Чтение онлайн

– Почему Варвар?
– Стас с интересом оглядывал девушку. Рома листал меню, одновременно косясь на друзей. На вопрос парня решил ответить сам, перебив подругу:

– О, сие прозвище Варя получила в прошлое лето, когда...

Тут девушка зарычала, после чего Рома понял, что лучше пока оставить погружение в прошлое.

– Нет, правда, за что?
– а вот Стас заинтересовался, отчего Варя внутренне возликовала. Но рассказывать не стала, решив сыграть на таинственности.

– Да так, любят у нас давать глупые прозвища.

– У кого " у вас"?

– Я виндсерфом занимаюсь,- сообщила девушка, размышляя как относится парень к подобным увлечением. К ее огромному облегчению он заинтересовался и минут пять расспрашивал разные подробности. Варя ему рассказывала, то и дело ослепительно, как ей казалось, улыбаясь.

– Храбрая девушка. Ромка о тебе ничего не рассказывал.

– Наверное, думает, что я круче него.

– А ты круче?

– Глупо мужчине и женщине соревноваться в том, кто круче.

– Глупо, - согласился парень.
– Я вон вообще спортом не занимаюсь, и плавать не умею.

– Всегда можно научиться.

Они начали болтать, постепенно отыскивая общие темы. Так путник в тумане осторожно ощупывает ногой землю, гадая, что будет в следующий миг: опора или обрыв. Ромка участвовал лишь косвенно, вставляя свои шуточки. Он то и дело бегал к бару, ухитрился взять телефончик официантки и засобирался домой.

– Пошли, Стас, мы еще хотели к Темычу заехать.

Парень нехотя оторвался от беседы с Варей. Девушка затуманенным взглядом смотрела на него и, кажется, пребывало в каком-то своем мире счастья и блаженства.

– Пошли. Пока, Варя.

– Пока, Варвар, созвонимся.

К огромному разочарованию Вари, Стас не попросил ее номер телефона. Девушка смотрела ему вслед, пока дверь кафе не закрылась, потом побрела назад, к своей компании. Неужели она ему не понравилась? Почему номерок то не попросил?

За столом говорили о виндсерфе. Спорили аж до хрипоты, только Светка хихикала, прижавшись к боку светловолосого Руслана, который едва кулаком по столу не стучал.

А Егор спокойным тоном доказывал, что Руслан идиот, и Тигран идиот и все остальные тоже умом не блещут.

Варя села на свое место, расстроенная и злая. Лучше бы Рома их не знакомил. Она ж теперь заснуть не сможет, будет думать о Стасе и мучиться, что ему не понравилось.

Пискнул телефон, сообщая о прибывшем письме:

"Он попросил твой номер телефона. Дать?"

Мигом черные тучи рассеялись без следа, и настроение засияло радугой. Какой забавный Стас, решила Варя, зачем-то постеснялся спрашивать номер у нее самой.

– Личную жизнь устраиваем?
– нет, Егор неисправим. Кто его просил вмешиваться? Проглотив вспышку раздражения, Варя крайне вежливо ответила, что его не должна касаться ее личная жизнь, так как она проходит вне занятий серфом. Кто-то на месте Егора прочитал бы между строк пожелание катиться на все четыре стороны. Но парень то ли не понял, то ли решил притвориться дурачком.

– Варвар, ты же знаешь, что ничего у вас не выйдет, - тихо так сказал, наклонившись к уху девушки. Так. Что концы волос коснулись ее щеки и заставили Варю дернуться в сторону.

– Это почему еще?

Парень вздохнул с таким скорбным видом, словно собирался сообщить о грядущем Апокалипсисе. Однако в глубине темных глаз дрожал смех.

"А еще там прыгают черти и пляшут вальс с тараканами".

– После твоей травмы у тебя не получиться сделать его счастливым. Ну ты пони...ай!

Острый локоть девушки врезался в район ребер Егора. Парень откинулся к стене, едва не упав вместе со стулом. И тихо прошипел что-то, прижимая руку к боку. Ну хоть отодвинулся и на том спасибо. Варю крайне нервировало его вторжение в личное пространство.

– За дело, - сообщила девушка. И на всякий случай пересела к Свете и Руслану. Неужели этот гад будет ей всю жизнь напоминать о том случае?

А случилось все год назад, в конце лета. Когда компания, решив отдохнуть от рек и озер, для разнообразия отправилась в трехдневный поход, на вершину одной из расположенных вокруг гор.

Варя первый раз оказалась в такой ситуации. И для себя выяснила три вещи: ей не нравится палатка, ходить с рюкзаком можно, но сложно, готовить на костре неудобно, но экзотично. В общем, ей понравилось. Лишь третий день похода омрачился одним обстоятельством, вначале напугавшем, а затем изрядно повеселившем группу.

Стоянку раскинули в очень живописном месте, среди деревьев, рядом горный ручей, какие-то валуны, папоротники. Просто загляденье. Варя решила, что просто обязана запечатлеть такую красоту со всех ракурсов на фотоаппарат. И в какой-то момент полезла на дерево, чтобы сфотографировать все сверху. Идея неплохая, но Варя сделала все немного через одно место. Устроившись на удобной развилке, она

от души пофотографировала, а затем принялась слезать. Ну и сорвалась, хорошо хоть с небольшой высоты и ничего себе не сломала. Зато ухитрилась распороть острым сучком внутреннюю часть бедра.

– Спокойно, - Егор тогда не потерял хладнокровия и присев рядом с подвывающей Варей, быстро наложил повязку, останавливающую кровотечение, затем велел остальным.
– Уйдите подальше.

– Без паники, - он заметил полные ужаса глаза девушки.
– У меня отец врач. Он меня научил оказывать первую помощь.

Потом быстро вколол ей обезболивающее, уточнив, не было ли аллергии на подобное лекарство. Варя дышала быстро и со всхлипами, сжав зубы. Природа вокруг уже не казалась такой красивой и манящей. А на окровавленную ногу девушка и вовсе боялась посмотреть.

– Но ты же не врач.

– Я тренировался на кошках. Лежи и реви дальше, только не мешай мне.

Во время короткого диалога Егор успел достать марлю, бинты, пинцет, ножницы и какой-то пакетик. Оттуда к ужасу девушки вытащил иголку.

– Ты что делать собрался?!
– она даже сделала попытку отползти подальше, но Егор придержал за здоровую ногу и рявкнул:

– Не дергайся, зашью.

– Не надо!
– заорала Варя, отчего в кустах мигом показались лица остальной компании. Егор зарычал на них, а заодно и на девушку.

– Нам тридцать километров топать до поселка. Машины сюда не пройдут, скорую еще придется дожидаться, а рана слишком большая. Так что будем зашивать. А потом потащим на руках, как королеву.

В общем, зашил Егор рану, сверху наложил повязку и только потом с облегчением выругался.