселенной, Нарвал принимает это за согласие и продолжает:
— Они делают вид, что верят в твою смерть, даже липовые похороны организовали, но сами ведут активные поиски под прикрытием. Про твоего Рембо они ничего не знают, он преследовал нас, видимо не успел рассказать о своих намерениях Варану, или просто перестраховался.
— Что это значит?
— Он гнался за нами на угнанной машине, а потом мы его подорвали, сейчас он лежит в больнице, говорят отшибло память, но я в это не верю, травмы головы не было, но так уж и быть подыграю ему. Я знаю, что он важен для тебя. Много раз видел вас вместе. Его жизнь будет зависеть от его поведения…
— И моего?
— Шантаж дело отличное, но по мне лучше добиваться покорности, соблазняя тебя… Мне нравится, как твоё тело откликается на меня, — Нарвал обхватывает моё колено и поглаживает.
После таких слов у меня с души падает огромный камень. ЕГОР ЖИВ! Я так счастлива! Готова броситься на Нарвала с поцелуями, торможу, вспомнив, что ситуация им и была организована, можно только для себя сделать пометку, что он не такой уж и монстр.
— Когда ты первый раз увидел меня?
Как только Виссарион уводит девочек в хвост самолёта, Нарвал откидывает подлокотник разделяющий наши места, кладёт подушку под спину, облокотившись на неё полулёжа укладывает меня к себе на грудь, я скидываю туфли и с ногами устраиваюсь на сидении. Он целует меня в темечко и играет с моими пальцами.